на месте так быстро, как только смогу.
Когда я заканчиваю вызов, то уже подхожу к выходу и проскальзываю через двери, которые с громким стуком захлопываются за моей спиной.
Я радуюсь прохладному ночному воздуху, который наполняет и обжигает легкие, безжалостно атакует кожу. Вдыхая полной грудью, я пытаюсь отделаться от мыслей, которые не позволяют дышать.
Время Джона на исходе.
Я почувствовал это сегодня. Почувствовал его.
Вот почему я никак не мог сконцентрироваться на игре.
Моя половина едва не погибла от остановки сердца.
Он не мог дышать.
А я не могу вылечить его.
Я никого не могу вылечить.
Глава 46. Деккер
Глава 47. Деккер
Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. От этого бумаги, что лежали у меня на коленях, разлетаются по полу. Кажется, я уснула на диване.
Пребывая в растерянности только что проснувшегося человека, я гадаю, кто решил навестить меня в час ночи.
Кого, черт возьми, швейцар мог впустить в столь позднее время?
Чеда? Кого-то из моих сестер?
Боже мой. Возможно, с папой что-то случилось.
С бешено колотящимся сердцем я бросаюсь к двери, и за эти тридцать футов в голове проигрываются наихудшие варианты. Только посмотрев в глазок, я замираю.
Хантер.
Я едва ли не смеюсь при виде него. Три года назад я добавила его в список одобренных посетителей в надежде, что однажды он заглянет ко мне в гости. Чтобы побороться за меня.
Я так и не вычеркнула его из списка.
Когда я открываю дверь и встречаюсь с ним лицом к лицу, моя улыбка угасает.
Бледный и осунувшийся, он стоит с опущенными плечами, а в глазах отражается тревога.
– Хантер? Все в порядке? Что ты…
Он делает шаг вперед и заключает меня в крепкие объятия. Обвивает руками, зарывается лицом в изгиб шеи и дрожит, охваченный эмоцией, которую я буквально ощущаю физически.
– Эй. Что случилось? – спрашиваю я. Столь нетипичное для него поведение застает меня врасплох. Его потребность в поддержке настолько ощутима, что я поглаживаю его по спине и целую в висок.
Мы так и стоим на месте. Он обнимает меня, пока я ощущаю себя совсем беспомощной.
– Просто ты была мне нужна. – Этих обрывистых слов и жара его дыхания, который касается моего плеча, оказывается достаточно, чтобы мое сердце сжалось. Между нами все намного серьезнее, чем просто секс. Нечто гораздо большее, чем физический акт, призванный сблизить двух людей.
– Я здесь, – шепчу я. – Я рядом.
Пока мы стоим, погруженные в безмолвное отчаяние, я перебираю все возможные варианты – его могли выгнать из команды или что-то случилось с его семьей… снова.
– Господи, Декк. – Хантер проводит рукой по волосам, проходит к окнам, но снова возвращается ко мне. Его плечи опущены. Он смотрит на меня с полным поражением в глазах.
– Ты в порядке? – Это всего лишь один из миллиона вопросов, что крутятся в моей голове, но зато он самый нейтральный. Хантер расскажет мне все, когда будет готов.
– Ага. Думаю, что да. – На его глаза наворачиваются слезы. Я еще никогда не видела его настолько уязвимым, и это выводит меня из равновесия самым непостижимым из всех возможных способов.
Эти слезы говорят о том, что он доверяет мне.
Они говорят, что он нуждается во мне.
Я отбрасываю эту мучительную мысль, решив вернуться к ней после ухода Хантера… Но прямо сейчас он нуждается во мне.
– Я хотел вернуться домой… но… просто… Не знал, куда еще пойти. – Его голос едва слышен. Признания, смешавшегося с замешательством во взгляде, достаточно, чтобы подсказать мне, что ему нужно. Чтобы ни с того ни с сего напомнить мне о том, что обычно говорила нам мама, когда мы не находили слов. – Ты нужна мне.
Эти слова обвиваются вокруг моего сердца и впитываются в мою душу.
Он пришел ко мне.
Я нужна ему.
– Иди сюда, – протягиваю я руку. Хантер бросает на нее неуверенный взгляд, но все же сжимает мою ладонь.
Я веду его по коридору к спальне. Скажи я кому-нибудь, что привела Хантера Мэддокса в свою спальню, при этом не собираясь раздеться, меня бы посчитали сумасшедшей.
Но сделала именно это.
К тому же он так растерян, так переполнен охватившей его болью, что у него не возникает никаких грязных мыслей, когда я отодвигаю одеяла, забираюсь в постель и приглашаю его присоединиться. Смотря мне прямо в глаза в попытке передать историю, которую его губы произнести не в силах, он сбрасывает обувь и ложится.
Хантер обхватывает руками мою талию, кладет голову мне на грудь так, что я упираюсь подбородком в его макушку.
Мы лежим, не говоря ни слова: я дарю Хантеру комфорт, а он берет то, в чем нуждается, пока наконец его дыхание не выравнивается и он не проваливается в сон.
Медленно поглаживая его по спине и понимая, до чего же приятно быть кому-то нужной, я тоже засыпаю.
Глава 48. Деккер
Вздрогнув, я просыпаюсь.
Солнечный свет проникает сквозь жалюзи, которые я так и не закрыла прошлой ночью. Пустая половина кровати все еще хранит тепло, а я прекрасно помню, что случилось.
В гостиной раздается глухой удар, и я, все еще сонная и обеспокоенная состоянием Хантера, выскальзываю из постели.
– Хантер? – Когда он не отвечает, я направляюсь дальше по коридору и вижу, как он подходит к входной двери. Он оглядывается через плечо, и мы встречаемся взглядом. – Что ты делаешь?
Он все еще выглядит ужасно – хмурый, с такими красными глазами, словно не спал годами – хотя я знаю, что он проспал целых семь часов.
– Я… эм… у меня дела.
– Эй, – зову я, когда он снова поворачивается ко мне спиной. Хантер собирался сбежать не попрощавшись. Во мне вспыхивает обида, которой я пытаюсь найти оправдание, но тут же теряю всякую надежду это сделать. – Что происходит?
– Всего лишь момент слабости.
– Что именно? – уточняю я, хотя уже знаю ответ.
– То, что я заявился сюда.
– Слабость? – смеюсь я, поскольку от меня не ускользает то, что его «слабость» является синонимом моей «ошибки». Гнев вспыхивает во мне с новой силой, пока я изучаю Хантера взглядом. Очевидно, он все еще расстроен, но использовать меня и сбежать… Это вполне в его репертуаре. – Хочешь знать, что такое слабость? – Я делаю к нему шаг. – Это обнажить перед тобой душу. Стоять на парковке перед ареной
