Читаем без скачивания На тверди небесной - Яна Завацкая

Если красивая, порядочная, кажущаяся доброй и милой девушка-медар, психолог, худо-бедно владеющий методикой коммуникации, тебя любит - отчего бы тоже не полюбить в ответ?

А то, что я, я люблю его так давно и страшно - он этого просто, наверное, и не понимает. Да. Это же не Аллин, который каждое твое движение чувствует. Это простой бесхитростный военный, одна извилина - и та от фуражки. Вот если бы я как-то могла ему намекнуть… сказать… да хоть письмо написать, "Я вас люблю, чего же боле" - он не Онегин какой-нибудь, он, может, и женился бы. Какая ему разница - на ком? Нужна ведь жена какая-то.

— А у тебя как? - спрашивает отец, - замуж не собралась еще?

— Было бы за кого, - бормочу я и разливаю вино по бокалам, - давай, пап, еще выпьем, что ли. Твое здоровье!

Земная Твердь.

Совещание закончилось к вечеру. Те, кто жил далеко, оставались ночевать. Нас с Ашен отпустили одними из первых.

Есть еще не хотелось, обед был поздний. Ашен взглянула на меня.

— Сразу домой?

— Ну конечно, - сказала я, - выспимся завтра, потом в Медиану.

— Если хочешь, я поведу, - предложила она. Я покачала головой. Люблю водить машину. Мягко тронув с места, я вырулила на улицу. Еще минут двадцать - и вот мы на вечерней автостраде. Это очень красиво - автострада в сумраке, навстречу тебе течет река золотых огней, а впереди - противопоток, точно такая же река огней алых. И вверху тихо мерцают тусклые европейские звезды. Ашен, кажется, начала задремывать. Я покосилась на нее и поменяла диск. Резкий и низкий голос Ольги Арефьевой разом стряхивал с меня сон.

А на небе один был приют

Для тех, кто был убит на войне.

А для тех, кого скоро убьют,

Строились города в стороне.

Лай-ла-ла.

А на небе под номером семь

Роллинг стоун встретил Божию Мать.

Он так хотел остаться совсем,

Но ему было надо назад.

Лай-ла-ла. Лай-ла-ла-ла, ла-ла, - подпела я, сонно придерживая руль одним пальцем.

"Мерс" шел сзади, поджимая, как какой-нибудь "Мессершмитт". Не люблю я такого. У меня скорость 160, а ему, видите ли, в темноте и в дождь надо быстрее. Но мы не гордые, мы уступим. Я ушла было на правую полосу, и внезапно резко вдавила тормоз - прямо передо мной из левого ряда встроился "Ниссан Патрол".

Теперь уже зазвенел тревожный звоночек. Затормозить я успела. "Ниссан" почему-то шел очень медленно. Не к добру. Я вырубила музыку. Ашен широко раскрыла глаза.

— Что-то случилось?

— Шендак, похоже, - я попыталась выйти влево, чтобы обогнать еле ползущий "Ниссан", но из "мертвой зоны" чуть показался мерс, и снова ушел в нее же. Я обернулась, ловя его зрением. Кажется, мы влипли. Я стала сбрасывать скорость. 80. Медленнее нельзя, сзади уже накатывает, как доисторический ящер, блестя огромными глазами-фарами, гигантский грузовик. Обе машины - Ниссан и Мерс сбросили скорость одновременно со мной!

— Пасут, - спокойно констатировала Ашен. Что ж, надо думать, что делать. Я нырнула вправо, на широкую обочину перед ограждением, но японец набирает скорость быстрее - еще несколько секунд, и он снова оказался передо мной, а "Мерс" съехал на правый ряд и продолжал меня поджимать.

— Шендак! Мать твою, - запас дейтрийских ругательств все-таки показался мне слишком скудным. Ашен молчала - не знала, что делать, да и не хотела мешать. Я за рулем, к тому же я и командир, и принимаю решения.

Шендак, где же следующий съезд с автобана?

— Где съезд?

Ашен пощелкала пальцем по навигашке.

— Два триста.

— Шендак!

Надо было уходить уже. Бросать машину и уходить. Дарайцы не идиоты - на съезде нас не могут не ждать, раз уж взялись пасти. Там наверняка стоят еще 2-3 машины. Лучше уходить сейчас. Наша скорость все падала. Грузовик позади "Мерса" недовольно гуднул, пронзив ночь воем динозавра, и стал неповоротливо уходить на левую полосу, обгоняя идиота, ползущего уже на 60. Надо уходить. Но я держалась, как добросовестный летчик второй мировой, смешно сказать - хотела сохранить машину. Впрочем, как и тому летчику, отвечать за нее мне тоже придется, доказывать, что иного выхода не было.

— Готовься, - коротко сказала я. Схватила иконку Казанской Богоматери, укрепленную на стекле, сунула в карман. Вот и съезд, я резко свернула, пытаясь все же обойти "Ниссан" справа, но навстречу мне сверкнули чужие фары. Здесь никто не может ехать навстречу, это дорши. Они ждали нас, видимо, у дороги, в прикрытии. Я бросила руль и крикнула, закрывая глаза.

— Эшеро Медиана!

В следующую секунду автомобиль наверняка врезался либо в доршей, либо в металлическую полосу ограждения - если те успели свернуть. Думаю, что успели. Мы с Ашен едва удержались на ногах, оказавшись в Пространстве Ветра.

Мама! В глазах бело от дарайских плащей, и сразу же вокруг нас засвистели шлинги. Сейчас, ага! Я бросилась на землю, уворачиваясь от петель. Создала вокруг непроницаемую сферу, и обрушила на врагов "огненный дождь". Увидела краем глаза, что Ашен все же поймали - мне удалось увернуться только чудом. Но теперь "воинам света" было не до шлингов, они спасались от яростно хлещущих огненных струй. Я бросилась к Ашен, метнула стрелу в дорша, который держал ее на шлинге, порвала петли, спутавшие подругу. Мы встали спина к спине и только теперь смогли оценить обстановку.

Нас, безусловно, ждали. И выкрутиться не получится - пространство белеет чуть ли не до горизонта. Ашен между тем создала красивое и еще не виданное мной оружие - в воздухе зажужжали зеленые гигантские шмели, они кидались на врагов и жалили, легко проникая под защитную сферу. Вот так всегда, лучшие образы создаются в обстановке, когда и оценить их почти некому. Я быстро соображала. Да, какое-то время мы продержимся. Несколько минут. Их слишком много.

— На Твердь! - скомандовала я.

На Тверди было немногим лучше. Мы почти не переместились. Я кубарем скатилась по склону, вверху что-то горело, несло паленым - видимо, наша машина. Ашен вскочила на ноги. Прямо перед нами влажно темнела вечерняя роща.

— Вперед, - мы рванулись в лес. Хоть какое-то прикрытие. Слева застрекотал автомат, и мы автоматически упали. Я выхватила в падении свой Дефф. Утешение небольшое, но лучше иметь в руках что-нибудь стреляющее.

Только теперь я заметила, что лежим мы в раскисшей грязи. Шендак! Ну что делать… Мы стали пробираться через рощу. Лучи прожекторов скользили в переплетениях деревьев - нас искали. Там и сям раздавались очереди. Они готовы стрелять по нам, значит, их цель - не захватить нас в плен. Они собираются нас просто убить. Это им, конечно, проще сделать. Едва луч подползал к нам, мы падали, вжимаясь в землю, в грязь, в колючие ветви. Четверть часа… продержаться четверть часа, и снова в Медиану, а там постараться уйти до следующих врат. Да, там страшно, но там мы сильнее противника.

Казалось, прошли часы. Я два или три раза пыталась шевельнуть облачным телом - ничего не выходило. Так сразу в Медиану не выйдешь. Мы уже почти добрались до края рощи - дальше была дорога, поле кукурузы, и вдали мелькали огоньки машин на шоссе. Можно, конечно, уйти в кукурузу…

— Эшеро Медиана!

Обстановка в Медиане ничуть не стала лучше. Но теперь мы не позволили шлингам коснуться нас. Ашен сразу выпустила своих шмелей, и я, не в силах уже придумать ничего лучше, поддержала ее. Шмели были ядовитыми. Они жалили, мгновенно убивая… нет, лучше не так - они пронизывали тело, превращаясь в ярко-зеленую ядовитую нить. Я бросила короткий взгляд на склон, кажется, свободный от доршей.

— Уходим влево! Медленно!

А быстро и не получится. Внезапно сверху на меня обрушился черный вихрь. Воронка. Защита выдержала, но сообразила я это, уже лежа на земле, и новые маленькие вихри летели на меня сверху. Торнадо. Сейчас… сейчас… я стала сбивать эти вихри ураганным ветром. Противопотоком. И не поднимаясь на ноги, покатилась по склону вниз.

Там ждали дорши. Я вскочила и метнула в них снопы огня. Интересно, как изменилось наше местоположение на Тверди? Рискнуть? Ашен встала рядом со мной, она уже забыла о шмелях и разворачивала в воздухе над доршами конструкцию вроде светового шатра. Я сосредоточилась на защите, смотреть на работу Ашен было интересно. Шатер вдруг сложился, и мне показалось, что само пространство схлопнулось, поглотив десятка два врагов.

— Вперед!

Мы пробежали еще несколько метров, временами останавливаясь и спасаясь от мак противника. Пожалуй, должно быть достаточно. И "горячий след" здесь еще действует.

— На Твердь!

Квенсен. Третий год.

Стояла поздняя осень, в Лайсе она некрасива - желто-красная листва просто буреет, сохнет и быстро облетает. Мы сидели в классе - тактику отменили, а уходить куда-то смысла не было - трепались о жизни. Коррада притащила "Дейтрийскую правду", просматривали колонку новых назначений. Нас уже лихорадило - распределение в конце года. Куда отправят - Бог весть. "Дан приказ ему на Запад, ей в другую сторону", - вертелось в моей голове. Впрочем, со мной-то все ясно. Меня готовят на Землю, куда же еще. Под начало к Эльгеро - хорошо бы. Он в отделе агентурного обеспечения. Буду агентом, выполнять разные задания, прикрывать наших.