словно бы сменился воздух – жаркий день, полный ароматов травы и цветов, остался позади, уступив место речной прохладе.
– Можете открыть глаза, – прошептала Фенелла ему на ухо.
Мистер Уотерс огляделся.
Они прошли сквозь водопад и оказались в тихом оазисе. Посреди росло большое ветвистое дерево – дуб или ясень, мистер Уотерс не был силен в ботанике, – трава изумрудно-зеленого цвета обрамляла берег тихого спокойного озера, на поверхности которого медленно качались головы водяных лилий.
– Разуйтесь, – предложила Фенелла.
Засмеявшись, она пробежалась по траве и грациозно подпрыгнула, взмахнув руками. В вихре юбок, рукавов и волос мистер Уотерс начал терять себя – и нашел снова, стоило ей взять его за руки.
– Здесь нет ничего, что могло бы поранить ноги, – уверила она. – И жилет снимите, он вас стесняет. Освободите себя. Здесь – самое сердце того, что вы зовете природой. Никто не побеспокоит нас, пока мы здесь.
Мистер Уотерс смотрел на нее как зачарованный. Потом в самом деле наклонился расшнуровать ботинки, аккуратно отстегнул подтяжки и снял носки, и сложил все поверх ботинок. Последним лег туда жилет. Снимать рубашку мистер Уотерс решительно отказался.
– Как хочешь! – улыбнулась Фенелла. – Идем же за мной. Я кое-что приготовила. Наконец ты сможешь отдохнуть…
* * *
С мистером Уотерсом никогда не происходило ничего подобного. Вспоминая позже часы, проведенные наедине с Фенеллой, он думал, что всему виной был свежий воздух – он не привык дышать такой чистотой, и у него случилось отравление.
Или – что вероятнее – все дело было в чарующей магии фаэ.
Фенелла приготовила все для легкого обеда, переходящего в ужин, – корзина с сыром, яблоками и орехами ждала в тени высокого ясеня. Фенелла наполнила кубки вином из бутылки синего стекла, и мистеру Уотерсу казалось, что та бездонна.
И это было то, о чем он не собирался писать в своей будущей статье.
– Эван, – пробормотал он, чувствуя, как от смущения его лицо покрывается пятнами. – Прошу… леди… зовите меня просто Эван.
– Это твое настоящее имя? – распахнула глаза Фенелла.
– Да…
– Я с радостью приму его, Эван. Но только если ты в ответ будешь называть по имени меня.
Он не удивился тому, что она перешла на «ты». Все в ней было естественно и первозданно, и не будешь же стремительной реке указывать, куда ей течь?
Его губы разомкнулись, произнося ее имя как заклинание:
– Фенелла…
Мистер Уотерс был человеком прагматичным и чуждым любой магии. Однако все, что окружало его сейчас, было, несомненно, исполнено самого настоящего волшебства.
Как и сама Фенелла.
Ее руки касались рук мистера Уотерса с тем наивным бесстыдством, которое может быть свойственно только истинной дочери природы, ничего не смыслящей в человеческих пороках. Она была столь естественна, что ему и в голову не приходило хоть в чем-то ее упрекнуть.
Он с трудом смог бы вспомнить, в какое русло текла их беседа – или на какие темы хотя бы примерно они говорили. Все, что он запомнил, – это то, как двигались губы Фенеллы, как плавно жестикулировали ее белые руки, как вздымалась под тончайшим бархатом ее полная юная грудь.
И глаза – ее прекрасные глаза, в которых он тонул.
Мистер Уотерс всегда был ценителем женской красоты (хоть и оставался при этом убежденным холостяком. В каком-то смысле это было единственно правильным решением), но Фенелла выходила за все известные ему рамки женской привлекательности и дозволенности.
Он не знал, что позволяли себе юные девы, оказываясь в спальнях своих высокородных мужей, но сомневался, что хоть одна из них смогла бы так легко и свободно поцеловать его.
И об этом он тоже не станет писать в статье.
* * *
Потом, когда мистер Уотерс лежал головой на коленях Фенеллы, а она напевно рассказывала ему древнюю историю, кажется, про то, как Мадар, сын Гвендолин, стал Королем-Медведем, он думал, что все счастье, которое только было распределено на Бриттские острова на ближайшие сутки, досталось ему – и он вовсе не намерен был им делиться.
Перехватив чертящую в воздухе узоры руку Фенеллы, он прижал ее к губам и спросил:
– А вот все эти твои истории… Это выдумка или правда?
Фенелла засмеялась. Волосы, которые служили ей плащом и прикрывали сейчас наготу, шелохнулись, как шелковая занавеска, вновь отвлекая мистера Уотерса от сути разговора.
– Почему ты спрашиваешь?
– Просто… Когда мы сидели там, в Ламмер-Море, потерпев крушение, Мирт сказал странную вещь – что ему все равно надо попасть в Холмы, потому что у него задание от Парламента добыть какое-то яблоко.
Фенелла чуть заметно напряглась и отстранилась.
– Абаллахское яблоко? – уточнила она.
Мистер Уотерс помолчал, припоминая.
– Да, кажется, абаллахское. Это же тоже какая-то легенда. Выдумка. Вот поэтому я и спрашиваю…
Фенелла подняла его лицо за подбородок и склонилась к нему.
– Ну конечно же, все это правда, мой дорогой Эван, – ласково сказала она. – И Озеро Владычицы Мелизандры существует. И яблоня, чьи плоды могут вернуть даже с того света. Более того, я уверена, что Трон Былого и Грядущего до сих пор стоит в самой чаще абаллахских лесов. Пройти туда нелегко, множество опасностей встанет на пути храбреца. Но тот, кто в конце концов сядет на трон, обретет такую власть, которая не снилась никому в этом мире!
Мистер Уотерс смотрел на нее, зачарованный, снизу вверх.
– Ты хотела бы там побывать? – вдруг спросил он.
– О да, – помедлив, ответила Фенелла. – Я очень хочу там побывать, милый мой Эван…
– Тогда, – пьянея от собственной смелости больше, чем от крепкого вина, произнес мистер Уотерс. – Тогда я отведу тебя туда!..
Фенелла наклонилась и поцеловала его в лоб.
И мистеру Уотерсу снова стало не до разговоров.
ИЗ ДНЕВНИКА ЮЙ ЦЗИЯНЯ
Лунденбурх, май 18** года
Плохие новости доносятся быстро – быстрее хороших.
И то, что дирижабль мистера Мирта не явился в назначенный срок в Эденесбурх, мы поняли очень скоро.
Надо отдать должное Ярду – они задействовали все свои возможности и по цепочке связались с полицейским в каждом городке, даже самом маленьком, лежащем на пути следования дирижабля. И вот что удалось выяснить – на середине пути дирижабль словно пропал! Его перестали видеть в небе, хотя до того его появление вызывало волнение и восторг.
Я не нахожу себе места.
Джон уверяет, что мистер Мирт и мисс Амелия вместе, к тому же с ними Поуп, а значит, они справятся с любой напастью.
Да и что им может угрожать?
Но если они разбились? Или дирижабль унесло далеко с маршрута, и они заблудились? Была такая
