Глава 30
Как описать состояние мужчины, который впервые в жизни не может взять себя в руки?
Бешенство и бессилие.
Я настолько вымотался за этот месяц, что сам не заметил, как постепенно стал терять контроль над ситуацией. Слишком давил на девчонку, контролировал, опустился до шантажа...
Наверно нужно было попробовать сразу после теста днк попробовать пустить ей пыль в глаза, по проверенной схеме влюбить в себя и потом уже трахнуть... Но все вышло с точностью до наоборот. Именно Ксюша трахнула мне мозг и обосновалась там, выселив всех бывших, вместе взятых.
Но самое неприятное во всей этой ситуации то, что я не просто сошел с ума, я ещё и совсем не продвинулся в отношениях с девчонкой. Хотя можно ли назвать отношениями то, что происходило между нами?
Чем я лучше Шамая, если весь этот месяц вел себя как форменный идиот? Чем я лучше мудилы Горина, если почти полностью повторил его поведение?
Хотя эта колючка тоже хороша. Увидела зараза, что меня на ней заклинило, и теперь изворачивается, как может. Это не кроткая Маша, которая прогнулась бы под любое принуждение, если бы мне реально приспичило, не одержимая Таня, готовая на унижение, чтобы быть рядом, и даже не Света, скрывающая влюбленность под свободными отношениями.
Моя пигалица уникальная. Абсолютно ни на кого не похожая, и от этого ещё больше раздражающая и желанная.
Остановившись у кофейни, я потер глаза и положив ладони на руль, прислонился к ним лбом. Нервозность и напряженность последних дней вылилась в дикую усталость, которая буквально валила с ног. Мне не хотелось бокса, встреч с друзьями идаже курить... Хотелось секса. Причем только с пигалицей, и ни с кем больше. Те два дня, на которые я получил Ксюшу себе, настолько быстро пролетели, что у меня возникло стойкое ощущение лохотрона. И лохом в этой ситуации был именно я. Купился на её развод с одной ночью и так глупо отдал единственный имевшийся у меня козырь. В итоге она свободна, а остался голодным, причем во всех смыслах этого слова.
Заказав себе кофе, я сел в машину и максимально медленно поехал по старым улицам города, то и дело засматриваясь на молоденьких девушек. Хотелось подцепить какую-нибудь очередную, окружить заботой и запудрить мозги, а потом отвести на ней душу по полной программе.
Но всё было не то.
В который раз я переключался на воспоминания о больших зеленых глазах, мягких, по-обиженному надутых губах, и острых ключицах пигалицы. Что с ней делать?
Ну не пускать же пыль в глаза, после того, как мы неудачно начали наше общение? На шантаж она не поддается, на деньги не повелась. Кремень девка.
Бесит до зубного скрежета... А возбуждает ещё больше.
Пока я ехал к нужному месту, в голове то и дело прокручивались варианты присвоения Кругловой. Может устроить спектакль и выступить в нём спасителем? Показать ей хорошего Мороза? Неплохо, но нужно подумать.
Лениво размышляя над дальнейшей стратегией действия, я допил кофе и зарулил в нужный двор. Мартовское утреннее солнце здорово пригревало, поэтому пришлось оставить машину под одним из раскидистых деревьев и пройти пару пролетов пешком. Пройдя под аркой, я поднялся по ступеням и остановился у отдельного входа, после чего нажал звонок на массивной деревянной двери.
-Морозов. У меня назначено.
-Проходите, Роман Сергеевич, - ответил мягкий, немного надтреснутый мужской голос, после чего дверь распахнулась.
-Вы очень пунктуальны. В моем кабинете нам будет удобнее, - радушно улыбнулся мне невысокий полноватый мужчина в дорогом классическом костюме, после чего обратился к девушке, бросавшей на меня смущенные взгляды, - Инна, принесите нам кофе.
Когда дверь кабинета закрылась, мужчина сразу перешел к делу:
-Документы готовы, плюс пакет касающийся дочери Олега Сергеевича.
Я махнул головой и взял предложенную папку, после чего бегло изучил документы. Здесь было завещание, выписки на клубы и рестораны, а также опись недвижимости. Рудольф Филиппович давно был доверенным лицом нашей семьи, поэтому к нему я испытывал полное доверие и не видел смысла рассатривать каждую букву под лупой.
-В завещании говорится, что всем движимым и недвижимым имуществом покойного будете распоряжаться вы, но, как личная просьба, прописано желание, чтобы по одной пятой части досталось сестре Олега Сергеевича Ольге Сергеевне Кощеевой и дочери Кругловой Оксане.
Тут мой взгляд упал на два, скрепленных между собой теста днк... Предполагаемый отец Морозов Олег Сергеевич... Предполагаемая дочь Круглова Оксана...
Оба положительные.
Он её отец.
П*здец.
Висок прострелило резкой болью, а в груди разлилось едкое, до жути неприятное чувство осознания того, что я наворотил...
В голове тут же закрутились воспоминания, как Олег перед смертью просил меня присмотреть за его ребенком, как говорил всегда, что я самый здравомыслящий и справедливый человек... Он тогда шутил, что если когда-нибудь умрет, то только мне доверит распоряжаться всем имуществом, хотя часть заведений по факту и так была моей.
Хорошо присмотрел. Молодец, Роман...
Планомерно доводил и мечтал трахнуть дочь Олега...
Чёрт возьми, да я совсем сошел с ума и двинулся на этой девушке, поэтому шантажом принудил её к сексу.
Меня так оглушило, что я забыл, где нахожусь и чем занимался еще минуту назад. На душе стало так погано, что впрору было лезть в петлю...
Стоп. Если Олег её родной отец, то, получается, мы не братья?!
Кто из нас приёмный? Я или он?
Мысли вихрем кружились в голове, а голос нотариуса доносился словно издалека:
-Роман Сергеевич! Вы побледнели... Все в порядке?
-Да, оформляйте всё так, как ранее договаривались, - я поднялся и направился к двери, но снова был окликнут:
-Куда же вы? У нас еще много нерешенных моментов.
-Мне нужно ехать. Делайте все сами. Я вам полностью доверяю, - прошелестел я, схватившись за переносицу и сильно зажмурившись.
-Олег Сергеевич очень вам доверял и хотел, чтобы вы распоржались наследством Оксаны Кругловой до того момента, пока ей не исполнится двадцать один год.
