— Верно, — кивнул Шандер. — Проклятый побери! Вино кончилось. Пойду принесу…
— Нерационально. — Жан-Флорентин выглядел возмущенным. — Я полагаю, вот в этой вазе вода.
— Конечно…
— Тогда гораздо логичнее и экономнее пойти по пути трансформации. Какое вино представляется вам наиболее подходящим? И уберите эти розы! Они мне мешают.
Жаб не подвел. Напиток, в который он превратил воду из-под цветов, был воистину королевским. Главное же, очередная выходка болотного философа разрядила обстановку. Конечно, собравшимся, особенно потерявшему брата Стефану, было невесело, но способность спокойно мыслить мало-помалу возвращалась. Принц и Шандер, не сговариваясь, признали главенство Рене. Адмирал не спорил.
— Если мы до сих пор не можем понять суть несчастья с Зеноном… и подлинную природу твоей болезни, Стефан, то с Марко и Иннокентием ничего непонятного не произошло. Обычное убийство. Попробуем рассуждать, может, что и надумаем. Пытались отравить меня. Погиб эркард. Попробовали отравить тебя. Погиб Марко. Хотели отравить Иннокентия — получилось. Никаких чудес, никакой магии, не правда ли?..
— Возможно, Марко в самом деле выпил вино, предназначенное Стефану, — негромко подхватил Гардани, — но на том же подносе был и другой кубок, из которого пили Ланка и вы. И ничего не произошло.
— И не могло произойти, — возмутился Жан-Флорентин. — Я был начеку и принял бы меры. Вино не содержало ничего постороннего.
— Остается предположить, что отраву положили только в один кубок. Если Марко принял яд каким-то другим способом, целили именно в него. Не представляю, кому брат мог помешать, разве что стал свидетелем чему-то или о чем-то догадался. Шани, ты что-то узнал?
— В тот день, насколько мне удалось выяснить, Марко весь день провел с сестрой. С утра выезжали коней, потом ходили смотреть собак, там же и перекусили с псарями дядюшки Пишты. Затем вы фехтовали, потом все разошлись переодеться к обеду и приему послов, куда Марко уже не вышел. Илана сказала, что его дядя «загонял», все посмеялись, и только, а яд уже начал действовать. Сведений о том, что Марко чем-то угощался в одиночестве, я не нашел. Если верить Ланке.
— Если верить? — быстро переспросил Рене.
— Если б я не знал ее девчонкой, я бы сказал, что у нее была великолепная возможность отравить брата. И вполне вероятный повод. — Гардани выпил вина и, заметно колеблясь, продолжил: — Она могла что-то подсунуть Марко утром.
— Могла… Но причины, причины?!
— Смерть Марко в случае… несчастья со Стефаном приведет или к смене династии, или к изменению закона. Зная, как относится к королю Таяны Архипастырь, как у нас любят принцессу… Десять к одному, что после смерти отца и братьев Илану бы короновали. Она ведь не хотела уезжать в Эланд и вдруг переменила свое мнение…
— Это-то как раз понятно, — заметил молчавший до сих пор Стефан. — Ланка влюблена. В кого, обсуждать не будем. Вот и вся разгадка.
— Ланка не из тех, кто хватается за яд, — откликнулся Рене. — А насчет чувств… Я ничего особенного не заметил, но тебе, конечно, виднее. Великий Орел, никогда не поверю, что она может кого-то отравить! Кинжал еще туда-сюда, да и то не из-за угла.
— Я же сказал, «если бы мы не знали Ланку», но мы ее знаем. Значит, Марко отравился где-то в другом месте или отрава была лишь в одном кубке из двух. Тогда жертвой могла оказаться еще и Герика, она часто обедает со Стефаном… Или я.
— Но ты-то каким боком?
— Я почти каждый день тренируюсь на Полуночном дворе и довольно часто останавливаю слуг с подносами. В конце концов, не я, так Стефан, не Стефан, так Герика или кто-то из воинов. Ясно одно — на сей раз целили не в Рене. Он в это время обычно разъезжает по окрестностям и вернулся по чистой случайности.
— Вернулся и… убил мальчишку.
— И кого-то, безусловно, спас! Вероятнее всех, меня.
— Эти мерзавцы, кто бы они ни были, опять взялись за яд. — Аррой вновь наполнил кубки и поставил вазу на каминную полку. — Спасибо, друг мой, ты превзошел сам себя. Лучше б они занялись мной, мы с Жаном-Флорентином их бы не разочаровали.
— Но сначала вымерло бы еще ползамка, — попытался пошутить Стефан, — к тому же уважаемый Жан-Флорентин спасти-то тебя спасет, но выяснить, кто подсунул яд, вряд ли сможет.
— Мы не о том говорим! — Рене оттолкнул от себя полупустой кубок и встал, опираясь руками о стол. — Главное, что и без Михая в замке творится Проклятый знает что! Убийство Марко — это предупреждение всем нам.
Глава 5
2228 год от В. И. 17-й день месяца Влюбленных
Арция. Таяна. Высокий Замок. Окрестности Кантиски
1
— Постой. — Роман остановил Топаза и повернулся к спутнику. — Мы ведем себя как перепуганные зайцы, это не дело. Надо выяснить, что произошло и кто за всем стоит. Кроме того, у меня… дело в эрастианском храме.
— У тебя?!
— Да! Позже расскажу. Вот подходящая тропинка. Нужно выиграть десятинку, и нам никто не опасен.
Они свернули в лес и спешились. Гнедой жеребец Феликса тяжело поводил боками, роняя с губ хлопья пены. Топаз был свеж и бодр, он мог скакать и скакать хоть до вечера, и Феликс понял, что движет его новым другом.
— Ценю твое благородство, но кто-то должен вырваться из ловушки и предупредить хотя бы Арроя и Марко Таянского о предательстве. Сейчас не время для самопожертвований.
— Ты все же не церковник, а рыцарь — обо всех судишь по себе. Да, я могу ускакать и, будь это единственным выходом, так бы и поступил. К счастью, бежать не нужно, наоборот. Мы вернемся и заберем кольцо Эрасти.
— Что?!
— Поговорим потом, за нами все-таки погоня. Надеюсь, ты не откажешься пару дней выглядеть лет на двадцать помоложе?
Вопрос ответа не подразумевал: доканчивая фразу, либер уже творил заклинание. Не успели отколыхаться потревоженные конями листья, как дело было сделано. Они еще успели вернуться на тракт и проехать шагом с четверть весы[49], когда из-за поворота вынеслась погоня.
Возглавлявший скачку красивый капитан резко осадил коня, едва не налетев на дородного пожилого господина, одетого по моде двадцатилетней давности. Господина сопровождал долговязый молодой человек, как две капли воды похожий на своего спутника, каким тот был лет тридцать назад. Всадники ехали на одинаковых, хорошо упитанных гнедых и, судя по всему, никуда не спешили. Капитан, как мог вежливо, поинтересовался у проезжих, не встречали ли они двоих всадников. Пожилой хитро и многозначительно промолчал, молодой же радостно сообщил, что видели, и совсем недавно. Те съезжали с тракта в лес у переломанного клена, причем у одного конь совсем заморился, едва шел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
