— Видите? Типичная реакция. Уничтожить саймов, и проблема решена. Разве столетия ничему не научили дженов?
Валлерой кивнул.
— Понимаю, что вы имеете в виду. Единственный ответ — проводники, но даже здравомыслящий джен не видит этого.
Валлерой неожиданно понял, как далеко он зашел с той ночи, когда ногами вперед вступил на территорию саймов. Эйша говорила от лица всего своего общества, но Валлерой больше не был его частью.
— Назтер, это женщина, которую вы любите. Дайте ей время, чтобы приспособиться. Она может еще понять.
Эйша сказала:
— Хью, я не знала, что ты так хорошо говоришь на их языке!
— Не умел, пока не начал искать тебя. Ты нас заставила погоняться за собой, знаешь ли.
— Я все время была здесь.
— Но мы этого не знали, — вмешался Клид. — Я потерял одного из лучших своих людей, отыскивая нить, ведущую сюда.
Неожиданно утреннюю тишину нарушил стук копыт. Лошади, покрытые пеной, выдувающие облака пара в морозном воздухе, прошли под аркой и исчезли за углом здания. Большая группа роскошно одетых всадников… очевидно, люди, обладающие властью…
— Кто, по—вашему?.. — начал Валлерой.
— Несомненно, Эндл, — ответил Клид.
— А кто это?
Клид отошел в дальний угол, а Валлерой объяснил Эйше роль Эндла в том переплетении событий, которое привело их сюда. Его сердце забилось быстрей, когда он увидел, как она воспринимает информацию. Она не сдалась. Она была полна желанием борьбы. Он подумал, что редкая женщина может приободриться, узнав, что она не жертва случая, а участница поистине судьбоносной, гигантской войны.
От дальней решетки послышался голос Клида:
— Они идут!
На каменистой почве отчетливо звучал стук копыт. Из прохода между двумя казармами показалась группа всадников. Хорошо одетые саймы, привыкшие приказывать другим и показывающие это своей внешностью.
Предводитель заметно отличался от свиты.
Среднего роста, далеко не молодой и как будто обычного смешанного расового происхождения. Но на этом его сходство с остальными кончалось. В руке он держал короткий парадный саймский хлыст, скорее хлыст для верховой езды, с украшенной драгоценными камнями рукоятью. Его черные сапоги были начищены до зеркального блеска. Бросающийся в глаза белый плащ падал на бока лошади волнами дорогого материала. Безупречно скроенный костюм создан не для защиты от непогоды, а для красоты. А несколько драгоценных украшений подобраны так, чтобы подчеркнуть консерватизм и богатство их владельца.
Но выделяла его не тщательно ухоженная внешность. И в грязных тряпках он точно так же производил бы впечатление. Блеск глаз, наклон головы, уверенное высокомерие спокойных координированных движений — все это присуще правящему монарху. Это лидер, который привлекает сторонников, готовых поддержать только победителя.
В короткий промежуток, пока всадники спешивались, Валлерой неожиданно увидел весь конфликт в совершенно новом свете. С одной стороны, Тектон, основанный на идеалах и личной преданности; с другой — джанкты, объединенные личной алчностью. Тектон строит общество из взаимозависимых, взаимнопереплетающихся единиц; общество джанктов состоит из взаимноотталкивающихся единиц, которые начинают расходиться в тот момент, когда слабеет соединяющая их сила.
Таким моментом послужит смерть Эндла. И Валлерой молча пообещал: таков будет второй вклад в смертный счет Фелехо амбров Зеора!
Вспышка ненависти, сопровождавшая эту клятву без слов, вызвала короткий взгляд предполагаемой жертвы. И все же, спешившись, Эндл сразу направился к Клиду.
Его искривленный в улыбке рот говорил о сознании своей победе. Эндл еще не успел сказать ни слова, а сердце Валлероя застыло. Новая вспышка гнева — еще один проницательный взгляд, завершившийся дьявольским хохотом.
— Сектуиб… амбров… Зеор… твой товарищ прав!
И снова смех, вежливый, но варварски торжествующий.
Валлерой подумал, что даже смех этого человека так же тщательно рассчитан, как его наружность. И все же не Эндл доминировал в этой сцене, а Клид. Пленник, закрытый в клетку, явно в руках безжалостных врагов, грязный, оборванный, разрываемый потребностью, проводник обладал спокойным достоинством, рядом с которым Эндл казался преувеличенно разряженным… как клоун, слишком неумелый, чтобы забавлять детей в Зеоре.
Эта конфронтация без слов — ничего более странного Валлерою не приходилось видеть. Позже, вспоминая, он пришел к выводу, что это было торжество сотрудничества над соперничеством. Клид был не один. Даже заключенный в клетку, он мог опираться на силы всего Тектона, тогда как Эндл мог рассчитывать только на свою самоуверенность. Но в тот момент Валлерой видел лишь, что невидимый источник силы Клида нарушил единство свиты Эндла. И это наблюдение вернуло Валлерою надежду.
Но ненадолго. Неловкий смех стих, искаженное улыбкой лицо застыло. Только губы двигались, произнося насмешливым тоном:
— Зеор мертв!
Валлерой догадывался, что на Клида подействовали не слова, а то эмоциональное содержание, которое стояло за ними. Слова могут быть блефом или хвастовством. Но проводник привык воспринимать эмоции. И никакой обычный сайм не мог его обмануть.
— Что это значит?
Вопрос был задан ровным, спокойным голосом, но одно это указывало, какой эмоциональный контроль стоит за этими словами.
И вот для Эндла наступил долгожданный момент победы. Он достал газету, развернул ее и поднял так, чтобы Клид мог прочитать. Это был специальный выпуск «Тектон Уикли».
«Вчера, — прочел Валлерой, — в общине Зеор умерла Енава амбров Зеор, жена сектуиба Клида Фарриса».
Остальное он не мог разглядеть, но Эндл досказал:
— У Енавы начались роды. Были осложнения. Так как тебя с ними не было, ей пытался помочь твой дед. — Он помолчал, чтобы усилить эффект. — Твоя жена, сын и дед мертвы. Вскоре ты последуешь за ними. Без предводителя Зеор… мертв!
Клид внешне никак на это не отреагировал, но, должно быть, последовала какая—то эмоциональная реакция, потому что Эндл снова рассмеялся. Однако этот смех оказался серьезной тактической ошибкой. Сузив глаза, проводник чуть сместил свой вес и ждал.
Вновь возникшее единство людей Эндла мгновенно распалось. Побежденный пленник по—прежнему доминировал над торжествующим победителем. Этого не могло быть, однако это было, и даже глухие к эмоциям джены не могли этого не заметить.
Смех стих на этот раз еще быстрей, и в наступившей тишине Клид сказал:
— Зеор — это не личность, а идея. Идеи нельзя уничтожить, убив разделяющих их людей. В Зеор — навсегда!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
