С наступлением темноты Фикса поднял боевиков и продолжил движение. Всю ночь двигались обратно на юг, приближаясь к нефтенакопителю, железнодорожное полотно пересекли без происшествий, к счастью, оно оказалось пустым, потом шли дальше, после чего с рассветом снова затаились до наступления темноты. Теперь Фикса часто отходил подальше от всех и разговаривал с кем-то по спутниковому телефону, постоянно сверяясь то с навигатором, то с часами, то рассчитывая что-то на встроенном в мобильник калькуляторе, словно боялся не успеть к назначенному месту вовремя. Прятаться на этот раз пришлось гораздо более тщательно, в воздухе часто проходили патрулирующие Зелёную вертолёты, несколько раз до затаившихся боевиков доносился далёкий рев двигателей БМП. Едва стемнело, двинулись почти бегом. Гришкины лёгкие туфли быстро развалились, не выдержав трудностей перехода, и ему пришлось перемотать их бинтом, за что Фикса отвесил ему крайне болезненного пинка под дых, чтобы не тянул время.
За два часа до рассвета боевики разделились на три группы. Одна ушла организовывать ложное нападение на нефтепровод, другая куда-то в сторону автодороги, третья группа, состоящая из Гришки и трёх бандитов, продолжила движение через лес к нефтенакопителю. Уходя, Фикса выдал Гришке старенький Джи-Пи-Эс со свежей картой аномалий и изрядно потёртый ареаловский УИП — немалую ценность для любого сталкера. После чего прямо предупредил, что провести внутрь охраняемой территории необходимо только одного человека, остальных он оставил с ними только для того, чтобы было кому насадить Гришку на перо, если тот вдруг вздумает чудить или попытается соскочить с темы.
Двигаться с УИПом было совсем не так страшно, и, несмотря на недвусмысленную угрозу, Гришка воспрял духом. С таким прибором его шансы сделать дело и живым вернуться назад заметно возросли. Он бодро шагал впереди, сверяя данные карты с показаниями УИПа, и лихо обходил аномалии, даже не пользуясь «жучкой». Его настроение поднялось настолько, что он даже рискнул обернуться к уголовнику в стёганом ватнике и заявил со знанием дела:
— Хорошо ареаловцам с их-то снаряжением! Никакого стрёма со всеми этими аномалиями, прямо прогулка по парку! — Он самодовольно усмехнулся: — И чего эти лошки боятся в Зоны ходить?! Мне бы такие приспособы, как у них, да я б уже из Эпицентра меты таскал!
Бандит молча хлестнул его злобным взглядом и ничего не ответил. Гришка, не услышав в ответ никакой грубости, осмелел и уже хотел было сказать ему что-нибудь ещё, как идущий позади человек Фиксы негромко процедил сквозь зубы:
— Слышь, жавер, ты что, совсем тупой? Жизнь так и не научила за базаром следить? Чего фраеришься перед немым, думаешь, если он за себя сказать не может, некому будет с тебя спросить за понты? — Он коротко сплюнул. — Завали хавальник и делай дело, а про Эпицентр мы с тобой потом побазарим.
Гришка поник и понуро побрёл дальше, ругая себя за длинный язык. Приподнятое настроение словно в сортир смыло, и до самой опушки леса он старался не оборачиваться, чтобы не встречаться взглядом со своими провожатыми. Едва сквозь заросли стали пробиваться первые отблески прожекторных лучей, скользящих по кромке растительности, старший из бандитов велел всем залечь поглубже в кусты и ждать сигнала от Фиксы. Чем дольше длилось ожидание, тем меньше храбрости оставалось у забившегося за узловатый древесный ствол Гришки. Он попытался немного поспать, но так и не смог заснуть. Чтобы успокоить нервную дрожь, он начал вспоминать подробности предстоящего дела. Едва закончится утро, люди Фиксы устроят кипиш недалеко от нефтенакопителя, чтобы отвлечь на себя охрану. Как только часть солдат и техники покинет охраняемый объект, настанет Гришкина очередь действовать. Он должен вместе с человеком в ватнике подползти к тому месту ограждений, где с территории нефтенакопителя в небольшой овражек выходит узкая сточная труба, и по ней проползти под ограждениями и оборонительными сооружениями внутрь охраняемого объекта. Там человек в ватнике отыщет гружёный нефтевоз, взломает дверь в кабину и замок зажигания. Когда двигатель нефтевоза запустится, Гришка должен бросить в противоположную от ворот сторону специальную дымовую гранату, которую ему выдали заранее, и на этом его работа будет закончена. Дальше на объекте начнётся конкретный кипиш, и ему остаётся лишь спокойно выйти обратно тем же путём, каким вошёл.
С первого взгляда предложенный план показался Гришке приговором. Территория нефтенакопителя обнесена бетонной стеной в добрых пять метров высотой с пулемётными вышками чуть ли не через каждый шаг. И часовые на этих вышках не только не спят, но и регулярно пользуются прожекторами, тепловизорами и приборами ночного видения. Сама стена, в свою очередь, обнесена заграждением из путанки и колючки типа «Егоза», через которую хрен продерёшься — всю кожу и оставишь вместе с мясом. Не говоря уже о том, что даже просто подползти к ограждению не получится, от колючки до леса на расстоянии в пятьдесят метров ареаловцы срезали все деревья, кустарник и даже траву гладко выбрили. Несколько оазисов растительности, оставшихся в этом поясе безопасности, ничем не облегчали задачу, так как сохранились они лишь потому, что на них сидели аномалии, и лезть туда не станут не только ареаловцы. Да и сама сточная труба сто процентов была под сигнализацией. Воду в «Ареал» завозили извне, в основном из пробурённых в Поясе скважин, и отходы жизнедеятельности нефтенакопителя сбрасывались прямо в Зону по этой трубе. Такого, чтобы охрана тупо забыла обезопасить канализационный сток, просто не могло быть.
Однако Рашпиль сказал, что всё уже продумано и дело верное. По информации от надёжного человека, тщательно охраняются только три стороны периметра нефтенакопителя. На четвёртую сторону, ту самую, через которую в овражек выходит сточная труба, солдаты практически не обращают внимания. Два Выброса назад аккурат посредине пояса безопасности, между колючкой и кромкой леса, образовалась огромная Плешь, улёгшаяся вдоль всей стороны периметра. Пространство между Плешью и колючкой густо затянуло Паутиной, в редких рытвинах появился Студень, и с тех пор ранее наголо очищенная земля густо поросла полынью, так как выкашивать там более никто не решился. Да и охранять эту сторону, по сути, перестали, лишь иногда ночью для галочки, согласно инструкции, светили с вышки прожектором. Это Гришку совсем не удивляло. Зачем охранять место, представляющее собою трижды гарантированную смерть. Никто, находящийся в своём уме, туда не попрётся. А если и попрётся, то там навсегда и останется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
