Удивленно качая головой, Эйша спросила:
— Как вообще удалось законно организовать общины?
— До появления проводников никто и не думал о принятии закона против нас. В конце концов разве у дженов есть закон, запрещающий дышать водой вместо воздуха?
Эйша рассмеялась. Это изящный, похожий на звон колокольчиков смех вызвал у Валлероя воспоминания. Он забыл, как приятно слушать ее смех. Она сказала:
— Понимаю, что вы имеете в виду. Все саймы убивают, так зачем принимать закон против того, чтобы не убивать? Хороший вопрос.
— А к тому времени как кто—то об этом додумался, у нас уже было слишком много друзей, обладающих высоким положением.
— Разве эти друзья не смогут не дать хода делу об измене?
— Больше не смогут. Ни для кого не секрет наши симпатии к правительству дженов. За последние несколько лет становится все больше настроенных против нас. Сторонники Эндла ждали только удобного предлога, и вот они его получили. Даже если улики им придется подделывать.
— И вы не можете сопротивляться, — сказал Валлерой, — потому что поддельные улики оказываются подлинными.
— Для меня в этом нет ничего подлинного, — сказала Эйша, откидываясь на прутья решетки.
— Станет, — ответил Валлерой, — когда он схватит тебя своими щупальцами. И для тебя это станет моментом удара… за нас, за Зеор, за все человечество.
— Звучит слишком мелодраматично. Как может джен что—нибудь сделать, когда его держит сайм? И как я могу что—нибудь сделать, чтобы спасти мир?
— Со смертью Эндла его движение распадется, — сказал Валлерой, — по крайней мере на время. Он старался устранить из своей организации всех способных лидеров. Некому будет занять его место. Его смерть, возможно, отсрочит Зелеродов Рок на несколько лет.
После того как ей объяснили теорию саймского математика, Эйша сказала:
— Понятно. Значит, я должна убить Эндла. Но я никогда никого не убивала. И не знаю, как это сделать. У вас где—нибудь здесь спрятаны нож или ружье?
— Нет, — ответил Валлерой, вытаскивая из—за пазухи звездный крест. — Вот все, что у нас есть.
— Не кажется очень острым. Я эффективней выцарапаю глаза ногтями. Но он не даст мне такой возможности.
— Сила этого креста — в твоей вере в него, — сказал Валлерой.
— Но я не верю… Я сейчас не уверена, верю ли вообще в Бога. Я молилась, о как я молилась!
— Что ж, — сказал Валлерой, гладя свой талисман. — Твоя вера сработала. Ты молилась, и вот мы здесь.
— Со всем уважением к… гм… к сектуибу… ну и спасательный отряд!
— Мы не спасательный отряд, — поправил Валлерой, — ударная группа. Мы собираемся превратить организацию Эндла в груду мусора. Вернее, ты собираешься.
— Вы мне еще не объяснили, как это сделать.
Валлерой перешел на саймский.
— Клид, вы заметили, что она реагирует как типичный джен… убить всех саймов, и проблема будет решена. Если она так типична в своих реакциях, можно ли доверить ей секрет, как убивать саймов?
Задумчиво поджав губы, Клид переступил с ноги на ногу. В своей специфической манере он помассировал латерали — этот его жест всегда вызывал беспокойство у Валлероя.
— Эйша, — медленно заговорил проводник, — скажите мне, что произойдет, если все саймы неожиданно умрут.
Она задумчиво нахмурилась, почувствовав, что в этом вопросе есть нечто большее, чем то, что на поверхности.
— Что ж, потребуется очень много времени, чтобы похоронить их всех. Возможно, начнутся эпидемии.
— Верно, — согласился Клид. — А после этого? Станет ли этот мир более удобным для жизни?
— О, нет! Саймы ведь будут продолжать появляться после перехода. Только не будет взрослых саймов, чтобы обучить их. У них не будет ни языка, ни культуры, ни технологии… никакого способа жить, кроме убийства, и никакого места для жизни, кроме пустыни. И вскоре мы вернемся к тому, что было восемьсот лет назад. Придется начинать все заново. И на этот раз нам может не так повезти, если у нас не появятся проводники.
— А что вы бы сделали, если бы могли научить своих друзей дженов убивать саймов?
— За один раз убить сразу всех?
— Нет, по одному за раз.
— Не знаю. Возьмем, например, Джинни Симмз. Она из тех фанатиков, которые сразу ухватятся за возможность уничтожить всех саймов. О возможных эпидемиях и о будущих саймах она и не подумает. Не думаю, чтобы я сказала ей, даже для того чтобы спасти ее жизнь. А вот Милдред совсем другая. Она считает всех саймов злыми людьми, но предоставляет Господу думать о них. Беда в том, что Милдред сплетница. Если сказать ей, к вечеру будет знать и Джинни. — Она немного подумала. — Не могу представить себе ни одного человека, которому смогла бы доверить эту тайну… за исключением Хью.
— Теперь ты понимаешь, — сказал Валлерой, — почему мы колеблемся. Есть и другой фактор. Метод еще более жесток, чем то, что они делают с Клидом. Жертва страдает… ужасно.
— А если он выживет ненадолго, — добавил Клид, — у него возникает фобия против отбора селина. Мне пришлось присутствовать при смертной агонии такой жертвы. Можете представить себе безрукого, умирающего на расстоянии досягаемости от крана с водой?
— Ужасно. Большинство обычных людей такого не заслуживают, но такие, как Эндл… Думаю, мне бы хотелось сделать с ним то, что он делал с другими. К тому же, когда убивают тебя, ты не очень заботишься, будет ли твой ответный удар безболезненным.
— Если пообещаете, что не будете без необходимости слишком жестоки… даже с Эндлом… я научу вас, чему смогу.
Эйша обдумала эти слова.
— Я не стала бы по доброй воле пытать даже таких, как он. Но быть очень осторожной не обещаю.
Настала очередь Клида задуматься. Из—за напряженного поля девушки и своей растущей потребности он не очень хорошо оценивал ее эмоции. И решил рискнуть.
— Назтер, — сказал он на саймском, — думаю, ей можно верить.
— Хорошо. Объясните ей, а я дам звездный крест.
Они работали всю вторую половину дня, прерываясь только на еду или когда подходили рейдеры, чтобы проверить, не сломался ли Клид. Их насмешки только укрепляли решимость пленников.
Уже в темноте, когда измученная девушка уснула, Клид сказал:
— Я начинаю надеяться, что она справится, если ее не опоят.
— Не думаю, что он ее опоит… ведь я назвал его трусом в присутствии его людей.
— Это было очень умно, назтер. Они знали, что он делает, но такое новое объяснение им и в голову не приходило.
— Думаете, я был прав?
— Возможно, отчасти. Никогда не слышал, чтобы у обычного сайма возникало тяготение к передаче от сайма к сайму перед разъединением. Конечно, может существовать разновидность саймов, реагирующих таким образом… но я в этом сомневаюсь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
