– Я не уверена, что…
– В разное время человеческий разум существует на разных уровнях сознания, – сказал Ник. – Медитация поможет вам охватить сразу все уровни. Это распространенная практика в среде полицейских детективов. Ее азы преподают в специализированных академиях.
– Что ж… – Илиона пожала плечами. – Я готова попробовать.
– Вам придется выполнять все мои рекомендации. Начнем с правильного дыхания…
…Время тянулось невыносимо долго. В конце концов, Денису наскучило наблюдать за Илионой и Ником, и он отошел к окну. На душе у него было мрачно, как в кротовой норе.
Путь, который они с Ником проделали, не привел их никуда. По большому счету, они просто топтались на месте, и с каждым прожитым часом градус отчаяния, которое охватило Дениса несколько дней назад, нарастал.
Мир, созданный серой мантией, не просто рушился, он превращался во что-то другое. И сознание Илионы, да и самого Дениса, совершенно очевидно служило для нее своеобразным катализатором. Это означало, что серая мантия не собиралась останавливаться. Она была неспособна понять, что создает монструозный мир, где законы физики и биологии превращаются в свою противоположность и где живые существа обречены маяться и страдать, как живые винтики в утробе огромной бессмысленной биомашины.
Движение за окном отвлекло Дениса от грустных размышлений. Он припал к грязному оконному стеклу и уставился на двор. Там что-то происходило. Серый песок пришел в движение везде, куда достигало зрение, и стлался по земле, подтягиваясь к центру двора и вливаясь в возникающий серый массив.
– Эй! – севшим от волнения голосом окликнул Денис. – Там что-то происходит!
На огромном пустынном дворе росло странное серое сооружение. Песок все прибывал, и сооружение становилось все выше и объемнее, простые линии превращались в сложные, элементарные формы – в изысканные.
Илиона и Ник встали рядом с Денисом.
– Серая мантия опять что-то создает, – пробормотала Илиона.
– Думаю, она услышала тебя, – взволнованно произнес Денис. – Ведь это началось во время медитации.
Строение становилось все больше, оно уже было размером с трехэтажный дом, и продолжало возноситься, из серой массы возникали контрфорсы и пинакли, арки и купола.
И вдруг Бойцов узнал очертания этого сооружения.
– Господи… – тихо пробормотал он, слегка отшатнувшись от окна. – Я видел это здание раньше. По телевизору. Много раз.
– И что это? – одновременно спросили Илиона и Денис.
– Телекомментаторы называют его «Блуждающим Храмом». Время от времени он возникает в разных районах Большого Града, а потом так же таинственно исчезает. Считается, что Блуждающий Храм – что-то вроде миража. Или – «Летучего голландца», только в сухопутном варианте.
Серое здание перестало расти, достигнув метров пятнадцати в высоту. Красота и изысканность его древнего фасада поражали.
– Почему оно появилось здесь? – спросила Илиона.
– Потому что это вы его создали, – сказал Ник.
Девушка повернула голову и уставилась на него изумленным взглядом.
– Блуждающий Храм – что-то вроде запасного выхода, который подготовило ваше подсознание, – продолжил Ник, – на тот случай, если созданный вами мир окажется слишком страшным.
Илиона задумчиво наморщила лоб.
– Но я ничего подобного не помню.
– Вы не отдавали себе в этом отчета. Он родился на периферии вашего сознания. Помогая серой мантии создавать Большой Град, вы подспудно сомневались в целесообразности этого грандиозного акта творения. Блуждающий Храм – плод вашего сомнения.
Илиона провела рукой по исхудавшему лицу, словно смахивала с него прилипшую паутину – паутину сна или забытья.
– И что же нам делать теперь? – спросила она.
– Полагаю, мы должны войти внутрь.
– И что нас ждет внутри?
– Есть только один способ это выяснить.
Ник развернулся и зашагал к двери. Илиона после секундной паузы последовала за ним.
…Что такое Блуждающий Храм? Призрачное строение, которое появлялось на улицах Большого Града, повергая жителей в благоговейный трепет и не позволяя им забывать о метафизическом измерении существования? Фантом, возникающий на периферии сознания Илионы? Или – серой мантии?..
До самой последней секунды Ник сомневался, что они смогут войти внутрь храма. Но когда его пальцы коснулись холодного металла дверной ручки, сомнения рассеялись.
Денис не решился войти в храм, оставшись ждать на улице, но Илиона смело последовала за Бойцовым.
Архитектурным шедевром Блуждающий Храм оказался лишь снаружи. Внутри все было просто и даже грубо. Серые стены, серый пол. Посреди большого зала – что-то вроде несуразного трона, словно высеченного из серого мрамора. На троне восседал человек, одетый в серый плащ. Черты его лица были неуловимы – оно все время находилось в движении, песчинки с тихим шелестом перетекали из одной части лица в другую и обратно, тщетно пытаясь сформировать устойчивый внешний облик. Незнакомец был одновременно безлик и многолик.
Ник инстинктивным движением попытался нашарить пальцами рукоять винтовки «кирлиан», но пальцы схватили лишь пустоту. Тогда Ник, заслонив собой Илиону, громко спросил, обращаясь к серому человеку:
– Кто ты?
Незнакомец взглянул на него своими серыми, словно у статуи, и текучими, будто у песчаного человека, глазами.
– Ты знаешь, – проговорил он странным тихим голосом, похожим на шелест песка.
– Это не человек, – прошептала Илиона.
– Да, – так же шепотом отозвался Ник.
Он сообразил, что они имеют дело с персонификацией той странной и могущественной силы, которая способна с легкостью творить миры и с такой же легкостью разрушать их. С персонификацией той непостижимой субстанции, которую принято называть серой мантией.
– Вы хотели меня о чем-то попросить, – снова подал голос серый человек. – Я слушаю.
Ник повернулся к Илионе и негромко произнес:
– Говори. Ну же!
Девушка разомкнула пересохшие губы и сказала:
– Я совершила ошибку. Похоже, я вообразила себя Богом. То есть… я подумала, что ты – Бог-демиург. Что-то вроде талантливого ремесленника. И я посчитала, что смогу помочь тебе творить.
Серый человек улыбнулся текучими серыми губами:
– Мое понятие о Боге почерпнуто из твоего разума. Насколько я могу судить, я вполне соответствую этому понятию, но лишь в вашей системе координат.
– Все это слишком сложно для меня, – сказала Илиона. – Я просто хотела создать… здесь, на Земле… кусочек идеального мира. Такого мира, в котором я хотела бы жить. Но у меня ничего не получилось. – Илиона замолчала, но после секундной паузы добавила с досадой и горечью: – Порок не может породить непорочность. Моя цель была благой, но мне не хватило чистоты помыслов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
