было очень нужно для ведения войн, или спасения из кризисной ямы банка Федеральной резервной системы, не смогло эмитировать некоторое количество долларов для того, чтобы уничтожить накопленный за долгие годы холодной войны яд. Вместо этого он аккуратно складировался и охранялся. Вдруг пригодится.
Со стороны России обязательства считались официально выполненными и закрепленными соответствующими международными документами. Но кто знает, как там обстояли дела на самом деле. То, что при необходимости Россия могла использовать против врагов некие вещества, которые убивают человека за доли секунды, почему-то особых сомнений не вызывало. Но это его мало беспокоило.
Добавьте сюда возможно затаившиеся на дне мирового океана автоматические подводные дроны, взрывы которых у побережья США могут вызвать апокалиптичное цунами.
Но зачем эти речи?
— Вы это сейчас к чему? — без энтузиазма спросил Влад, его мысли были заняты совсем другим. — То, что будет вторая волна, почти никто не сомневается. Умрут ли все? Вполне возможно, но скорее всего кто-то ещё останется… чтобы умереть чуть позже. Так, какое это имеет значение?
Пограничник кивнул.
— Да, могут умереть. Но это можно п-предотвратить.
— Предотвратить вторую волну? — спросила Джессика, она говорила по-русски в целом правильно, но с сильным английским акцентом. — Неужели вы думаете, что люди настолько глупы, чтобы не понимать, что следующий удар может стереть человечество с лица Земли?!
Пограничник пожал плечами. Видно было, что он ожидал самого дикого развития событий и применение оставшегося арсенала оружия массового поражения под девизом "Да гори оно всё синим пламенем!" для него вполне реально.
— Можете выйти наружу и п-посмотреть, на что способны люди. Ещё пару месяцев назад сам факт применения ядерного оружия казался чем-то запредельным, — он достал из кармана конфету, развернул фантик и закинул её в рот. — Но лично я всегда исходил из того, что человек может совершить гораздо более сумасшедший поступок, чем он делал до этого. Но я говорю не о том, чтобы п-просто предотвратить очередной акт Апокалипсиса, а чтобы откатить всё на позиции, как было до него. Но для этого, необходимо, чтобы вы пошли со мной.
— Звучит как откровенный бред, — отозвался Влад. — Слушай, капитан, или кто ты там есть, я жутко устал, у меня болит простреленная рука, и мне ещё разбираться с похоронами жены. Я хотел бы уже пойти.
— Что вы имеете в виду? — вдруг спросила Джессика у пограничника.
— То, что сказал. Вы же хотите, чтобы ваши родители были бы живы, так? Чтобы всё это, — он сделал круговой жест рукой, — оказалось п-просто страшным сном.
Если бы Влад обернулся и посмотрел в глаза Джессики, он бы увидел как на её лице одна эмоция быстро сменяет другую. Вот в её глазах загорелась почти религиозная надежда, вера в то, что её молитвы услышаны и всё можно откатить обратно, воспользовавшись неким магическим бэкапом.
Интересно, к какому христианскому течению она принадлежала, ведь известно, что в США процветает множество различного рода сект и направлений, местные довольно легко поддаются воздействию харизматичных сектантов и трактуют Святое Писание, как им вздумается, а если их в нём что-то не устраивает, то придумывают свою священную книгу или даже целую религию. При этом они как-то умудряются совмещать религиозность с абсолютно невероятной показной толерантностью. Впрочем, когда общественные установки начинают явно не контачить со Словом Божьим, они начинают задумываться о том, чтобы просто переписать Святое Писание под себя.
Потом Джессику охватило разочарование и пессимизм, так как всё-таки она была человеком материальной культуры и при всей религиозности, как она её понимала, она не могла отрицать реальность происходящей вокруг ядерной войны.
— По-моему, вы издеваетесь, — прошептала она.
— Да не издевается он, — возразил с нескрываемым сарказмом Влад. — Просто последствия контузии.
Пограничник всё это время преспокойно сидел на крае стола, флегматично пережёвывая конфету. Фантик он тщательным образом расправил, сложил несколько раз и убрал обратно в карман.
— Ваши родители снова будут живы, Джессика, неужели для вас это ничего не значит? Неужели возможность снова их увидеть и обнять для вас не стоит того, чтобы довериться? — он смотрел ей прямо в глаза. Владу начинало это казаться каким-то сюром. — Вам всего лишь двадцать один год, Джессика, и как бы хотели прожить оставшуюся жизнь? В атмосфере умирающего от радиации мира, или как так, как вы и планировали до поездки в Россию? Времени на принятие решения, напомню, очень и очень мало.
— Не, капитан, тебя реально не хило так долбануло, — не выдержал Влад, вложив в слова весь доступный ему скепсис.
Пограничник неопределённо пожал плечами, а Влад продолжал.
— Может, ты, капитан и моих родителей вернёшь, раз пошла такая пьянка?
Капитан сделал вид, что не заметил злого сарказма Влада и ответил:
— Ваши родители, Владислав, погибли пять лет назад в автокатастрофе. На встречную п-полосу выскочила фура, водитель которой уснул за рулём. Но это было п-пять лет назад, то есть за пределами сдвига.
— За пределами чего? — уточнил Влад, обхватив голову руками. Всё вокруг казалось каким-то ненастоящим, каким-то бредом и ночным кошмаром, хотелось скорей проснуться и сбросить наваждение.
— За пределами сдвига, — спокойно ответил капитан, — ничего изменить нельзя. Только то, что было п-после него.
Джессика позади Влада нервно рассмеялась, и её можно было понять: ко всем её бедам и вообще ни разу не определённому будущему, добавилась необходимость выслушивать сказки какого-то сумасшедшего русского, который к тому же ещё и военный. Чем не реализовавшийся штамп из голливудского блокбастера.
Капитан сохранял невозмутимость.
— А я вас помню! — вдруг воскликнула американка. — Вы были в том поезде! Когда произошла атака, вы были в том поезде! Я вас там видела! Вы ещё прошли с проводниками в вагон машиниста. Я ещё подумала, что вы идёте меня арестовать.
— Да, — согласился пограничник, — я там был. Нет, арестовывать мы вас не собирались. Мы вообще не знали, что в поезде была гражданка США.
Влад поднял глаза и всмотрелся в лицо военного. Да, хоть это и было больше двух месяцев назад, он смог вспомнить группу военных, которые прошли в головной вагон "Ласточки" в сопровождении проводника. Вот так встреча!
— Тоже вспомнил? — обратился он к Владу. — Будем на "ты", раз уж мы знакомы, тем более, что ты и так ко мне так обращаешься, да и мы тут все не из высшего общества.
Капитан протянул руку.
— Ну, начнём всё заново? Алексей, можно Алекс.
— Влад. Владислав, — Влад не стал противиться и пожал протянутую руку.
— В общем, мы все были в том поезде, это мы уже выяснили. Только я был там уже второй раз.
— И я тоже, — пожал плечами
