все еще требуются ресурсы для дальнейшего восстановления функционала.
– Какие именно?
– Цинк, марганец, хром…
– Стоп, хватит! – оборвал его Вальхем. – Я все понял. В любом случае, здесь нам ничего из перечисленного не найти. Что-то еще, возможно, и отыскалось бы на заднем дворе кузницы, но сейчас этот вариант для нас исключен. Да и вряд ли мы смогли бы накопать там что-либо стоящее.
Он обернулся и бросил взгляд на поселок, над которым взлетали вихри искр от его пылающего дома. Он даже сам удивился тому, насколько спокойно рассуждает о вещах, связанных с его родным жилищем и его погибшими близкими. Аврум все же сумел заставить его перевернуть эту страницу. Но надолго ли хватит ему запаса хладнокровия и рассудительности? Он же не может вечно оставаться он вот таким безучастным, точно бездушная машина.
– Какие еще доступны варианты? – осведомился Аврум.
– Думаю, необходимые тебе материалы можно раздобыть только в Кверенсе. Говорят, там на складах есть все, что только пожелаешь! Отчим регулярно в столице что-нибудь заказывает… заказывал, – Вальхем снова помрачнел и повернулся к Авруму, беспомощно разведя руками. – Но я не имею ни малейшего понятия, как туда попасть!
– Несколько дней пути через пустыню?
– Именно! Пешком никак не дойти.
– Моих возможностей для такого дальнего путешествия пока тоже недостаточно, – признал Аврум. – Но люди же как-то туда добираются! И заказанные грузы твой отчим все же получал! Как?
– На караванах, как же еще?!
– То есть? – собеседник Вальхема явно пребывал в легком замешательстве. – На верблюдах что ли? Но таким образом много не увезешь!
– На каких верблюдах?! Ты о чем?! – отмахнулся парень, раздраженный его непониманием. – Как же ты отстал от жизни! Караваны – это огромные стальные гусеницы из нескольких сцепленных эшелонов, движимых углем, огнем и паром. Они курсируют между Цигбелом и Кверенсом каждые две недели, но вот билет на рейс даже в один конец стоит таких денег, каких у меня отродясь не водилось.
– Возможно ли пробраться на караван тайком?
– Примерно так же, как залезть тебе на загривок, чтобы ты этого не заметил, – хмыкнул Вальхем. – Но это еще только полбеды. За все, что нам может понадобиться в Кверенсе, тоже придется платить. А нечем. Плюс еще обратная дорога…
– Мы можем одолжить денег у кого-нибудь? – продолжал предлагать варианты Аврум, каждый следующий из которых звучал все более отчаянно и безумно.
– У кого?! – едва ли не истерически взвизгнул Вальхем. – Да от меня все знакомые теперь шарахаться будут как от прокаженного! Забудь! Никто со мной даже разговаривать не станет!
– Но покойникам-то уже все равно, не так ли?
– Ты… ты на что намекаешь? – мальчишка нахмурился, подозревая неладное и чувствуя, как по его спине заструился неприятный холодок.
– У тех, кто сегодня приходил по твою душу, в карманах наверняка что-нибудь найдется. Как ты думаешь?
– С ума сошел?! – Вальхем в ужасе даже отскочил назад. – Предлагаешь мне рыться в этих кровавых лохмотьях?! Обыскивать даже не трупы, а их… куски, что ли?! Совсем ольханулся?!
– Мертвые сраму не имут, да и деньги им уже без надобности, а вот нам бы они очень даже пригодились.
– Нет-нет! Даже не уговаривай!
– Хватит! – неожиданно резко осадил его Аврум. – Кончай тут сопли по лицу размазывать! Перед нами стоит задача выжить, и мы либо решим ее, закрыв глаза на стыд, моральный дискомфорт и прочие капризы, либо просто сдохнем! Третьего не дано! Это тебе понятно?!
– Но я не… я же… – Вальхем настолько опешил от такого резкого поворота, что даже потерял дар речи.
– Так что давай, заканчивай истерить и полезай в кокпит, – в чреве махины вновь распахнулся темный зев. – Времени мало, а так мы доберемся до места быстрее. Иначе нас могут и опередить.
Внезапно осознав, что иных вариантов не осталось, и неумолимые обстоятельства ухватили его за шиворот и тащат вперед, даже не утруждая себя поинтересоваться его мнением, Вальхем пригнулся и нырнул во тьму, которая, как ни странно, уже не казалась ему пугающей и жуткой, неожиданно обернувшись укромным уголком спокойствия и безопасности.
Невидимые в темноте ленты подхватили его тело, уложив в уже знакомое кресло и плотно к нему притянув. Перед глазами распахнулось окно в окружающий мир, который немедленно помчался Вальхему навстречу размашистыми упругими прыжками. Он почти не ощущал толчков или ударов, только бултыхающийся вверх-вниз желудок подсказывал, что они с Аврумом не топчутся на месте, а стремительно мчатся через лес, мягко и бесшумно скользя между деревьев.
Всего несколько секунд такого упругого покачивания – и распахнувшееся брюхо Аврума выпустило Вальхема наружу, и он даже сумел ловко спрыгнуть на землю, устояв на ногах и не плюхнувшись лицом вниз. На плечах темной фигуры за его спиной вспыхнули яркие огни, залившие светом место недавней трагедии.
Их лучи предельно четко очертили каждый листик, каждую веточку и каждый клок плоти из разбросанных вокруг останков. Некоторые вещи все же стоило бы оставлять в дымчатом полумраке, стыдливо пряча неприятные и травмирующие детали от глаз обывателей, но в данный момент речь шла о выживании, и все неловкие умолчания остались где-то далеко в прошлом.
Вальхем, двигаясь как в полусне, подобрал валявшиеся рядом свои рубашку и куртку. Он оделся, застегивая пуговицы онемевшими пальцами, и неторопливо двинулся вперед, машинально перешагивая через куски тел и соображая, где именно стоит искать что-либо ценное. Вряд ли Чоран и Климер таскали с собой пухлые кошельки, но вот их взрослые спутники – совсем другое дело!
Так, вот что-то похожее на… на ногу в штанах… в одной штанине… вон и карман виднеется…
Вальхем присел на корточки и, давясь очередным приступом тошноты, ощупал находку, обнаружив лишь связку ключей. Черт! Надо поискать еще.
Он осмотрелся, наметив себе еще несколько подходящих… Кусков? Фрагментов? Да какая разница! Сейчас надо делом заниматься, и не думать о том, как он выглядит со стороны и какими словами можно было бы описать то, что он творит! Вальхем тряхнул головой и приступил к осмотру карманов на обрывке куртки с полицейскими лычками.
Похоже, недавний окрик Аврума все же возымел действие, и он действительно сумел оставить позади прожитую страницу своей жизни. Вот только на следующей обитал уже совсем другой человек. Он выглядел точь-в-точь как и прежний Вальхем, однако чувствовал, думал и действовал
