правильности своих действий. Ведь умный парень, а как надо решать много и самостоятельно, сразу начинает рефлексовать. Сколько можно!
— Перестань ерундой страдать, — посоветовал он другу. — Ты сделал все правильно. Уходить из города в таком бардаке опасно. Не, втроем-четвером, да хоть вдесятером мы уйдем легко. Но ты же остальных не собираешься бросать. Нет? То-то же. А как их сейчас вести? Мы половину потеряем. Я думаю, как раз надо несколько дней отсидеться в нашей раковине. Лишь бы бабы паниковать не начали.
Дима немного оттаял.
— Умеешь ты, Володь, вдохновлять на бой и на труд, — с легким сарказмом сказал он.
У Володи отлегло от сердца. Дима пришел в себя и у них снова был суровый и серьезный руководитель.
— Давай я на себя возьму вахту, — предложил он. — Ты выдели мужиков, а мы с ними разделим дежурства. Я сам устроюсь на диванчике неподалеку.
Дима задумался. Володя, как всегда, предлагал дело. Кому, как не ему, опытному мастеру рукопашной, охранять самое слабое место общежития. Парни, ходившие за жратвой, рассказывали, как он отделал бугая, вздумавшего встать на его пути.
— Идет, — протянул он руку в знак согласия. — Народ я выделю прямо сейчас. Пошлю их… — Он остановился, вопросительно глядя на Володю.
— В комнату отдыха, — предложил тот, — а кто не согласится — куда подальше.
— Лады. Да и слушай, — он слегка замялся. — Мне сказали, что ты против.Я и сам не в восторге. Мы ж с тобой сегодня разговаривали. Но девчонок надо бы проводить. Несколько дней просидеть в общаге, а потом вперед. Если эти бабы останутся с нами, будет еще хуже. Отправлять их одних… Сколько из них спасется?
Володя вздохнул. Связываться с женщинами не хотелось. Но и грех на душу брать тоже. Перебьют ведь.
— Проводим, хоть и очень не хочется, — согласился он.
— Нормально, — Дима, обрадовавшись, хлопнул его по плечу и пошел по своим многочисленным делам.
Он не поскупился, отобрав с два десятка человек, в большинстве дружинников. Причина такой доброты выяснилась почти сразу же. Дима отозвал Володю в сторону и пояснил:
— Знаешь, у меня хлопот и без того хватает. Давай, ты будешь старшим дружины, а я возьму на себя остальное. У тебя все равно получается лучше секирой махать и команды отдавать. Да и не вытяну я такой воз. С одной общагой сколько проблем.
У Володи рука невольно, сама собой, потянулась к затылку. Так засвербело в этом месте, никакого терпежу нет.
— Надо ли, — осторожно стал он давать задний ход. — Ребята еще неправильно поймут, а мне и так хорошо.
— С ребятами я переговорил, — отрезал Дима. — Все согласились. Что ты ломаешься как девочка?
— И не ломаюсь я вовсе, — приобиделся Володя. — Я хочу как лучше.
Он немного лукавил. Разумеется, ему хотелось, чтобы все было как можно лучше. Но не это являлось главной причиной его возражений. Ему и хотелось возглавить отряд и не хотелось. А вдруг не получится. Предстояло не в футбол играть, а драться. Если из-за его ошибки погибнет кто-нибудь из студентов?
— Не, давай другого, — более решительно предложил Володя.
Дима понял опасения друга, сам недавно страдал теми же проблемами. От рефлексии его избавил, кстати, сам же Володя.
— Нет! — Резко отрезал Дима. Не давая ему опомниться, он добавил: — Поговори со своими, что б всегда наготове. В случае чего, вам прикрывать не только вахту, но и защищаться внутри общаги. Черт его знает, как орки проникают внутрь зданий. Да и хулиганье всякое. В общем, я пошел.
Володя проводил его раздраженно-завистливым взглядом. Ишь, покомандовал и ушел. А ему изображать из себя генерала.
— Ну, что, мужики, постоим за родину и отечество? — Спросил он у собравшихся в комнате.
— Постоим! — Дружно ответили ему.
— Вот и замечательно, — облегченно ответил Володя, словно опасался, что студенты насильно мобилизованы и тотчас же после его слов разбегутся. — Сколько нас здесь?
Он принялся в полголоса считать и объявил: — Со мной двадцать один.
— Очко! — Проявил знание карточных игр Миша.
— Очко, так очко, — не возражал Володя. — Главное, чтобы нам было хорошо.
Он посмотрел на собравшихся в ожидании новых комментариев ситуации и, не дождавшись, решил перейти к делу.
— Что творится в городе, вы сами знаете, — начал он издалека. — Поживем — посмотрим, как быть дальше.
— Конечно, — поддержал его Серега Савельев. На смех или на зависть остальным, он нашел здоровенную жердь длиной метра три — почти бревно и прикрепил к одному концу невесть где найденный остро заточенный багор. Здоровяку Савельеву ничего не стоило таскаться с таким оружием, постоянно задевая им в коридорах общежития студентов и вызывая то насмешки, то обидчивые окрики.
— С твоей пушкой жить можно, — сказал Ромка Антонов с откровенной завистью. Его пешня, несмотря на все усилия, оставалось тупой — годы службы в ЖКУ сделали ее профессионально непригодной к службе. Не помогали никакие точила. Ректор, хотя и пообещал позаботиться об оружии, но то ли не смог, то ли забыл. Дружинникам пришлось собирать все мало-мальски пригодное для драки по округе. Назвать их имущество оружием язык не поворачивался.
— Завтра всем подыщем средства нападения и обороны, — успокоил его Володя. Пора приступать к централизованным заготовкам. Пока его отряд почти безоружен. И если с парой хулиганов они справятся, то с парой орков нет. — Давайте решим с дежурствами, — напомнил он цель, из-за которой они собрались.
Как ни странно, с дежурствами, а также распределением дружинников по этажам (на случай внезапного появления орков) они справились легко. Обычное собрание до нашествия пришельцев вылилось бы в птичий гомон желающих уклониться от работы. Плох тот студент, который не умеет сачковать. Но на этот раз никто не пытался смыться. Все было слишком серьезным, чтобы показывать свой норов. Да
