Читаем без скачивания Полоса препятствий - Иван Стрельцов

Два «винтореза» бесшумно выплюнули по девяти миллиметровой бронебойной пуле.

— Готово, — доложил старший снайпер.

Через два часа группа захвата наткнулась на еще один заслон сепаратистов. Погибший снайпер все-таки дал возможность чеченцам оборудовать пулеметное гнездо. Огневая точка была спрятана в расщелине горы и надежно обложена по фронту кусками скальной породы.

Позиция была оборудована по всем правилам военного искусства, достать пулеметчика имеющимися средствами у спецназовцев не было возможности.

— Ты смотри, как подлюка пристроился, — наблюдая за вспышками выстрелов, произнес командир спецназовцев, — Без тяжелого вооружения нам его не сковырнуть.

— Ничего, — успокоил спецназовца Сазоненко. — Только что получено радио от группы Афанасьева, вертолеты высадили их в трех километрах отсюда. Группа «Егерь» через часа полтора выйдет пулеметчикам в тыл.

Группа пограничников под командованием подполковника Афанасьева добралась к месту засады не через полтора часа, как предполагалось, а через три. В горах скорости совсем другие, чем на равнине. Гребя почти по горло в снегу, пограничники все же пробрались в тыл пулеметного гнезда, и две гранаты РГО, заброшенные в амбразуру, решили исход боя.

Но все равно было потеряно слишком много драгоценного времени. Пророк своего добился, остатки отряда сепаратистов смогли оторваться от преследователей.

— Вот же, гнида, уходит, — с сожалением произнес командир группы захвата, наблюдая в бинокль вместе с Сазоненко и Афанасьевым, как группа боевиков узкой цепочкой карабкается к вершине горы Абай.

— Если пойдем следом, они наверняка устроят снежную лавину, — в раздумье заговорил пограничник, глядя на толстые пласты снега, плотно укрывшие горные склоны.

— А если мы их до ночи не нагоним, они перевалят на противоположную сторону. Считай все, ушли, — возразил старший группы захвата. Вытащив пачку сигарет, нервно закурил. Но увидев, что прикуривает с фильтра, выплюнул, растер толстой подошвой ботинка и витиевато выругался. — Майор, неужели они переиграли нас?

Опустив бинокль, Анатолий негромким, ровным голосом произнес:

— Может, они в этом уверены, но это далеко не так. Радист, ко мне, — внезапно скомандовал. В его глазах вспыхнул дьявольский огонек коварства…

Фронтовой бомбардировщик «СУ-24» выполнял свой обычный патрульный рейс высоко в небе Чечни. Несмотря на официальное объявление о прекращении антитеррористической операции в республике, бои продолжались, особенно в горной местности. Боевики, подобно шарикам ртути, в случае малейшей опасности раскатывались в разные стороны, при необходимости вновь стекаясь в единое целое. В этом случае у небольших рейдовых групп федеральных войск единственным шансом уцелеть была возможность вызвать авиацию. Для того чтобы сократить до минимума подлетное время «архангелов», командование военной группировкой решило держать в небе несколько бортов.

Патрулирующий в небе реактивный бомбовоз был загружен, что называется, по самую завязку, все восемь тонн боевой нагрузки. Вооружение было самое разнообразное. Управляемые ракеты, объемно-детонирующие заряды, кассетные бомбы и даже зажигательные канистры с напалмом. В общем, все то, что могло нанести наиболее эффективный удар по противнику.

— Борт 5-95, - в шлеме командира бомбардировщика раздался голос наземного диспетчера. — Борт 5-95, вас вызывает «Башня».

— «Башня», борт 5-95, слушаю вас, — тут же отозвался командир.

— Коля, тут наши наземные друзья обратились за помощью. — Голос диспетчера заметно повеселел. С летчиком он дружил уже второй десяток лет, поэтому, несмотря на разницу в званиях, мужчины обращались друг к другу по имени. — Нужно ударить по вершине горы Абай, так, чтобы снежочек с нее посыпался. Сможешь?

— Подсветка будет? — в свою очередь поинтересовался летчик, выясняя, будет ли лазерное целеуказание с земли.

— Да нет, — поспешно ответил диспетчер, — тебе это не надо. Цель площадная. Просто тряхни хорошенько гору.

— Не проблема, все понял, — закончил связь командир бомбардировщика. — Приступаю к выполнению. — И лихо подмигнул сидящему рядом штурману. — Все слышал?

Пилот молча кивнул, колдуя над электронным вычислителем, внося необходимые данные в память умной машины.

Сложив крылья, «СУ-24», подобно ястребу, сорвался в вертикальное пикирование. Пробивая своим острым корпусом легкую кромку облаков, самолет устремился к заснеженному рельефу гор.

Достигнув трехкилометровой высоты, реактивная машина выровняла полет. По указанному штурманом маршруту командир корабля вывел бомбардировщик на боевой курс.

Пятнадцать минут ушло на выход «СУ-24» в точку атаки.

— Захват цели, — доложил штурман, следя за экраном радиолокационного прицела. — Бомболюки открыты.

Крышки бомболюков медленно распахнулись, обнажая подвешенные внутри серые бочонки авиабомб с крестообразным оперением стабилизаторов. Одновременно прижатые к фюзеляжу крылья разошлись в стороны, снижая до возможного предела скорость бомбардировщика.

— Сброс, — раздался голос штурмана, как только было закончено наведение на цель, и нажал красную кнопку.

Из черного нутра самолета вывалилась бомба. Несколько секунд продолговатый цилиндр медленно снижался, будто пытался следовать за бомбардировщиком. Наконец черный тупой нос перевесил, и бомба, приняв вертикальное положение, со свистом понеслась к белой шапке горы Абай…

Со своей позиции спецназовцы отчетливо видели, как, сбросив бомбу, «СУ-24», отстреливая тепловые ловушки, стремительно взмыл на безопасную высоту, скрываясь за пепельной пеленой облаков.

Кассетная бомба «РБК-500», достигнув заданной полуторакилометровой высоты, взорвалась, в одно мгновение превратившись в рой черных точек, состоявших из двухсот шестидесяти восьми противотанковых кумулятивных элементов. Килограммовые заряды, предназначенные для пробивания танковой брони, нырнув в глубокий снежный покров, отозвались из недр едва слышными хлопками и невысокими белыми фонтанами слабых взрывов.

— Кажется, получился пшик, — разочарованно произнес подполковник Афанасьев, но не успел он сказать это, как до них донесся гул. Гора Абай, как живое существо, тяжело вздохнула, освобождаясь от белоснежного наряда, и многометровые пласты снега поползли вниз, обнажая гору до черноты породы. Мгновение — и лавина понеслась к земле со скоростью гоночного автомобиля, сметая все на своем пути.

Гигантские массы снега, скатившись к подножью, с грохотом засыпали узкую полосу небольшого горного ущелья. От удара в небо взметнулись клубы снежной пыли, в лица спецназовцам дохнула своим ледяным дыханием смерть.

По сигналу будильника Махмуд Аббас Аль Фарук открыл глаза и с раздражением отключил электронное устройство, режущее слух завыванием муэдзина из миниатюрного динамика.

Несмотря на то что ливиец снимал номер в английской гостинице «Хилтон», обстановка и сервис здесь были самыми что ни на есть восточными. Начиная от росписи стен и заканчивая будильником с воплями муэдзина на главном минарете Буктара.

Впрочем, ранний подъем нисколько не испортил настроение Фарука. Утро воскресенья, как казалось Аббасу, — великий день, сегодня он встречается со Сказочником. Денег, которые он предложит бывшему вице-президенту самопровозглашенной исламской республики Ичкерия Заурбеку Галиперову, будет достаточно не только для того, чтобы пополнить казну воюющих в горах сепаратистских отрядов, но и себе останется столько, что правнукам хватит до конца жизни.

Махмуд легко вскочил с постели, потянулся и встал перед зеркалом, проведя ладонью по жесткой, как проволока, щетине. Ливиец недовольно поморщился, вспомнив о своем личном парикмахере, который каждое утро выбривал его до блеска. От нахлынувших воспоминаний полковнику нестерпимо захотелось домой.

После бритья и получасовой ароматной ванны Махмуд Аббас оделся и прошел в ресторан. Питаться в одиночестве полковник не привык, его работа требовала двух вещей: находиться в обществе и контролировать общество вокруг себя (каким способом — не суть важно).

Гостиничный ресторан располагался на втором этаже стеклянной террасы с ведом на темно-синие воды Персидского залива.

Время было раннее, поэтому посетителей в зале было немного, бизнесмены, избравшие это место для ранних переговоров с компаньонами. Среди них, механически жующих, в ресторане находилась женщина. Молодая нимфа с огромными голубыми глазами и копной пышных золотистых волос, от сияния которых в зале стало светлее. Так, по крайней мере, показалось Аббасу.

Женщина в «Хилтоне» поселилась недавно, два-три дня тому назад, определил полковник. Днем ранее он видел ее с фотоаппаратом на шее, а из сумочки выглядывал краешек путеводителя по местным достопримечательностям.