- Не делайте вид, что не понимаете! - полным злобы шепотом ответил коротышка-граф. -Вам больше нет нужды притворяться. Я уже все увидел. Или думаете, что я не понял, что к чему?!
А в следующее мгновение он заорал так, что я зажала ладонями уши:
- Что вы сделали с ублюдком Владыки Демонов?! Что сделали с ублюдком королевы?!
А?
Одну секундочку... Владыки Демонов? Вы это серьезно? Это случайно не о Марае? Ничего себе совпадение - я же его так мысленно всегда так и называла. Или... это не совпадение?
Орвин Даркин не дрогнул ни одной мышцей лица - стоял равнодушный и невозмутимый.
- Так что же вы поняли, соэн Ардор?
Я видела, как сжал в кулаки свои пухлые ладони Гранвиль.
- На свет должен был появиться один ребенок, - сквозь зубы процедил он. - Один! Но их двое!
«Двое? - мысленно повторила я. - О чем он?»
Беловолосый маг отложил книгу на стол, туда же отправился стилос.
И откуда я знаю, что эта палочка с заостренным концом в руке мага, называется стилосом? Или это знаю не я?
Да чтоб вас всех, я так скоро раздвоение личности заработаю с этими снами, и меня тоже будет двое! То есть две...
- Значит, вы действительно догадались, - произнес Орвин Даркин. - Что ж, рано или поздно это должно было случиться. Скрывать это вечно я бы не смог.
Гранвиль весь сжался, словно собирался вот-вот взорваться.
- Как вы посмели? - прошипел он. - Как посмели пойти против воли короля?!..
- Короля?! - теперь уже маг не сдержался от гневного крика. - А разве не вы, граф, используя все свое влияние, убедили его величество, что ребенка нужно убить сразу, как он появится на свет?
- Он должен был умереть! - крикнул Гранвиль. - Должен был умереть, чтобы не погубить нас всех! Чтобы не погубить все королевство! Но вы всех обманули... Что вы сделали, Орвин Даркин, первый маг королевства, чтобы спасти ребенка королевы и Владыки Демонов? Признайтесь хотя бы сейчас, больше нет смысла скрывать.
- Что я сделал? - снова переспросил маг. - Я спас его от вас. Я отделил человеческую кровь от крови демона, когда плод был еще в утробе королевы, и тогда... детей родилось двое.
- Вы лжете, - снова прошипел Гранвиль. - Вы не говорите всей правды, Орвин. Вы не разделили их до конца. Оставили связь между ними.
Лицо Орвина Даркина помрачнело, брови сошлись на переносице, когда он с тихим гневом смотрел на Гранвиля, а потом маг вдруг усмехнулся.
- Верно. И благодаря этому вам не удастся убить ни одного из них, даже если они больше не одно целое. Для человека убить демона почти невозможно. А так как они связаны, пусть лишь крупицей уз крови, вы не сможете навредить ни одному из них.
- Да как вы... - прохрипел Гранвиль. - Клянусь, его величество узнает об этом, и тогда!..
- Что?! Что король сделает мне, Гранвиль? - с неизменным тихим гневом спросил маг. - Вы ведь знаете, что произойдет, если рожденный от Владыки Демонов получит свободу от уз, которые сдерживают его?
Я видела, как сглотнул Гранвиль, как подскочил на его шее кадык.
- Знаете, - протянул маг. - И боитесь этого так сильно, что подталкивали короля к убийству дитя Ее Величества, хотя именно он позволил всему случиться. Он и вы, Гранвиль. Запомните, Ардор, вы в безопасности до тех пор, пока я жив. Потому что только благодаря мне, эти узы все еще существуют. Только благодаря тому, что я сохраняю их, беда еще не нависла над нашими головами. Запомните...
И тут раздался какой-то звук.
В первый момент я не поняла, что источником звука был не кто иной, как... я сама. Я держалась за выступ стены, и пальцами задела мелкий камешек, который упал на каменный пол с негромким стуком. Однако этого было достаточно, чтобы Орвин Даркин вскинул голову и, посмотрев прямо мне в глаза, воскликнул с удивлением:
- Дайнари?!
«Дайнари? Опять она!» - не успела мысленно возмутиться я, как мое тело вдруг куда-то стремительно ринулось.
Я поняла, что бегу, и прямо на бегу... проснулась.
Первые часы после пробуждения я собирала пазлы. Кусочки пазлов были хаотично разбросаны у меня в голове, и я чувствовала, что из них может получиться цельная картина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И она получилась.
Фрагменты притягивались друг к другу, идеально соединялись и подталкивали меня к выводам.
Когда Орвин Даркин в моем сне говорил о том, что у королевы должен был родиться один ребенок, а родилось двое, потому что он отделил человеческую кровь от крови демона, он очевидно имел в виду его светлость и Марая. Демон и человек, которые раня друг друга, одновременно ранили самих себя. Именно это увидел Гранвиль, именно это его потрясло и заставило сломя голову нестись в подземелье к магу.
Сложновато, но... представить можно. От союза королевы и Владыки Демонов должен был родиться полукровка. И рождения этого полукровки почему-то боялись. В итоге после вмешательства мага родилось двое: человек и демон. Что правда, их узы крови Орвин Даркин разорвал не до конца, оставил... ну, скажем, тонкую ниточку, которая соединяла их жизни. Как-то так. И похоже, если эту ниточку разорвать, первое - жизнь его светлости будет под угрозой, второе - какая-то беда должна нависнуть над всеми, получи демон свободу от связывающих его уз.
Один пазл я собрала, на очереди был второй.
Я видела сны глазами некой Дайнари. Которая, если верить все тем же снам, была ученицей Орвина Даркина, а значит, магичкой. С помощью этого имени я открыла дверь, у которой не было ни замка, ни ключа - дверь, которую со слов Марая мог открыть только тот, кто ее запер. Во сне я видела, как молодой герцог открыл такую же дверь, просто назвав свое имя.
Имя, которое я назвала тогда перед дверью, не было моим, но тем не менее она открылась. Почему? Как ни крути, как ни отрицай, а ответ напрашивался сам по себе - заклинание, которым была заперта дверь, приняло меня как Дайнари.
Вот и второй пазл сложился.
И оба раза, когда пазл складывался, я уже знала, что следует сделать. И если со вторым пазлом меня терзали сомнения, то насчет первого я почти сразу все решила.
Осталось разобраться только в одном - имеют ли эти сны хоть какое-нибудь отношение к реальности?
Его светлость я увидела в окно своей комнаты, что было очень кстати - я как раз собиралась его искать. Поторопившись, пока он не ушел, я спустилась в сад.
Герцог стоял в окружении кустарников с желтыми розами и рассматривал их придирчивым взглядом. Сейчас он был не в одежде садовника - одет, как... как герцог, коротко говоря. Герцог, который просто прогуливался по саду и остановился вдохнуть аромат цветов.
- Скучаете по первой герцогине, и пришли проведать ее любимые желтые розы? - сходу спросила я.
Герцог вздрогнул, услышав мой голос, - видимо, так ушел в себя, что не заметил моего появления.
- Ах, это вы, соэлла Бизар, - отозвался он, и в его голосе я услышала легкую шпильку. - Как всегда... внезапны.
Я поморгала. Что он этим хотел сказать? Внезапна? Я?
Застигла врасплох и поцеловала, обвинила его в наличии у него детей (это была шутка), уронила ему на голову тяжелый фолиант... Ну ладно, может, и внезапна, решила я, и не стала возражать.
Какое-то время герцог старательно делал вид, что меня здесь нет, продолжая любоваться розами. Увидев, что мое присутствие начало его затруднять и он решил уйти, я поняла, что пора.
- Я как-то уже спрашивала вас, ваша светлость, но вы не ответили, - произнесла я, и его светлость, уже развернувшись, чтобы уйти, остановился. - Вы любили хоть одну из ваших жен?
Герцог посмотрел на меня, судя по выражению лица, готовясь ответить с иронией, но когда наши глаза встретились, моя серьезность, видимо, неожиданная для него самого, спутала его планы отделаться от меня шуткой. Кашлянув, будто ему стало неудобно, он промолчал.
- Или, возможно, - продолжала я, - то, что вы испытываете к вашим покойным супругам, это чувство вины?
Его светлость чуть повел глаза в мою сторону, но так и не коснулся меня взглядом, остановился на полпути.
