– Но здесь, видимо, все будет по-другому, – продолжал Дэр. – Этот лагерь значительно больше и существует давно. Достаточно давно для того, чтобы снабдить его самой современной системой охраны.
Мужчины принялись обсуждать план предстоящей операции. Довольно быстро план «А» был разработан. Чтобы подстраховаться, был разработан и план «Б». Никаких непредвиденных ситуаций быть просто не могло. Хотя теперь в запасе у них имелся план «Б», Дэр не сомневался, что им удастся осуществить первоначальный план. Он окинул взглядом собравшихся в комнате мужчин – лучших компаньонов для подобного дела трудно было даже представить.
Когда они собрались выступать, уже совсем стемнело и дождь лил как из ведра.
– Этих сукиных детей ждет сегодня замечательный сюрприз, – с ухмылкой проговорил Ллойд.
В полутьме комнаты сверкнули золотые серьги в ушах Гаррисона; уголки его рта приподнялись, и на мгновение лицо превратилось в зловещую маску.
– Мы уж постараемся, – заверил он.
– Пусть спят спокойно, пока мы не добрались до них! – прорычал Тайгер Мэннинг, щуря свои черные глаза.
Дэр сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул. Скоро Нилу Баркеру придет конец – в этом он нисколько не сомневался.
Глава 19
Хотя Нил приказал Лайре отдыхать, минут через десять после его ухода она поднялась с матраса. Сунув руки в карманы робы, девушка принялась шагать по палатке из угла в угол. Потолок был довольно высоким, даже Нил не доставал до него головой, а она тем более могла свободно здесь расхаживать. Ее лицо и голова болели от ударов Нила. Но хуже всего то, что она чувствовала себя измученной и совершенно опустошенной.
И все же, несмотря ни на что, Лайра собиралась бежать – надо было лишь разработать план побега. Но конечно же, ей следовало соблюдать предельную осторожность. Если ее снова схватят, то сразу же накачают наркотиками. И тогда уж она точно не сможет помочь ни себе, ни своей матери.
Через какое-то время она снова вспомнила про Нила. Этот негодяй жил в храме, в огромной, роскошно обставленной комнате со всеми удобствами, в то время как все остальные сектанты жили в грязных палатках, недоедали и носили робы. Лайра никогда и ни с кем не говорила об этом, потому что хорошо знала, чем могли закончиться подобные разговоры. Нил же объяснял такое положение вещей очень просто: якобы он жил в таких условиях только потому, что так ему было легче вступать в контакт с пророком Джерико. Но как могли сектанты не замечать, что Нил проповедовал одно, а делал другое, как могли не понимать, что Нил – просто-напросто лицемер?
У Нила имелся даже собственный самолет.
Лайра вытащила руки из карманов и взяла кальян для курения марихуаны. Исходивший от него резкий запах сразу вызвал у нее головокружение. Руки начали дрожать, и ей захотелось швырнуть этот проклятый кальян через всю палатку.
Но разумеется, она не сделала этого – аккуратно поставила кальян на место около алтаря. Но что же делать? Ей казалось, что надо немедленно что-то предпринять, но она не знала, что именно. Тяжело вздохнув, Лайра снова принялась расхаживать по палатке.
«Что делать? Что делать?» – спрашивала она себя.
Судя по цвету неба, кусочек которого виднелся в щели между палаткой и пологом, начинался вечер. Сердце ее забилось быстрее. До наступления ночи оставалось не так уж много времени. Скоро вернется Нил.
И что тогда?
Внезапно над головой ее послышался звук, похожий на мягкий шлепок. Затем – еще один. Шлепки следовали один за другим, и вскоре они уже походили на барабанную дробь. «Дождь», – с удовлетворением подумала Лайра. Может быть, теперь Нил захочет отложить их «свадьбу» до завтра?
Сектантам придется занести еду обратно в палатки, а костры погаснут.
Дождь продолжал барабанить по палатке. Повеяло свежестью, и запах хвои становился все более резким. И чем яростнее барабанил дождь по стенкам палатки, чем сильнее гремел гром, тем радостнее становилось Лайре. В душе ее просыпалась надежда.
Она перестала ходить по палатке и остановилась перед кальяном. Снова взяла его в руки. Ее мысли мгновенно вернулись к матери. Может быть, она слишком строго судила Сару? Может, Нил держал ее на наркотиках, угрожал ей или проделывал с ней какие-нибудь другие ужасные вещи?
Услышав какой-то шорох совсем рядом, Лайра вздрогнула от неожиданности и выронила кальян. Упав на пол, керамический кальян разбился. И тут полог палатки отлетел в сторону, и Лайра увидела Нила. Его лицо покраснело и исказилось от ярости, по щекам стекали капли дождя, волосы превратились в мокрые черные сосульки, а мокрая одежда прилипла к телу.
– Я же приказал тебе отдыхать! – прорычал он. – А вместо этого ты трогаешь веши, принадлежащие общине, и портишь их!
– Я… мне… простите меня, пророк. – Лайра опустила глаза. – Просто я…
Его рука так быстро взметнулась вверх, что она даже не успела заметить, как кулак Нила приблизился к ее лицу. Резкая боль пронзила ее щеку, и она рухнула на пол. На сей раз Лайра ударилась головой о металлический штырь, торчавший из пола, и из горла ее вырвался громкий крик. В глазах же потемнело, и она словно ослепла на несколько мгновений.
А потом она увидела красное лицо Нила, но казалось, что оно где-то далеко от нее. Лайра ожидала, что он вот-вот снова ее ударит; чтобы хоть как-то защитить себя, она обхватила голову руками и перекатилась на живот. Но Нил не стал ее бить. Когда же Лайра открыла глаза, она увидела, что Нил стоит перед ней на коленях и ощупывает ее затылок.
Тут он дотронулся пальцами до какого-то места на ее голове – и голову пронзила жуткая боль. Лайра вскрикнула, и из глаз ее ручьями полились слезы. Она почувствовала, как по затылку потекло что-то липкое, а потом та же липкая струйка протекла на шею. Лайра провела пальцами по шее, затем посмотрела на них – они были в крови.
– Сука, – злобно прошипел Нил. – Сначала я накажу тебя за то, что ты забываешь, где твое место. Но это потом. А сейчас надо остановить кровь и вымыть голову.
Он ударил ее ногой в бок, отчего голова заболела еще сильнее. Лайра прикусила язык, чтобы не застонать и не разозлить Нила еще больше. О, как же она ненавидела его! Ненавидела настолько, что готова была выцарапать ему глаза. Но сейчас она чувствовала себя слишком слабой, чтобы вступать с ним в борьбу.
Тут подол его мокрой одежды коснулся ее руки, и Лайра поморщилась от отвращения. Нил же подошел к осколкам кальяна, собрал их и вышел из палатки. Шаги его сливались с шумом дождя, через несколько секунд они затихли – теперь снова был слышен только ливень, бушевавший за стенками палатки.
Лайра по-прежнему лежала на животе, прижимая к голове руки. Боль кругами расходилась от раны, кровь струйкой стекала по затылку на шею и капала на матрас. И струйка не становилась тоньше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
