– Это была ошибка. Ошибка… Я не хотел его убивать.
Он неожиданно соскользнул со стула и свалился ничком на пол.
Р. Дэниел бросился к нему со словами:
– Вы причинили ему вред, Илайдж. Это очень плохо.
– Но он жив, не так ли?
– Да. Потерял сознание.
– Ничего, очнется. Нервы подкачали, наверное. У меня не было другого выхода. Дэниел. Для судебного преследования моих выводов было бы недостаточно, я должен был вынудить его сознаться, пусть даже такой ценой. Ведь вы слышали его признание, Дэниел?
– Да, слышал.
– Если помните, я обещал, что это будет на пользу планам Космотауна… Погодите, он приходит в себя.
Комиссар застонал. Он медленно открыл глаза и молча посмотрел на склонившиеся над ним фигуры.
– Комиссар, вы меня слышите? – спросил Бейли.
Эндерби безразлично кивнул.
– Тогда слушайте внимательно. Космонитам сейчас не до вас. У них есть более серьезные дела, и если вы согласитесь сотрудничать…
– Что, что? – В глазах комиссара появилась надежда.
– Вы, должно быть, важная персона в медиевистском движении Нью-Йорка, а то и всей планеты. Убедите своих единомышленников согласиться на освоение космоса. Вы ведь знаете, какую надо проводить линию? Мы сможем вернуться назад к природе… но на других планетах.
– Не понимаю, – пробормотал комиссар.
– Космониты добиваются именно этого. И, черт побери, теперь я полностью разделяю их точку зрения. Ради этого они каждый день рискуют своей жизнью, оставаясь на Земле, и если вы сумеете воспользоваться смертью доктора Сартона, чтобы убедить медиевистов возобновить освоение Галактики, космониты, возможно, сочтут эту жертву оправданной. Вы меня поняли?
– Илайдж совершенно прав, – вступил в разговор Р. Дэниел. – Помогите нам, комиссар, и мы забудем прошлое. Я говорю вам от имени доктора Фастольфа и других. Однако если, согласившись сейчас, вы потом предадите нас, мы будем вынуждены предъявить вам обвинение в убийстве. Надеюсь, вы отдаете себе в этом отчет? Мне больно напоминать вам об этом.
– И я не подвергнусь судебному преследованию? – недоверчиво спросил комиссар.
– Нет, если поможете нам.
Слезы появились у него на глазах.
– Конечно, конечно. Произошел несчастный случай. Объясните им. Потом, мне казалось, я поступаю правильно.
– Вы поступите правильно, если поможете нам, – убеждал его Бейли. – Спасение Земли – в освоении космоса. Отбросьте свои предрассудки, и тогда вы поймете это. А то поговорите с доктором Фастольфом. А пока вы можете помочь тем, что замнете дело Р. Сэмми. Объясните его гибель несчастным случаем или как вам угодно. – Бейли встал на ноги. – И учтите, Космотаун в курсе всех событий, так что не советую вам замышлять что-нибудь против меня. Надеюсь, это вам понятно, комиссар Эндерби.
– Можете быть спокойны, Илайдж, – сказал Р. Дэниел. – Он искренне соглашается сотрудничать с нами. Это явствует из его цереброанализа.
– Хорошо. Тогда мне пора домой. Как-никак у меня есть жена и сын, и я чертовски хочу спать. – Бейли пытливо посмотрел на Р. Дэниела. – Дэниел, вы останетесь на Земле после отъезда космонитов?
– У меня еще нет никаких инструкций на этот счет. А почему вы меня спрашиваете?
Бейли прикусил губу и нерешительно сказал:
– Ну думал, что когда-нибудь придется делать такое признание такому, как вы, Дэниел, но я доверяю вам. Даже больше – я восхищен вами. Я слишком стар, чтобы самому отправиться на новые планеты, но если в конце концов будут открыты школы для эмигрантов, я отдам туда Бентли. Кто знает, может, когда-нибудь вы с Бентли вместе…
– Кто знает… – Лицо Р. Дэниела не выражало никаких эмоций.
…Джулиус Эндерби смотрел на них обоих с выражением удивления на лице, которое только сейчас стало обретать свой естественный цвет.
– Друг Джулиус, – сказал робот, – я пытался понять кое-какие рассуждения Илайджа. Возможно, я начинаю понимать его мысль, ибо сейчас мне уже кажется, что не должно быть, то есть уничтожение того, что вы, люди, называете злом, не столь оправданно и желательно, как обращение этого зла в то, что вы зовете добром.
Затем нерешительно, словно бы удивляясь своим словам, он произнес:
– Иди и впредь не греши.
Лайдж Бейли неожиданно улыбнулся, взял Р. Дэниела за локоть, и оба рука об руку вышли из комнаты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
