не успел договорить, схватился за голову и учащённо задышал. — Ты был послан, чтобы ускорить процесс, а не убивать смертных! И то, что ты отдал их души мне, не уменьшает мой гнев!
— Я-я сделал так, как было приказано… — застонал Карантар. — Ваша сила открыла проход…
— Одного мало! Мне нужен весь этот мир, чтобы попасть в другие! ВЕСЬ!!! Ты должен был следить, чтобы смертные не смогли закрыть только сформировавшийся проход!
Терпя разрывающую саму душу, если таковая вообще была у раба Скверны, Карантар пытался найти выход. Что-то ответить в свою защиту, чтобы избежать гнева Скверны, но все его мысли были, как на ладони.
— Твоя ошибка была в том, что ты открыл проход не там, где находишься, а в другом месте! Слишком далеко! И сделал это не лично, а с помощью своих слуг! Ничтожество! Ты не способен исполнить мой приказ!
— Я-я исправлюсь…
— Разумеется, исправишься, — резко успокоилась Скверна, ослабив хватку и позволив своему рабу без сил сползти вниз по стене. — Но не в том месте, что зовётся в этом мире Российской Империей. Ты облажался, Карантар! Сильно облажался! Капеллан Ордена Паладинов вновь обрёл свои регалии! Лишь две из них, но этого не произошло бы, сделай ты иначе! У тебя будет последний шанс, раб! И если ты облажаешься ещё раз и если привлечёшь к себе внимание Августа Солариса, то я сожру твою душу окончательно!
— Д-да… я всё сделаю… — прошептал в ответ Карантар, а когда внимание Скверны исчезло, дополнил: — Больше не будет ошибок…
Глава 22
— И всё же я считаю, что вы неправы, сударь! Спонтанное формирование Пятен давно известный факт! Ещё в тысяча шестьсот двадцать втором, Европейской Коллегией Учёных, был задокументирован первый подобный случай!
— Вы руководствуетесь писаниной тех, кто в прошлом не знал, что такое мыло и перебивал свою вонь духами? Правда? Эти ваши учёные из ЕКУ, неучи все через одного! Вам знаком труд доктора наук Комарова, что всю свою сознательную жизнь потратил на изучения таких явлений, как Пятна, Зоны и Эпицентры⁈ Нет? Ну так ознакомитесь! Там достаточно чётко описаны способы возникновения подобных аномалий в нашем мире! Со всеми доказательствами! Вы же несёте полный бред!
Тучный мужчина в голубом костюме с высокомерием посмотрел на своего более худого оппонента в белоснежном мундире и презрительно скривил толстый губы. И вовремя поставил перед собой воздушный барьер, когда старик не выдержал к себе презрительного отношения и атаковал. Поднялся шум и крики. Сидевший за столом ведущий программы «Факты и только факты!», призывал их остановиться и вызвал охрану. А парочка спорщиков уже поднялись со кожаного дивана и принялись бить друг другу морды, нисколько не стесняясь зрителей. Охрану в виде суровых мужей они раскидали с лёгкостью, свалилась на пол камера. Картина потасовки в студии продержалась ещё несколько секунд и резко исчезла, сменившись рекламой шампуня.
Я с трудом ткнул кнопку пульта и переключил канал, где показывали записи вчерашней битвы на площади города. Ещё раз ткнул, канал сменился вновь, но теперь были не записи, а очередной репортаж.
— Тц-ц, одно дерьмо показывают, — здоровенный телевизор, висящей на стене богатых покоев, мигнул ещё раз и стал показывать на экране какой-то конкурс. Люди в резиновых костюмах всех цветов барахтались в слизи или какой-то другой жиже и пытались заползти на горку, чтобы забрать приз. И все они были азиатами, ведь канал-то иностранный. — Ну хоть так…
Дверь приоткрылась и внутрь заглянула хозяйка особняка, куда меня доставили после сражения. В домашнем халате зелёного цвета, с влажными после душа волосами. В руках она держала серебряный поднос, на котором паром исходил закрытый крышкой глиняный горшочек. Вазочка с фруктами, мороженное в форме шариков, сладости в виде конфет и печенье там тоже нашлись. Как и два стакана с золотыми подстаканниками, в которых судя по цвету был чёрный чай.
— Разжижаешь мозги? — с улыбкой кивнула Дарья на телевизор.
— Наблюдаю картину людской глупости и безделия, — люди на экране скатывались вниз, врезались друг в друга, но не сдавались. — С той целеустремлённостью, с которой они пытаются добраться до приза, японцы бы уже давно избавили мир от Пятен, Зон и Эпицентров. В одиночку.
— Да уж, только ты будешь искать смысл в таких передачах, — покачала она головой. — Тебе нужно подкрепиться, Вить. Вот, куриный бульон, клубника с дольками апельсинов и яблок, а ещё сладости и чай. Сама заваривала, таёжный сбор.
Я выключил телевизор, отложил пульт на прикроватную тумбочку и уселся поудобнее на мягкой перине. Непривычно было очнуться в такой мягкости после жёсткой циновки. Будто в облаке утонул, но в редких исключениях можно. А то, что к моему телу были подключены кабели тихо пикающей медицинской аппаратуры, не особо-то и мешало. Во всяком случае я её не уничтожил, как в прошлый раз во дворце.
Дарья села на кровать рядышком и в мой нос ударил запах цветочного шампуня. В тишине она принялась колдовать женскую магию, именуемой «забота». Из подноса показались ножки, чтобы было удобнее. Горшочек лишился своей крышки и стоило аромату бульона разлететься по комнате, как мой живот заурчал.
— И кого же мне стоит благодарить за старания? — обозначил я вежливую улыбку. — Твоего повара? Или лично тебя?
— Ты, возможно, удивишься, но я люблю готовить, — хитро подмигнула она, взяла спелую клубнику из вазочки и откусила. — Делаю, правда, это очень редко и когда есть настроение. Ну и когда есть причина готовить для кого-то.
— Что ж, — коротко кивнул я. — Не буду тебя разочаровывать и отдам должное стараниям.
Пусть Хозяйка Медной Горы и являла собой само олицетворение спокойствия в данный момент, но взгляд выдавал её нетерпение. Особенно, когда я взял серебряную ложку и попробовал её творение. Горячий, наваристый бульон обволок язык и проник в горло, неся за собой тепло и непередаваемый вкус. Да, он в какой-то мере обычен. Курица, лапша и приправы, но сейчас этот суп казался мне пищей королей и императоров, которую подавали на знатных обедах.
— Прекрасно, Дарья, — был мой вердикт.
Уголки её губ приподнялись, во взгляде появилось… многое, что можно описание разными словами, но больше подойдёт «облегчение и радость». Вот только там же добавилась и тревога, когда ложка выпала из моих пальцев и упала в горшок. Бульон брызнул жирными каплями,
