У неё был рак желудка, болезнь, которая почти стоила мне моей жизни, когда я нечаянно столкнулась с ней и моё тело автоматически начало её исцелять. Тогда мне было четырнадцать. С тех пор я избегала исцеление чего-то, что имело отношение к «большой букве Р».
У Мелинды был тот же взгляд, чти и у миссис Розенбаум. Как я подозревала, она была больна, сильно больна. Мой дед смотрел на моё отражение в окне с задумчивым выражением лица, которое мне не нравилось. Я знала, что сейчас последует и задержала дыхание.
- Реми, - начал он нерешительно, и я повернулась к нему с упрямо поднятым вверх подбородком. Он заманил меня сюда обманом.
«Пожалуйста, не проси об этом!» Мой желудок свернулся в двойной узел. Я почти не слушала его, когда Франк начал объяснять, что Мелинда страдает редким заболеванием крови. Она умрёт от этой болезни и не одна целительница не смогла её вылечить, но тесты показали, что я в состояние сделать то, что не смогли они. Он ненавидел просить меня об этом, но не могла бы я ... не могла бы я ...
Он даже не смог закончить вопрос. Его подбородок опустился на грудь, как будто ему было стыдно, что он привёз меня сюда. Я открыла рот, чтобы отказать ему в просьбе. Было же ясно, что я не могу. Я ведь не могла для этой незнакомки рисковать жизнью. Разве Ашер и Люси не советовали мне взвешивать все последствия? Разве моя жизнь была менее ценной, чем жизнь этой незнакомки?
Мелинда взяла за руку моего деда и сжала её. Я заметила, как близко они сидели друг к другу, и прикусила губу. Их взгляды встретились, и в них было столько интимности, что я почувствовала себя незваным гостем из-за того, что стала свидетелем этого. Ой-ой, мой дед любил эту женщину!
В голове у меня завертелись вопросы. Почему он до сих пор ещё не представил её мне? Они были парой? Почему тогда он даже не упомянул о ней? Я должна была бы разозлиться, но это сделало бы из меня лицемерку. В конце концов, у меня у самой была тысяча секретов.
Тем не менее, вверх поднялась желчь. Мой дед должен был знать, что существовала возможность, что исцелив женщину, я сама погибну. Его вообще это интересовало?
Я покачала головой.
- Мне очень жаль, - сказала я Мелинде. - Я не могу вам помочь. Мне бы хотелось, но ...
Она печально улыбнулась.
- Я же ему говорила, что мы требуем слишком много. Всё хорошо. Правда, - добавила она, когда я нервно начала мять пальцы.
В комнате стало тихо. Они снова разделили между собой этот понимающий взгляд, в который меня не включили.
Франк сжал руку Мелинды, а потом тихо сказал:
- Нам нужно рассказать ей. – Я нахмурилась. Рассказать мне? Что?
Мелинда попыталась в знак протеста забрать у него руку.
- Мел, теперь послушай меня. Я знаю мою внучку. Она захочет это узнать! – Сказал Франк.
- О чём вы говорите? – спросила я.
Мой дед встал, потянув за собой Мелинду. Он обнял её за плечи и осторожно подтолкнул вперёд. При виде его торжественного взгляда, у меня волосы на затылке встали дыбом. То, что он собирался сказать, мне не понравиться.
- Перестань! – попросила Мелинда, но он не обратил на неё внимания, потому что даже я слышала, что она протестовала лишь для вида.
- Реми, Мелинда моя племянница. Она твоя двоюродная тётя.
Я зажмурилась, когда он объяснял мне, что остался с целителями, надеясь на то, что найдётся средство против болезни Мелинды. Но так как в Пацифике все жили в постоянной опасности из-за защитников, он держал её в стороне от общины целителей, чтобы она была в безопасности, но лишь по этой причине он остался в Сан Франциско.
Она твоя двоюродная тётя. Одну секунду я задыхалась от отвращения, и впилась ногтями в ладони, чтобы взять себя в руки. Я с моими подозрениями попала в самую точку.
С ясным осознанием того, что я не откажусь исцелить семью, мой дед загнал меня в угол. Даже если речь шла о члене семьи, с которым я не была знакома. Он знал, насколько ответственной я чувствовала себя за смерть моей матери. Неужели всё, что случилось со мной за время, проведённое здесь, вело только к этому моменту? Лишь для того, чтобы я выполнила его просьбу, он взял меня под своё крылышко и хорошо относился?
Глубокое отчаяние подавило во мне все остальные чувства. Эти люди не любили меня. Они хотели меня использовать, так же, как Дин и защитники и даже Габриель со своим желанием отомстить. Я хотела вести обычную жизнь, но я сама обманывала себя.
Ашер был мёртв. Я никогда не смогу вернуться к моей семье. Зачем наедятся на большее, если я всегда была лишь залогом чьей-то игры? Для чего мне тогда ещё сражаться?
В конец концов тебя все придают.
Я открыла глаза и обнаружила, что мой дед и двоюродная сестра с жадностью на меня смотрят, и моя последняя надежда на лучшую жизнь, чем эта, разлетелась в прах.
- Хорошо, - сказала я глухим голосом. - Я сделаю это.
Глава 24
Я находилась между жизнью и смертью. Яд от болезни Мелинды поселился во мне как зверь, ищущий надежное место на зиму. Во время исцеления произошло короткое замыкание моей энергии, отнявшее у меня силы для моего собственного процесса излечения.
Столкновение с миссис Розенбаум привело к болезни, длившейся несколько недель. Сколько же будет длиться болезнь после всего этого, точнее говоря, смогу ли я вообще когда-нибудь оправиться после нее?
- Вы мерзавец! Как Вы могли сотворить с ней такое? - кричал Габриель на моего дедушку.
Это длилось с того самого момента как мы вернулись назад, и дедушка внес меня в дом. Я не сказала и двух слов, предоставив ему возможность рассказать о том, почему я и головы не могла поднять.
Габриель был вне себя, а я была в каком-то онемении, блаженном небытие. Озноб, обычно появляющийся после исцеления, сменился тяжестью в конечностях и замедленным пульсом. Такие ощущения бывают перед тем как человек замерзает? Я как-то читала, что когда уже не чувствуешь боли, кажется что засыпаешь.
Часть меня хотела попросить Франка и Габриеля оставить меня наконец в покое. Их рев постоянно вырывал меня из состояния оцепенелости, в котором я находилась, при этом я просто хотела спать. Но они все никак не умолкали.
- Реми сама согласилась. Никто ее не заставлял!
- Ерунда, - кричал Габриель. - Вы манипулировали ей. Каждый, кто с ней знаком, знает, что она чтобы помочь, идет на очень большой риск. Вы должны были обратить на это внимание!
- Я так и сделал, - крикнул дедушка. - У нее есть дар, и она несет ответственность за его применение. Черт побери, она вылечила рак! Кто знает, где расположены границы ее способностей? Ты представляешь, скольким людям на свете она могла бы помочь?
