Адепт остро ощущал астральное присутствие Гризель Сетон, а Маклеод и Перегрин казались двумя якорями, приковавшими к себе его душу крепкими серебряными цепями. Одним рывком Синклер разорвал узы, связывавшие его с телом, и устремился за нитью живого огня вглубь, к источнику пульсирующей силы. Петляя и извиваясь, нить влекла его за собой и неожиданно превратилась в огненную стрелу. Тьма вокруг сменилась лунным сиянием, глубоко внизу мелькали огни городов, уносясь прочь с пугающей быстротой. Постепенно скорость полета замедлилась, и Адам начал снижаться. Внизу вставали шпили и крыши большого города, в котором он без труда узнал Данди. Затем он миновал Тай, промчался над полями и пригородами Файви. Мелькнули башенки моста, множеством огней вспыхнул Эдинбург. Но вот на западном берегу реки Эск возникли очертания высокого здания, и каменный костер пламенеющей готики предстал перед взором адепта.
— Росслин Чэпел, — где-то поблизости прошептал тихий голос Гризель.
Этот собор на южной окраине Эдинбурга был связан не только с тамплиерами, но и с историей самого рода Синклеров. Странник легко проник сквозь каменные своды и плавно заскользил, снижаясь, вдоль резной колонны, известной как Колонна Ученика. С головокружительной скоростью падая, он внезапно замер у пустой белой стены. В сознании возник яркий образ, вместе с ним появилась уверенность, что там, замурованный в тайнике, лежит Скипетр, ожидая своего часа.
Адам подался вперед, пытаясь мысленно проникнуть в глубь тайника. Его астральное «я» рванулось, стараясь освободиться от сдерживающих объятий Гризель. Резкое головокружение и внезапная слабость охватили Синклера, мир зашатался и рассыпался, как карточный домик. Он словно провалился, беззащитный, в преддверии ада.
Собрав силы, чтобы одолеть слабость и слепоту, Адам всем своим существом ударился о невидимую преграду — и оказался «лицом к лицу» с иным, враждебным сознанием. Анри Жерар!
К счастью, внимание Жерара было в этот миг сосредоточено на Скипетре. Жерар физически не присутствовал рядом, но за краткий миг душевного контакта Адам понял, что тот тоже знает о местонахождении реликвии. И может быть, не только ее, но и самого ковчега. Рискуя быть разоблаченным, Адам попытался проникнуть в сознание Жерара еще глубже. Однако в следующее мгновение Жерар почувствовал его присутствие и одним ударом отбил астральное вторжение в свой разум.
Это было похоже на оглушающий взрыв силы. Злоба и ненависть отбросили Адама прочь, острая боль почти лишила способности сопротивляться. Теперь он понял, что на нем оковы, жестокое железо цепей на руках и ногах. Боль ослепляла, беспощадный огонь охватил все члены беззащитного тамплиера, терзая обнаженную плоть. Превратившись в сгусток сплошного страдания, он хрипло закричал, вскинул голову — и увидел сквозь густой удушающий дым улыбающееся лицо. Жестокое лицо старого врага.
Гийом де Ногар, проклятие тамплиеров! Советник короля, человек, который сделал все, чтобы погубить Орден, который обрек на муки и смерть множество рыцарей Храма.
Часть сознания Адама, принадлежащая настоящему, увидела с ужасающей ясностью, что лицо врага осталось узнаваемым и в этой жизни. Де Ногар и Анри Жерар были одним человеком.
В следующий миг мысленная связь с Жераром обратилась в пламя агонии. Адам-тамплиер закричал последний раз, корчась в муках, но в тот момент, когда боль стала невыносимой, сильные живые руки рванули его прочь, выдергивая из потустороннего огня в другую реальность.
Синклер вынырнул на поверхность, отчаянно хватая опаленными губами воздух, и несколько минут лежал без движения, не имея сил даже заговорить. Постепенно пришло осознание происходящего. Он лежал, скорчившись, на ковре в Зале Дугласа. Руки друзей тормошили его, кто-то проверял пульс, кто-то тряс за плечо. Желая показать им, что все в порядке, Адам перекатился на спину и с трудом открыл глаза. Перед ним расплылось взволнованное лицо Маклеода. Перегрин, увидев, что наставник жив и смотрит на него, улыбнулся с огромным облегчением.
— Ты в порядке? — Голос Маклеода доносился как будто из-за стены. — Что с тобой произошло, Бога ради?
Перегрин был очень бледен.
— Мне показалось, что ты объят пламенем, — признался он. — Ты… горел, Адам, Боже мой, ты как будто весь горел…
Голос его сорвался. Адам успокаивающе взял друга за руку, постепенно приходя в себя.
— Это были всего лишь воспоминания. Огонь, который жег тамплиера, уже не способен причинить вреда. — Он старался, чтобы сказанное звучало убедительно. — Видишь, я в полном порядке, жив-здоров.
Синклер попробовал сесть, и ему это удалось. Он даже повел плечами, освобождаясь от поддерживающих рук Маклеода. Теперь необходимо поведать о знании, добытым таким болезненным путем.
— Главное, мне удалось узнать нечто по-настоящему ценное. Помните мои рассуждения о том, что наш дорогой месье Жерар в нынешних поступках может руководствоваться неким опытом из прошлой жизни?
— Помним, — ответил Маклеод за себя и онемевшего молодого человека.
— Так вот, мои подозрения подтвердились. Он был советником Филиппа Красивого, короля Франции, который погубил наш Орден, и это многое проясняет.
Маклеод понимающе кивнул.
— Наверное, когда Жерар узнал правду о Печати, знание пробудило в нем, пусть неосознанно, желания и страсти прошлого воплощения. Как ты думаешь, ему известно местонахождение Скипетра?
— Боюсь, что да, — мрачно ответил Адам. — Хуже того, я полагаю, он знает, где ковчег. К счастью, раньше, чем он почувствовал мое присутствие, мы с Гризель успели сложить хотя бы половину этой головоломки. Скипетр спрятан в тайнике в соборе Росслин Чэпел.
— Росслин… — пробормотал Перегрин. Ему, как художнику, было хорошо известно это название. Росслинский собор относился к шедеврам пламенеющей готики. Возведенный в середине пятнадцатого века сэром Вильямом Сент Клером, предком Адама, храм Росслин Чэпел был известен далеко за пределами Шотландии. Особо популярным его делала потрясающая резьба по камню. Правда, при жизни сэра Вильяма собор так и не был достроен; но, возможно, этот храм никогда и не мыслился автором как нечто большее, нежели прекрасное хранилище для святыни.
— Адам, — горячо вскричал Перегрин, — ты только что сообщил нам, что Жерар знает местонахождение ковчега и Скипетра! Если мы позволим ему опередить нас и завладеть Скипетром, сокровище тамплиеров, за которым он охотился веками, считай, у него в кармане.
— При этом он не знает наверняка, чем на самом деле является это сокровище, — добавил Маклеод. — Мы должны успеть в Росслин прежде него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
