об этом никогда не забываю и из виду не упускаю.
Нащупав в хранилище штаны, рубаху, и жилетку, вытаскиваю их, и поспешно переодеваюсь. Вся наша команда вопросительно косится на меня.
— Джон, что ты задумал? — спрашивает Багги.
— Хочу попасть в плен, ведь мне так скучно живется, — усмехаюсь в ответ. — Арданцы сами проведут меня в замок. Разберусь с центральным артефактом, который явно должен находиться там, и подам вам, через дятла, сигнал к действиям. А вы продвигаясь к замку, зачистите потом сторожевые вышки и патрули.
— Но это слишком опасно, — возражает Алисия.
— Не опаснее того, что я делал до этого, — успокаиваю ее. — В крайнем случае, прибежишь и спасешь меня. Ведь ты сейчас стала гораздо сильнее, — шутливо добавляю и подмигиваю.
— Да уж, спорить с тобой бесполезно, — она нервно проводит рукой по волосам.
— Это точно, — отвечаю, застегивая жилетку поверх рубахи.
Закончив переодеваться, не забываю снять баронское кольцо, совсем не стоит, чтобы его увидели враги. Убрав все знаки отличия моего статуса, беру колчан с луком, вместо арбалета.
— Ну, как я вам? — обращаюсь к своим людям. — Похож на неприметного путника?
— Допустим, — сцепив руки на груди, хмуро произносит Алисия.
Приближаюсь к ней и, поцеловав в лоб, говорю:
— Все будет хорошо, ждите здесь сигнала, и будьте пока тише воды и ниже травы!
Дав эти наставления, уверенным шагом двигаюсь вперед по узкой горной тропе. Нетерпение и азарт берут надо мной верх, и я перехожу на бег. Мелкие камни скрипят под сапогами, а ветки деревьев, то и дело, бьют по лицу. Отчётливо чувствую энергию артефакта, находящуюся в скале, справа от меня. Проскользнув мимо артефакта, вынимаю стрелу из колчана и заряжаю лук. На бегу мне удается подстрелить горного кролика с шестью лапами, затаившегося возле круглого булыжника. Пока мой план осуществляется, как задумал. Подняв кролика с земли, привязываю его за лапы к своему ремню и продолжаю свой путь. Через минут десять впереди появляется вражеский отряд, состоящий из двадцати арданцев. В черных доспехах и с грозными лицами, они идут прямо на меня. От быстрого шага их капюшоны колышутся, руки же, в напряжении, покоятся на рукоятках мечей.
— А ну, стой! — кричит мне предводитель отряда.
— Что такое, мужики? Обвал в горах начинается? — отвечаю, притворяясь дурачком.
— Ты, червь, на равных с нами не разговаривай, — доносится до меня ответ.
Какие они гордые, едва сдерживаю смех.
— Простите, не хотел вас ничем задеть, господа, — кланяясь, развожу руками.
— Немедленно опусти лук на землю! — приказывает один из них.
Послушно исполняю требование, посматривая на них испуганным взглядом. Как забавно, мне нравится притворяться, словно в театре.
Арданцы подступают ко мне с презрительными и грозными взглядами.
— Кто тебя послал? — резко хватает меня за шею один из воинов.
— Никто не послал! Я сам по себе, — с тревогой в голосе, притворяюсь дальше. — Я вольный охотник, что я вам плохого сделал? Тут же не написано, что охотиться нельзя. Никаких табличек не видел.
— Оставь его, Гариус, — поднимает руку предводитель. — Это какой-то жалкий простолюдин. Доставим его в замок и присоединим к остальным пленным. Если понадобится, то из него там всю правду выбьют.
По приказу главного воин отпускает меня, а затем поднимает мой лук.
— Двигай давай, вперед! — обращается он ко мне и плюется на землю. — Будешь упираться, морду набью.
— Но зачем меня в плен? За что? — продолжаю играть свою роль.
Едва успел это сказать, как мне в нос прилетел удар кулаком.
— Связать его и пасть закрыть! — с усталым видом попросил предводитель.
Я начал отмахиваться руками, и получил пинок коленом в живот. Вот черт, приятного в этом мало! Согнувшись пополам от боли, даю им возможность связать меня. Пусть сами везут свою «смерть» в замок. В этом так много иронии, что даже, несмотря на боль, с трудом пытаюсь скрыть свою улыбку.
Враги быстро скручивают мне руки путами и завязывают рот. Один из них, наведя на меня острие меча, заставляет шагать вперед. Спотыкаясь на камнях и слушая разговоры воинов отряда, подмечаю про себя, что если верить словам арданцев, пленные торианские крестьяне теперь находятся в замке. Мне ранее казалось, что их поведут дальше к той башне, высеченной в горах. Но это даже лучше, если их загнали в замок, хоть и временно. Вероятно, решили сделать привал при перегоне пленников. И хорошо, что я тоже скоро окажусь там.
Пробираясь далее по тропе и прислушиваясь к болтовне арданцев, идущих позади меня, понимаю, что увы, больше ничего интересного узнать не удастся. Вскоре они приказывают мне остановиться и закидывают меня на лошадь, словно мешок с картошкой. А затем сами рассаживаются по коням, которые дожидались их на обширном скалистом выступе. Всю дальнейшую дорогу до замка слышу лишь топот копыт, постоянно ударяясь головой о лошадиное брюхо.
Меня радует, что путь занимает минут двадцать, не больше. Наконец, до моих ушей доносятся звуки открывающихся ворот, сразу ясно, что они тяжеловесные, и поднимаются вверх. Мне удается рассмотреть внутри стражу, она выставлена повсюду: на башнях, стенах, и возле самих ворот. Мы проезжаем под аркой во внутренний двор. Тут жизнь кипит вовсю: слуги трудятся во дворе. Одни затачивают лезвия оружия, другие таскают воду. Надо будет помнить об этом, чтобы впоследствии не зацепить мирных поселенцев замка.
Внимательно озираясь по сторонам, дожидаюсь момента, когда остановят лошадь. После чего меня стаскивают с нее, и я, упав, ударился коленом о землю.
— Киньте его в темницу и хорошенько расспросите! — отдает команду главный в отряде. — Мы нашли его на горной тропе. Бегал там один, с луком в руках.
— Сделаем, Розгальд, — кивает бородатый воин.
Я же поднимаюсь на ноги, и меня со всей силы толкают в плечо.
— Шевелись, отребье! — кто-то кричит мне в спину, и продолжает быстро толкать в проход у основания замка.
Однако мне хватает пары секунд, чтобы понять местоположение центрального артефакта. Покорно двигаясь вниз, отчётливо ощущаю исходящую от него магическую энергию. Чем дальше спускаюсь по ступеням, тем больше до меня доносится и сковывает холод подземелья, а также в нос врываются мерзкие запахи человеческих испражнений и пота.
Сойдя с лестницы, замечаю, как жирные крысы пробегают мимо нас по каменным выступам вдоль стен.
