– Но при чем тут Рекс? – спросил Майк.
– Как выяснилось позднее, он получал от них деньги за определенные услуги. В этом был замешан и прежний шеф полиции. Рекс был тем полицейским, которого посылали на вызов всякий раз, когда поступала жалоба. Он старался не дать ход делу и сделать так, чтобы все свидетельские показания оставались втуне. За свои хлопоты он получал неплохие деньги. Так же, как и судья Бейн.
– На чем они все-таки попались? – спросил Сэм, подавшись вперед.
– Все как всегда. Люди попадаются на глупых мелочах. На хвост синдикату в Нью-Йорке сели федералы. Помеченные ими деньги были запущены в оборот, чтобы определить, каким образом их отмывают. Так меченые банкноты достигли дома Винклеров. Потом в один прекрасный день там появились пикетчики, заварилась серьезная каша и была вызвана полиция. На этот раз Рекс приехать не смог, потому что был на другом вызове, поэтому ни спрятать, ни проигнорировать вещественные доказательства не получилось. Я нашел там слишком много наличных денег, и все банкноты оказались мечеными. Должно быть, все понимали, что рано или поздно полицейские обнаружат связь между наркодилерами Нью-Йорка и домом Винклеров. И прежде чем это произошло, судья Бейн выпустил одного из них под залог. Спустя несколько недель один из наркокурьеров Манхэттена был остановлен за превышение скорости в Серендипити. Патрульные нашли в машине наркотики и деньги, меченные точно так же, как те, что были найдены в доме Винклеров. Об этом известили федералов, но получилось так, что приблизительно в это же время они арестовали главных членов синдиката на Манхэттене, и мелкая рыбешка, пойманная в Серендипити, оказалась никому не нужной. Так это дело и осталось незаконченным.
– Что и помогло всем, кто был в нем замешан, выйти сухими из воды, – присвистнул Сэм.
Саймон кивнул и продолжил:
– Когда картель на Манхэттене был ликвидирован, источник наркотиков и шлюх пересох, бордель Винклеров опустел и превратился в городскую достопримечательность. Вот так все и закончилось.
– А как же те деньги в хранилище вещественных доказательств? Часть из них оказалась подмененной другими, немечеными банкнотами, – вступил в разговор Майк. Интуиция подсказывала ему, что тут не обошлось без Рекса. Его сердце забилось сильнее от дурного предчувствия.
Кара положила руку ему на спину, и он был как никогда благодарен ей за поддержку. Что бы ни было впереди, он чувствовал в себе больше сил, когда она рядом.
– Рекс питал пристрастие к азартным играм, – продолжил Саймон, машинально проводя рукой по редеющим волосам. – Он украл деньги из хранилища. За руку я его не поймал, но догадался об этом, и он не стал отрицать своей вины, когда я прижал его к стенке. Разумеется, он ожидал, что я никому об этом не скажу.
Саймон сделал паузу. Все присутствовавшие в гостиной молчали, ожидая продолжения рассказа.
– К тому времени, – снова заговорил Саймон, – твоя мать уже была беременна тобой и Рекс запаниковал. Он не хотел делать ей предложения, и я видел одно-единственное решение этой проблемы.
Сидевшая на диване Элла встала и подошла к мужу.
– Мы все были друзьями, – продолжила она его рассказ. – Я встречалась с Рексом и думала, что люблю его. Но оказалось, я влюбилась не в него, а в придуманный мною образ. Когда я это поняла, уже была беременна.
Она печально вздохнула.
У Майка сдавило горло, и он никак не мог заставить себя говорить.
– Я была беременна и напугана, но ты должен знать, Майк, ты был для меня желанным ребенком, – продолжила Элла. На ее глазах выступили слезы, она смотрела на сына, и тот не мог не верить ей. Его сердце говорило ему, что ее слова – чистая правда.
– К тому же я всегда любил Эллу, – снова заговорил Саймон. – Если бы Рекс поступил с ней честно и женился на ней, я бы никогда никому не сказал о своих чувствах. Но он этого не сделал. Элла заслуживала гораздо большего, чем этот сукин сын давал ей. Фактически он приносил ей только боль и горе. У меня были старинные карманные часы, доставшиеся мне от дедушки, да еще мама дала кое-что из своих украшений, чтобы помочь той, которую я любил и на которой в конце концов женился, и… – Голос Саймона прервался от душивших его эмоций.
– Он продал все семейные драгоценности, чтобы исправить ситуацию и помочь мне, – продолжила вместо него Элла.
– Взяв наличные, я отправился к Рексу, – заговорил Саймон. – Я предложил ему сделку. Если он уедет из города, я возмещу деньги, которые он украл из хранилища, и о его преступлении никто не узнает. Если же он останется, я обвиню его в несанкционированных действиях с вещественными доказательствами, краже и прочих нарушениях закона, какие только захочет предъявить ему окружной прокурор.
– И что сказал Рекс? – спросила Эрин.
– Он бежал как последний трус, – ответила Элла. – Потом Саймон сделал мне предложение. Сказал, что всегда любил меня, и обещал воспитать ребенка, которого я ждала от Рекса, как своего собственного. Вот когда я поняла, что настоящая любовь больше сиюминутного увлечения, – она нежно поцеловала мужа в щеку, – и с тех пор не было ни одного дня, чтобы он дал мне повод усомниться в его любви.
Поцеловав жену, Саймон вновь повернулся к детям.
– Еще вопросы есть? – спросил он, и в его голосе прозвучали давно знакомые, но забытые во время болезни командные интонации.
– Пока нет, – пробормотала Эрин, сильно озадаченная услышанным.
– Жалобы?
Сэм отрицательно покачал головой.
– Просьбы? – Саймон посмотрел на Майка.
– Мне нужно время, чтобы осмыслить все сказанное тобой и мамой, – с трудом сказал он. – Пока я не нахожу нужных слов, чтобы…
– Понятно, – кивнул Саймон. – Приходи ко мне, когда захочешь поговорить.
– И ко мне, – добавила Элла, и Майк отлично понял, что она имела в виду свои отношения с Рексом Брансомом.
– А сейчас мы с мамой пойдем наверх, и она расскажет мне, почему решила, что мне нельзя говорить о том, что на ее горизонте снова нарисовался Рекс. Слова «потому что у тебя рак» не считаются исчерпывающим ответом.
Сэм неожиданно хихикнул, и даже Майк засмеялся. Каким-то образом в одно мгновение все вернулось на круги своя.
Майк не притворялся. Ему действительно было необходимо время, чтобы все как следует обдумать, чтобы все услышанное и произошедшее в тот вечер сложилось в целостную картину.
Глава 15
После наполненного событиями вечера в доме Марсденов Кара хотела отправиться сразу домой и поговорить с Майком, но она еще раньше обещала коллеге подменить его на дежурстве. Поскольку ей казалось, что Майку нужно время, чтобы побыть одному, она с легкой душой поехала на службу. Честно говоря, ей не хотелось заводить разговор о том, что ему пора уступить место шефа полиции выздоровевшему отцу, а самому вернуться в Нью-Йорк. Она знала, что его отъезд неизбежен, и хотела хоть немного подготовиться к этому психологически. Долгие проводы – лишние слезы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
