– Вы думаете, эта девица ее дочь? – рискнул подать голос камердинер, когда тишина затянулась.
Лорд Гартес невесело усмехнулся.
– Все гораздо хуже. У меня есть все основания полагать, что это и моя дочь тоже. Судьба преподнесла мне очень щедрый дар, пусть и в таком унизительном виде. Однако я готов смирить гордость, чтобы обратить обстоятельства в свою пользу.
– Ваша светлость?
Лорд продолжил рассматривать портрет, словно не заметил вопросительных интонаций.
– Кстати, твой сын кажется никудышный конюх. И кучер из него вышел не лучше…
На лбу камердинера выступил пот, а лицо заметно побледнело.
– У меня сложилось впечатление, что Феред мало годен к физическому труду.
– Ваша светлость…
– При этом парень он не глупый, – лорд Гартес говорил чуть растягивая слова, словно просто рассуждая вслух. Забыв как дышать, слуга ловил каждое слово. – Быть может дать ему шанс и отправить в обучение? Допустим… еще один управляющий никогда не будет лишним. Правда если пойдут толки или лишние слухи…
Он повернулся и теперь не отводил острого взгляда от лица камердинера.
– Ваша светлость… Вы необычайно щедры. И вы же знаете, что я никогда…
Лорд поморщился, и Джес вдруг догадался, что от него требуется.
– Ваша дочь с рождения была хрупка здоровьем, поэтому воспитывалась в дальнем поместье. – заговорил камердинер без тени сомнения, – Я помню юную леди Гартес с ее малых лет, и готов подтвердить это даже перед лицом короля. Тот, кто будет иметь наглость усомниться, всегда может нанести визит моему господину и взглянуть на портрет его матери.
Лорд Гартес согласно кивнул и прищурился.
– При достоверных документах о рождении, в моем кругу никто не посмеет усомниться. А вот слуги горазды чесать языком.
– …дочь лорда редкая красавица. – начал камердинер полушепотом, и тут же продолжил изменив интонацию, словно подражая другому голосу, – Да, да. Говорят именно поэтому Его светлость так долго и не вывозил ее в столицу… Ведь для такой леди нужна самая лучшая партия… Быть может даже сам кор…
– Достаточно! – нетерпеливо перебил лорд, и Джес тут же прикусил язык, опасаясь что переборщил. – Этого будет вполне достаточно, чтобы все выглядело правдоподобно. А самое главное, если среди додуманных версий и всплывет кусочек правды, то в него никто уже не поверит.
Камердинер еще раз поклонился. Лорд Гартес может не сомневаться в его верности. Возможность служить в семьях высшего круга дается лишь раз в жизни, а перенять такую должность по наследству – неслыханная удача. Отец Джеса начинал службу еще при старом лорде, и всегда учил сына, что знать все и при этом держать язык за зубами – одно из необходимых качеств хорошего слуги. А еще – преданность всегда щедро вознаграждается.
Поэтому… слухи конечно поползут. Но только те, которые не нанесут вреда высочайшему имени и будут лично одобрены господином.
ГЛАВА 42. Леди Гартес
Эвелиса изо всех сил старалась сохранять спокойствие и вроде ей это даже удавалось. Две молодые девушки ловко раздели ее до нижней рубашки, обтерли влажной губкой и шёпотом посовещавшись, принесли длинное светлое платье, перехваченное под грудью широким поясом.
Лишенное всякой вышивки, платье выглядело необычайно красивым, хоть и несколько непривычным. Закончив с переодеванием девушки упорхнули, но почти сразу же появилась другая женщина с широким подносом.
Она, как и все, не удостоила Эвелису ни взглядом, ни словом. Поставив поднос на круглый стол, женщина поклонилась и бесшумно закрыла за собой двери. Оставшись в полном одиночестве, девушка едва слышно перевела дух.
Отправляясь в столицу, она меньше всего ожидала такого приема. Но вот что последует дальше?
Комната, в которой находилась Эвелиса, несомненно заслуживала внимания, но после всех впечатлений уже не оставалось никаких сил смотреть по сторонам. Давал о себе знать и голод.
Круглые булочки на подносе, пахли чем-то сладким и выглядели невероятно аппетитно. После некоторых колебаний девушка взяла одну. Мягкое как пух тесто буквально таяло во рту, будто она ела облако. Сравнение пришло на ум само собой, и заставило улыбнуться. Словно и правда оказалась в сказочном мире.
В белоснежной чашке дымился странный напиток, одновременно напоминавший и чай и жидкую грязь. Однако аромат был совершенно незнаком, и в то же время приятен. Не ожидая подвоха, Эвелиса сделала глоток и по щекам ее потекли слезы.
Питье оказалось невыносимо горьким, терпким и оставляло отвратительное послевкусие. Не все что кажется приятным, таковым является. Пора было обдумать, как быть дальше.
Зачем она понадобилась этому важному господину? Откуда он знает ее родителей? Почему ей нельзя по своему желанию уйти из этого дома? Слишком много вопросов, и неизвестно, на какие из них удастся получить ответ.
Эвелиса подошла к окну, выглянула и отшатнулась. Высоко. Очень высоко и страшно. Может для того ее и оставили именно здесь, чтобы сама не выбралась и не убежала? Это походило на правду. Сердце заколотилось чаще и в этот момент снова открылась дверь.
– Его светлость лорд Гартес ожидает вас!
***
Лорд Гартес снова был в своем кабинете. На этот раз, при появлении Эвелисы он изволил встать и даже изобразил на лице снисходительную улыбку.
– Это платье смотрится на вас гораздо лучше, чем те крестьянские лохмотья. – он жестом отпустил камердинера и предложил девушке присесть. – Вы пьете кофе?
– Кофе? – недоуменно переспросила Эвелиса, – Не знаю… Ваша светлость.
Без лишних слов мужчина позвонил в колокольчик и уже через пару минут на столе стояли две маленькие чашки. Девушка со скрытым отвращением узнала терпкий горький напиток, который так походил на грязь.
– Угощайтесь, – дружелюбно предложил лорд, не отводя от нее внимательного взгляда.
Пришлось сделать маленький глоток. На этот раз, вкус оказался еще противнее. Эвелиса едва удержалась, чтобы не поморщиться.
– Что заставило вас проделать столь долгий путь? И почему родители позволили вам оказаться так далеко от дома? – спрашивая, лорд Гартес уже не смотрел на собеседницу. Его внимание было сосредоточено на золотом пере, лежащим на специальной подставке.
Торопливо соображая как лучше ответить, девушка отпила еще немного едкой горечи.
– Я хотела устроиться на службу, Ваша светлость. Мне довелось слышать, что в столице много больших домов, а значит всегда найдется работа. – про родителей она предусмотрительно промолчала.
– Разве вы сирота, и о вас некому позаботиться?
– Что вы! Мои родители живы. Просто… просто так вышло.
– Были ли вы замужем? – лорд Гартес счистил с пера невидимое пятнышко, по-прежнему не глядя на Эвелису.
– Никогда, Ваша светлость.
– Что ж. Очень хорошо. – казалось, такой ответ устраивал его больше всего, – Да вы совсем не пьете. Неужели этот великолепный напиток вам не по нраву?
Девушка помедлила. У нее уже зубы сводило от одного только запаха. Но «светлость» вел себя так, словно она дорогая гостья. А гостям не положено хаять угощение.
– Благодарю, вы очень добры. – очередной глоток. Хорошо еще, что чашка совсем небольшая.
– Знаете, Эвелиса. У каждого человека есть долг. Перед собой, перед семьей и в конце концов перед королевством. Человек не может принадлежать полностью только себе. Вы же понимаете о чем я говорю?
Эвелиса склонила голову. То, какого это – не принадлежать себе, она знала очень хорошо. Даже сейчас, если задуматься, насколько она вольна в своих поступках? Ведь не по своему желанию сидит здесь. Пытается пить кофе. Сбежав от отца, от хозяина рынка, от человека который был добр и к которому прикипела всей душой, она снова попала под чужое влияние. Словно муха в очередную паутину.
– Рад, что понимаете. И чем выше человек, тем больше ему дано. Но в то же время и больше спрашивается. Величайшая честь – служить королю. И за эту честь мы вечные должники перед своими предками, за их кровь. За свое родовое имя. Крестьяне, слуги и прочие низшие люди, вольны в своем выборе и лишены многих забот. Мы же подчинены обязанностям, которые накладывает наше положение…
