же, корабль принадлежал компании, которая относилась к крупному конгломерату корпораций. А на такие суда здесь не принято нападать напрямую. Натравить дикарей-пиратов? Пожалуйста, сколько угодно. А отправлять пиратствовать корпоративные частные армии – значит выставлять себя в невыгодном свете перед остальными игроками на поле.
Впрочем, более чем уверен, что последнее правило не больше, чем простая условность. Если понадобится, любая корпорация или клан, а то и крупная держава, отправит хоть целый флот, если содержимое сухогруза им зачем-то понадобится.
Наверняка баловались пиратством и те, и другие, просто не оставляли свидетелей и следов собственного участия, чтобы внешне все выглядело чинно и благородно. А чуть ковырнешь – сплошная грязь. Наверное, такое дерьмо есть в любом мире.
– Пута либре! Ты это видел?! Чем это так его? – потрясенно воскликнул один из зрителей-наемников, тыча толстым пальцем в экран. Там как раз в этот момент кабина крупного меха словно взорвалась изнутри чем-то багрово-красным. Хотя почему – чем-то, явно телом пилота и взорвалась. Точнее его будто разорвало изнутри.
Я пригляделся к подбитому роботу, после гибели водителя он на автоматике прошагал еще несколько метров, затем замер мертвым изваянием.
– Чем это его? Не вижу повреждений.
Кокпит выглядел целым. Сквозь обзорное окошко виднелся краешек ложемента с бурыми остатками того, что недавно являлось человеком.
– Дурацкая модель, – прокомментировал увиденное незаметно подошедший Слай, кивая на экран. – Слишком открытая кабина, лучше бы закрыли все листами брони. В идеале – сверху донизу.
– Ну не скажи, командир, – заспорил один из наемников. – Без обзора тоже далеко не уедешь. А если посшибают все внешние сенсоры? Окажешься запертым в ходячей железной банке и станешь легкой добычей для любого придурка с гранатометом. Видел, я однажды такое, когда Василиску поотшибали всю оптику на корпусе, крутился потом на месте и палил во все стороны, пока не успокоили, всадив бронебойный снаряд прямо в двигательный отсек.
– Точно-точно, потом в модель Василиска еще внесли изменения, сделав обзорные экраны и мех перестал походить на шагающий гроб, – подхватил кто-то из опытных бойцов.
Слай никак не отреагировал на несогласных с его мнением подчиненных, (которые уже отошли и начали с жаром обсуждать преимущества и недостатки тех или иных моделей мехов, похоже оба являлись ярыми поклонниками шагающей боевой техники), вместо этого взял протянутую бутылку пива и сделал глоток.
– Я все-таки не понял, чем убили того пилота? На кабине не видно следов повреждений, – спросил я.
– Жесткое облучение. Узконаправленный луч. Сложная и ненадежная штука, – пояснил один из бывалых солдат удачи, не глядя на меня. – Поджаривает изнутри, в первую очередь влияя на органическую ткань.
– У этого дерьма бешенное энергопотребление и малый радиус действия, – буркнул другой наемник, тоже пялясь в экран. – И мерзкое воздействие. Люди не должны так погано умирать.
– Любая смерть поганая, – подал голос Слай, как и остальные, не отрывая взора от мониторов.
В этот момент один из наступающих мехов получил в бок очередь из скорострельной пушки. Куски брони отлетали, как лепестки диковинного цветка. Крупнокалиберные снаряды снимали слой за слоем сложносоставного сплава, пытаясь добраться до сердца шагающей машины.
К очереди из пушки добавилась ракета с термитной начинкой, стартовавшая с кружащегося наверху дрона. Тут же в мех врезался кумулятивный снаряд и проделал внушительную дыру в центральной плите брони.
Но несмотря на серьезные повреждения мех не только устоял на ногах, но и моментально наказал обидчиков. Дрон был сбит из спаренных пулеметов, крепившихся на правой руке. Выпустивший ракету БТР просто разорвало после попадания чего-то странного и светящегося (должно быть одна из разновидностей энергетического оружия), стрелок из пушки остался незамеченным, но думаю с ним тоже в конце концов разберутся.
А мех, как ни в чем дело зашагал дальше, даже не покачиваясь, хотя только что в него всадили столько всего, что с лихвой хватило бы для самого защищенного танка. Живучесть этих смертоносных машин поражала…
Если только не использовать генератор жесткого излучения, – мысленно напомнил я себе, вспомнив кровавую кашу в кокпите подбитого робота.
Впрочем, думаю данное оружие, скорее экзотика, чем правило. Как там сказал один из наемников: сложно и ненадежно, большое энергопотребление и малый радиус действия. Полагаю удачное попадание, скорее исключение, чем правило. Попробуй еще подберись, да попади куда нужно. Вряд ли опытные вояки будут делать ставку на столь ненадежное оружие.
– Дроны снабжения полетели, – указал кто-то.
В воздухе мелькнула стайка беспилотников, заходящая откуда-то с моря. Тут же с земли с шипением понеслись на перехват зенитные ракеты, не давая доставить боеприпасы мехам прямо на поле боя.
Череда ярких вспышек пронеслась по небу, теряя куски и распадаясь в падении на обломки, дроны рухнули в океан, взметнув вверх фонтаны воды. Но несколько штук прорвалось и продолжили свой полет.
Земля содрогалась от тяжелой поступи могучих боевых машин. Грохотали взрывы, раздавалась бешенная стрельба. Два меха сошлись в рукопашной на мелководье, один орудовал гигантским топором, крепившимся за спиной, второй использовал выдвижное лезвие, похожее на прямой рыцарский меч.
Рыцари… рыцарский поединок двух воинов по заранее оговоренным правилам чести, – мелькнуло у меня в голове. Но я ошибся. Налетевшее звено поддержки одного из соседних шагоходов без малейших стеснений нанесло удар в спину одного из мехов, раскурочив заднюю часть кумулятивными боеприпасами.
Вот тебе и рыцарский поединок…
Умный бинокль подсветил кусок ближнего острова красным ореолом плоских очертаний похожих на блины – мины. Точнее, целое минное поле и судя по размеру, там не обычные противопехотные игрушки, а что-то гораздо серьезнее.
Ракеты класса «земля-воздух» мелькали в небе не переставая, причем, как средних калибров, так и совсем небольших, едва заметных с крылышками стабилизаторами, похожие по выполняемым функциям на дроны-самоубийцы, а по форме на железных стрекоз.
Огненные цветки то и дело расцветали на скудной земле, песок плавился, пламя вырывалось столбом вверх. Грохот, разрывы, шагающие в ореоле огня боевые роботы разных моделей и размеров.
Зенитные пусковые установки, спрятанные в глубине центрального острова, то и дело разражались очередным облаком москитных ракет. Их пытались накрыть системами класса «поверхность-поверхность» тактического назначения.
Полностью автоматизированные передвижные цели-приманки пытались оттянуть хоть немного внимания на себя, но умная техника распознавала ловушки и без сомнений поражала более подходящие для атаки объекты.
– Глядите, заброска в тыл, – один из наемников ткнул пальцем в небо.
Над поверхностью океана летела три ховербенда, на небольших крыльях крепились подвески с ракетами и оружейные пилоны с неуправляемыми снарядами, на выдвижных рампах по бокам снаружи сидели пехотинцы в штурмовом снаряжении и винтовками наизготовку.
Раньше такой экипировки я не видел, что-то тяжелое, хорошо защищенное, с глухими
