– Боевая пара? Встречается? – разумеется, под таким прессингом она в миг забыла о том панибратстве, которое я себе позволил по отношению к ней.
Когда мы с выверной прошествовали мимо Карамельки и Кааря, первый закатил глаза к небу, а второй неожиданно одобрительно улыбнулся и даже незаметно подмигнул мне. Я возликовал. Теперь я был уверен, что с Каарем мы споемся. Осталось только Изю на свою сторону перетащить.
За нами с повинно опущенной головой плелась Ванилика, которую я мысленно обозвал Ванилью, а я, заливаясь соловьем, тащил за собой в кафе Изю. Она слушала так внимательно и так чутко реагировала на все мои невольные обмолвки об истинном состоянии дел и успехах её дочери, что у меня, не смотря на всю ту легкость разговора, которую я пытался демонстрировать, было чувство, словно ступаю по минному полю. Но я старался не обращать на это внимания, а потом мы пришли в кафе, уселись за так спешно покинутый нами столик, повторили заказ, и вот тогда у нас пошел уже серьезный разговор.
Изольдика негодовала. Я её понимаю. Виверне было обидно, что она пропустила вчерашнее веселье, и не просто так, а потому что собственные дочери не рискнули доверить ей свой главный секрет. Она не пускала Гарри в университет, поэтому та подала документы и поступила тайно от матери, а потом все эти полгода они с Ваниликой искусно покрывали её отсутствие в их части острова. Но Изольдика начала что-то подозревать, и тогда перед её светлые очи, аккурат неделю назад, предстала сама Гарри. Вот Изя и успокоилась. Оказалось, что зря. Гарри как раз в тот день втихаря от всех летала пообщаться с папой Фа и, заодно к своим залетела. Так что рано Изя расслабилась, о чем теперь сетовала и сокрушалась. Но то, что мы с Карамелькой и Каарем при минимальном поддакивании со стороны провинившейся Ванили ей рассказали, виверну очень заинтересовало и даже обрадовало. Так что смело могу сказать, что встречался я с ними не зря и вообще продуктивно провел обеденное время.
Единственное, о чем я сожалел, и, сразу скажу, не я один – это то, что я не мог позволить себе такую роскошь, как пригласить виверну и ифрита на наши вечерние посиделки. О чем речь? Ну как же, я ведь еще в прошлые выходные обещал ребятам, что по воскресеньям у нас теперь всегда будет киносеанс. Так что, приехали к ним родители или нет, это ничего не отменяет.
Меня утром, уже на подходе к аэровокзалу, перехватили Филька и Вини и принялись при Карамельке выспрашивать, будем ли мы сегодня смотреть продолжение 'Властелина Колец'. Разумеется, я ответил, что нет, объяснив это тем, что у нас сегодня в кинозале будет много новеньких, поэтому смотреть продолжение, не видев начала, им будет не интересно. Но в ответ на кислые мины ребят из коммандос я клятвенно пообещал, что покажу им сегодня не менее интересный фильм, точнее, даже мультфильм. Разумеется, мне тут же припомнили ослика, женатого на драконе, на что пришлось объяснять, что 'Шрека' нужно смотреть уже подготовленным, так как зачастую юмор другого народа не всегда понятен даже в рамках одного мира и одной расы, что уж говорить о шутках иного мира. Но я пообещал им, что мультик будет не менее увлекательным, так что оба эльфа с добытой информацией в клюве понеслись с остальным делиться планами на сегодняшний вечер.
После этого к нам и напросился Камарель вместе со всем их только вчера созданным классом вундеркиндов. Оперативно, однако, они с Микой сработали. За что радуюсь, так это за самих деток. Вчерашний стресс для них, когда их силами обоих деканов вылавливали по всем факультетам, получился, как я очень надеюсь, минимальным. Зато выгода от такой оперативности взрослых на лицо. Но об этом чуть позже.
Так вот, позвать с нами Изю и Каа я не мог, так как опасался, что опытные родители других колокольчиков сумеют-таки просечь, что эти двое не являются теми, кем хотят казаться. Поэтому во избежание преждевременно раскрытия пришлось оставить их обоих в Холёбаске. Изя заявила, что после того, как она увидится с младшей дочерью, они с Ванилью вернутся обратно на свои Драконьи острова. А вот Каа изъявил желание остаться на целую неделю, при условии, что под чутким присмотром Ники он сможет еще несколько раз побывать в университете и все там осмотреть. Разумеется, я дал добро. Причем даже Лучистый, весьма активно пообщавшись с Каа на отвлеченные темы, не стал этому противиться. Так что расстались мы весьма довольные друг другом. Я пообещал Изе, что непременно отошлю к ней Гарри, как только мы с Карамелькой снова попадем в университет. Разумеется, тут же к моим услугам хитро щурившимся эльфом был открыт портал, так что обратно мы добрались не в пример быстрее, чем летели туда. Но я не возражал. Утренний полет на дирижабле помог нам с Камарелем нормально пообщаться. Думаю, он отказался в тот раз от портала, рассчитывая именно на это. К слову, Изе и Каарю мои сокращения их имен понравились. Так что теперь смело могу их так называть хоть про себя, хоть вслух. И это радует. Еще один шажок к взаимопониманию, разве это не здорово?
Ир
Со встречи с родителями Фа и Гарри Андрей вернулся неприлично довольным собой. Меня так и подмывало сказать ему какую-нибудь гадость. Но я уже привычно одернул себя. Даже странно. Раньше мне бы и в голову не пришло щадить чьи-то чувства, кроме своих собственных. Но теперь я все время об этом думаю. Даже голова пухнет, но я справляюсь. Научился же я жить в мерцаниях годами, и человечности, как это обозвался Андрей, научусь. Наверное…
И все же кое в чем я просчитался. Я так радовался, что из-за его простофильности мне не пришлось вдаваться в подробности того, что именно представляет собой наша с ним синхронизация и чем это может в ближайшее время грозить мне лично. На самом деле, ничем серьезным, но в некоторых вопросах я буду несколько ограничен в свободе действия. Почему я так легко пошел на это? Все просто. Поразмыслив, я осознал, что через неделю у всех колокольчиков и нас с Андреем до кучи будут каникулы, то есть спокойная мирная жизнь в глубинке без нервных потрясений, которые в университете подстерегают нас буквально на каждом углу. Вот я и решил, что могу себе позволить день-другой отлежаться.
Разумеется, посвящать Андрея в свою временную частичную недееспособность я не собирался. Зачем ему знать? Это только мое решение. И принимал я его осознанно и по острой необходимости. Дело тут даже не в чувствах, а в трезвом расчете, по которому выходит, что нам сейчас Андрея терять никак нельзя, уж больно он хорош в своем деле. И уже потом, поразмыслив, я мог бы сказать, что я лично тоже не хочу его потерять. Он стал слишком привычной, почти необходимой оставляющей моей жизни. И отказываться от неё я не собираюсь. Точка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
