взять под внешний контроль».
Облако тлена вылетело из Активатора, почти целиком заполнив комнату. Я лишь пнул мембрану входа, закупоривая ее и не давая облаку распространяться дальше — мне не хотелось самому кромсать безоружные тела. Выйдя из Зала мыслителей, я оказался на небольшом перекрестке. Так, куда там дальше? Карта-схема тут же выстроилась в разуме благодаря симбионту, помнившей размещение всех живых объектов, обнаруженных во время проведения ритуала. Судя по карте, мне нужно направо, а в левом ответвлении, скорее всего, кладовые, где находятся запасы еды и материалов, что необходимы королеве для поддержания здоровья и создания яиц. Кстати, нужно будет заглянуть туда на обратном пути — сбор трофеев никто не отменял.
Если пища инсектоидов меня не интересовала, то вот некоторые вещи и материалы пригодятся. Королевы могли поедать практически все, используя в последствии различные металлы и элементы в телах своих подданных, усиливая их или придавая новые свойства. Каждая из них фактически была генным архитектором, способным создавать себе нужные инструменты из подручных материалов. По сути, королева — это и есть ее улей, а все остальные инсектоиды — ее рабочие орудия, которые она сама проектировала и воспроизводила. Даже мыслители не обладали собственной личностью, не стремились к индивидуальности и самопознанию, а лишь выполняли функции контроля и управления за более примитивными особями.
Снова за поворотом меня ждала узкая кишка коридора. Мастер ловушек, скрывшись за углом, широкими взмахами рассыпал свою пыльцу, проверяя ее. Пусто. Даже странно, при прошлых зачистках логово королевы охраняли лучше. Дух-пустотник заметил лишь пару десятков гвардейцев, замерших возле входа в покои королевы. Напрягшиеся при появлении Спригана, они явно готовились меня задержать любой ценой, дав своей любимой госпоже возможность сбежать. Уверен, подготовка к ее эвакуации в этот момент шла полным ходом. Блуждающая звезда шатры, разрастаясь в размерах, ослепительно-ярким огоньком отправилась в противоположный конец длинного коридора, чтобы через пару секунд рвануть так, что, казалось, сотрясся весь улей. Ударная волна разметала тела солдат и снесла усиленную мембрану входа, что и была основной целью. Теперь короткий забег — важно не дать врагам опомниться.
Под ногами хрустят почерневшие от жара тела, я протискиваюсь сквозь проплавленную дыру во входе и пинком ноги отправляю в полет жука-переростка, бросившегося ко мне. А вот и королева, похожая на огромную золотистую пчелу с черными полосами. На конце ее веретеноподобного туловища — длинный, почти прозрачный яйцеклад, внутри которого даже сейчас идет активный процесс то ли переваривания, то ли создания новых особей. Крыльев нет, скорее всего, сама же сбросила, едва обосновалась на новом месте, а лапки короткие, так что самостоятельно сбежать она уже не сможет, так даже проще. Вокруг матки снует пара десятков инсектоидов поменьше, обслуживающих и ублажающих свою госпожу. Сама королева возлежит на просторном ложе, выращенном, судя по всему, из мха, а рядом покоится десяток крохотных яиц. Черные фасеточные глаза на большой приплюснутой голове и пара чувствительных антенн направлены прямо на меня.
— Обсуждение? Переговоры?
Громкий стрекот разносится по комнате, и в нем, пусть и с трудом, удается распознать слова человеческой речи. Королевы могут понимать и воспроизводить способ общения людей. Матка сейчас очень уязвима, а Работорговцы готовы хорошо заплатить за живую королеву инсектов, но нет — зная этих ребят и их методы… смерть как-то честнее и милосерднее. Она живое разумное существо, а обрекать кого-то на участь живого инкубатора, послушного хозяевам, я не хочу. Это подло и мерзко, и какого вида это существо, не важно.
Поцелуй медузы, и сразу же бросок. Кинжал кровавого ритуала перелетает через зал и бьет в голову, пробивая хитин. Быстрая и милосердная смерть — это то единственное, что я могу для тебя сделать. Тело еще содрогается, когда я подхожу ближе. Сверху нарастает грохот, с потолка сыпется песок вперемешку с землей — заклинание Вулкана продолжает набирать обороты. Нужно отсюда убираться, но сначала — Сборщики трофеев. Невысокий гремлин с массивным сундуком на плечах и шестеро его юрких помощников возникли посреди зала и деловито огляделись по сторонам. Вспомогательный подотряд, полученный из соответствующей карты со случайным выбором. Если твой отряд призван, то Сборщиков можно вызвать туда и тогда, когда они тебе нужны, или не трогать вовсе. Разведка или поддержка, возможно, были бы более желанны, но и от мародеров будет польза.
— Приступайте, — коротко скомандовал я им, а сам шагнул к телу мертвой королевы и выдернул из ее тела кинжал. К его навершию крепился массивный рубин дополнительного вместилища, куда переливался избыток жизненной силы, которую сам клинок поглотить был не в силах. Случай с огненным духом на турнире заставил меня озаботиться собственной безопасностью: с сильными сущностями, подозреваю, мне еще не раз придется столкнуться, и оказаться растворенным их подавляющей мощью бы не хотелось. Как, впрочем, и отказываться от применения кинжала. Услуги артефактора, как всегда, оказались недешевы, но теперь у меня был съемный накопитель, способный встать между мной и потоком силы.
Тонкое лезвие вскрыло хитин. Я не люблю подобным заниматься, но в Городе-в-Пустоте готовы очень хорошо платить за некоторые органы королев. За время, проведенное на Румии, я невольно столкнулся со своеобразной культурой инсектоидов, по крайней мере, данного вида, и узнал, что они относятся к останкам своих собратьев абсолютно равнодушно: охотно используют их в качестве еды, для переработки и экспериментов. Они даже над живыми постоянно экспериментируют, что уж говорить про ценные ткани наиболее сложных особей. Развитие собственного клана требует все больше и больше вложений, так что пришлось наступить на горло своим принципам: все-таки это не обращение разумных в рабство, правильнее будет использовать ресурс, чем просто оставить его здесь гнить. Если же смотреть на мои действия как на промышленный шпионаж (а у инсектов он выглядит именно так), то поступок почти приемлемый.
Гремлины еще потрошили кладовые, когда я закончил и связался с Меджем. Коробочка переговорника, закрепленного на шее, слегка вибрировала, передавая его слова.
— У меня все, готов выдвигаться к вам, — коротко обрисовал ситуацию ему я.
— Быстро ты, — уважительно хмыкнул Медж. — Тогда ждем у нас.
Половинка Кольца перехода, вытащенная из сумки, приступает к формированию портала. Руны, выгравированные на ее крутых боках, начинают светиться, по срезам, разделившим «бублик», гуляют крохотные молнии, что, вырастая, тянутся сквозь пространство к своей единственной и неизменной цели.
Перед тем как связаться с другом, я проверил, что происходит наверху: огненный дух бушует, продолжая сжигать все вокруг себя, рабочие особи, что все это время дуром перли на него и
