с Мрамором, — улыбнулась мне Эби. — Я быстро найду с ним общий язык во второй раз и попрошу помочь в библиотеке. Он неплохой парень, к тому же теперь нас с тобой не сдадут те таблички. Я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, когда мы опять внезапно поменяемся… если поменяемся вообще. Или когда магия вернется. Я хочу что-нибудь делать, Яна.
— Ну, ладно, — я пожала плечами. — Хорошо. Только ничего своему Мрамору лишнего не болтай. Не стоит посвящать его в наши секреты. Даже если ты считаешь, что этому парню можно доверять.
— Ура, — просияла Эби, а потом зыркнула на дверь. — Ну что, пошли знакомиться?
Я с трудом сдержала понимающую улыбку. Так вот оно что. Интересно, Эби сама осознает, что просто не хочет терять зарождающиеся отношения?
— Пошли... Знакомить тебя же с твоим же другом.
Интересно, насколько мне хватит терпения в этом театре абсурда?
Глава 26. Абигейл (1)
— Абигейл, ты все еще здесь? — позвал знакомый голос, заставляя меня отвлечься от книг.
Прошло пять дней. Пять долгих, нервных дней с тех пор, как магия ушла.
Честно сказать, я и не думала, что без нее может быть так тяжело. Причем я ведь ей и не пользовалась-то в быту толком, зато пользовалась на занятиях. Каждый раз, когда мне удавалось что-то намагичить, я радовалась и чувствовала себя лучше, получала так нужную мне похвалу. Дома этого не было. Дома никто не хвалил меня, потому что я была ДОЛЖНА делать все, чтобы стать леди. А здесь, в академии, я делала все для себя. Удовольствия ради.
Заглянув за стопку учебников, я увидела Мрамора. Вот уж кто точно меня поддерживал. Даже, пожалуй, больше, чем Яна. Подруга помогала мне с обязанностями старосты, но вечно была погружена в учебу и какие-то свои дела, не так уж и часто нам удавалось просто пообщаться друг с другом. Впрочем, Яна на удивление хорошо держалась. Только, может, стала чуть более раздражительной, чем раньше.
— А, привет, — помахала я парню рукой, зевая. — Прости… я уже хотела уходить. Просто немного засиделась. Спасибо тебе и твоему отцу за ключ.
— Не за что, — Мрамор пододвинул к моему столу стул и уселся напротив. — Может, тебе помочь?
— Не надо, мне и так неудобно, — вздохнула я, откладывая очередную книгу. — Ты столько для меня сделал. Даже не знаю, как тебя теперь за это отблагодарить.
— Мне не сложно, — уверенно покачал головой Мрамор, забирая у меня несколько книг. — Тема поиска все та же?
— Угу. Малум и обмен телами.
— И как успехи с этим?
Я помялась. На самом деле нашла я очень и очень немного. Несколько заметок в общих энциклопедиях, пара научных и философских статей. Ничего конкретного, лишь абстрактная ерунда. Однако проблема была не в этом. Частенько, напоровшись на какую-нибудь интересную статью, я увлекалась и забывала о том, что вообще-то я не для собственного удовольствия здесь сижу. Такие “отрывы от реальности” пожирали время, но поделать с собой я ничего не могла.
Одним словом — дорвалась кошка до сметанки.
— Скажем так, не очень успехи, — честно призналась я. — Может, я не там ищу? Кем вообще мог быть этот Малум? Какая-то знаменитость, или просто выпускник академии? Может про него здесь вообще ничего нет? Не все же выходцы из ААСМ становились великими магами, про которых писали в книгах.
Мрамор задумчиво хмыкнул, а потом предложил:
— Тогда, может лучше искать не в книгах, а в газетах?
— В газетах? — удивилась я.
— Да, в газетах, — подтвердил Мрамор.
— А… прости, но что же… есть какая-то особая газета? — уточнила я. — В моем мире у каждого города была своя.
— Есть газета академии, — пожал плечами Мрамор. — И есть газета Альянса, где освещаются основные события семи миров.
— А где их найти? — воодушевилась я.
Улыбнувшись, Мрамор встал и повел меня к двери в стене, которую я никогда не видела открытой. Он достал свою связку ключей и, отперев замок, щелкнул пальцами, вызывая магический свет.
— Мы не даем их на руки, — пояснил он. — Газеты слишком легко обтрепать. Да и студенты их редко спрашивают. Не удивительно, что ты не знала.
Комната оказалась маленькой, тесной и пыльной. Ее стены покрывали стеллажи с глубокими полками, на которых стопками лежали подшивки журналов и газет. Ниже стопок шли названия изданий и года.
— Не знаешь, с какого года здесь преподавал Арни Торн? — осторожно спросила я у Мрамора.
— Понятия не имею, — покачал он головой. — Но если не ошибаюсь, то он, как и Грэг, здесь еще со времен строгих правил.
— Строгих правил?
— Да. Темные времена. Тогда маги очень строго контролировались. Те, кто не могли справиться с программой академии принудительно лишались магического дара и памяти. А иногда и жизни.
— Ужас какой, — поежилась я.
— А потом пришла новая госпожа ректор, — продолжал Мрамор. — Студентов стали меньше выгонять, правила смягчили. Мне об этом отец рассказывал. Правда, Раду Тарвиус все всё равно не все любят.
— Почему? — удивилась я.
Мрамор прислонился к стеллажу и пожал плечами.
— Потому что стало больше плохих магов. Некоторые ученики академии выходят и совершают преступления. Иногда она их даже покрывает. Вроде как дает второй шанс. Помнишь ведь Якоба, нашего куратора?
— А что с ним? — удивилась я.
— Отец рассказывал, что он обрушил цунами на город. Много людей погибло. Может, это слухи, но говорят, что все его кошки — из этого самого города. Вроде как он оставил людей умирать под волной, а кошек спас.
— Наверное, это не правда, — улыбнулась Мрамору я. — Он ведь вроде такой веселый и хороший дядька. Ну да, иногда злится. Но я не поверю, что он потопил целый город!
— Может и так... Но слухи ходят.
Мы помолчали. Я прошлась вдоль стеллажей, выискивая нужную газету. И я ее нашла. Точнее их. Газеты оказалось две. Одна называлась “Академическо-магический еженедельник”, вторая — “Правда ААСМ”. Оба издания очень отличались от газет Кронуса. Бумажными они были только на первый взгляд — материал на ощупь больше напоминал стекло, но при этом легко гнулся. Каждый номер состоял только из одной большой страницы, где
