глубине двух километров нельзя сформировать устойчивый поток воздуха? Можно! Главное силы побольше приложить! Струя воздуха, которой я выстрелил в сторону края источника, была такой сильной, что сумела проделать дыру в толще болотной жижи высокого давления, а также оторвать приличный, размерами с поднимающуюся жабу, кусок ядовитой материи. Дальше пошла вода и земля — мне удалось спрессовать часть болотной жижи во что-то твёрдое и похожее на руку. Вновь пришёл на помощь воздух, но направлен он сейчас был в сторону обшивки древнего механизма. Мне требовалось оторвать от него небольшую часть и, как только воздух это сделал, моя импровизированная рука смяла обшивку в некое подобие чаши. Причём весьма цельной чаши — дырки по краям если и были, то затыкались потоками воздуха. Эту конструкцию я подтянул к оторванному от источника облаку яда и натянул на него свою чашу. Получилось идеально — яд за мгновения сжёг всё, что было внутри, но воздействовать на металл древних не сумел. Видимо, это был какой-то особый сплав металла, подвластный магии, но не подвластный ужасному творению древних. Обычный металл древних яд оримальных жаб растворял с лёгкостью.
Остальное было делом техники — толкать чащу со дна болота, разгоняя плотную жижу над ней потоками воздуха. К моменту, когда из болота показалась голова серебряного владыки, моя чаша находилась всего в сотне метрах под поверхностью болота.
Ощущение опасности возникло практически мгновенно — оримальная жаба не стала ждать, когда мы улетим. Она действовала так же, как и её товарка с другой части болота — выстрелила в нас мощным напором ядовито-зелёного яда, способного повредить даже Батончику. Струя уверенно добралась до нас и столь же уверенно испарилась, влетев в пространственную аномалию, превратившись в десятиметровый изогнутый ствол дерева толщиной с мою ногу. О том, что умеет делать такой удар, я знал не понаслышке — если выпустить эту стрелу в даоса этапа зародыш бога, она проделает в нём сквозную дырку, не обращая внимания на все защитные артефакты и техники. Во всяком случае, изначальный посыл у этого плевка был именно таким, а там как пойдёт.
Жаба сделала ещё два плевка, прежде чем почувствовала неладное. Причём как с нашей стороны — я обнулил монстра, чтобы он никуда не сбежал, так и со стороны родного болота. Из недр, наконец, поднялась моя добыча и… и я искренне порадовался, что мы находились на расстоянии сотни метров от источника. Потому что порождаемая им сила оказалась такой, что не спасла даже защитная формация этапа зародыш бога серебряного ранга, что стояла на Батончике! Тело пронзила боль, словно с нас содрали всю кожу, посыпали солью, а затем закинули в костёр с красными от жара углями. Рядом захрипела Вилея — ей досталось не меньше моего. Однако больше всего досталось жабе — она приняла на себя основной удар. Серебряный владыка за доли секунд превратился в некрасивую жижу, просто расплавившись под действием созданной древними субстанции. Дальше в дело вступила моя пространственная аномалия, что была заранее подготовлена. Она поглотила ёмкость с частичкой источника, после чего я в полубессознательном состоянии нажал на рычаги и Батончик рванул от опасного места, не забывая вливать лечение в себя и Вилею. Кажется, придётся делать паузу и использовать лечебную капсулу — состояние после знакомства с древним злом оказалось не самым хорошим. Главное дотянуть до твёрдой земли.
Моя команда обступила метровую конструкцию, но подходить к ней не смела. От ядовитого источника, казалось, сила исходила даже внутри аномалии, где не существовало самого понятия времени. То, что создали древние, являлось не просто ядом — это была субстанция, способная уничтожить вообще всё живое, независимо от этапа возвышения. Скорее всего эта гадость подействует даже на Дилайлу, особенно если на советницу вывалить всё содержимое. Осталось дело за малым — каким-то образом подобраться к ней на расстояние формирования выхода из аномалии и не сдохнуть при извлечении. Ибо ещё раз проходить через такое у меня желания нет.
Глава 18
— Мы в столице. Когда вас ждать? — Герлон задал вопрос практические сразу, как только Вилея открыла крышку лечебной капсулы, выпуская меня на свободу. Пока я соображал, что ответить, проекция моей жены взяла удар на себя.
— Ещё месяц. Зандр только из лечебной капсулы вылез. Десять дней на каждого… Это что он такое в хранилище засунул, что оно нас так зацепило жёстко?
— Эта штука меня пугает, — призналась Эльда, косясь на ёмкость с источником силы оримальных жаб. — У меня складывается ощущение, что она каким-то образом воздействует на нас даже в пространственной аномалии.
— Исключено. Внутри аномалии у предметов нет понятия времени.
Герлон говорил весьма убедительно, однако он всё же перевёл взгляд на ёмкость. Вилея убрала её к самому краю аномалии. Согласен — ярко-зелёная субстанция пугала. Особенно меня. Каждый раз, когда я смотрел на неё, между лопаток возникало неприятное чувство. Субстанция представляла огромную опасность и, как бы это не звучало странно, эта опасность существовала даже в нашей аномалии.
— Может, её выкинуть обратно в болото? — предложил я.
— Чтобы потом ещё на десять дней потеряться в лечебной капсуле? Выдвигайтесь в столицу, с этой штукой разберёмся позже. Мы сейчас отправимся к Бенладу Бао. Раз три ведущих дома утратили своих глав, пришло время дому Бао заявить о своём существовании.
Герлон бил сразу по больному. Нам с Вилеей пришлось потратить слишком много времени, приводя себя в порядок. Первой пошла Вилея — моей жене досталось сильнее, чем мне. Когда я увидел, что показала лечебная капсула, у меня едва челюсть не отвалилась. Десять дней! Всего за несколько мгновений творение древних сделало с нами что-то такое, что лечебной капсуле потребовалось так много времени на восстановление организма. Каким образом я пережил это время, объяснить я не в состоянии. Плохо было так, что несколько раз я на полном серьёзе внутренности выплёвывал! Складывалось ощущение, что организм просто начал сбоить, невесть каким-то образом позабыв о том, как правильной работать. Продержался на чистом упрямстве и понимании, что кроме меня крышку Вилее никто не откроет. Нет, ученики и Герлон, конечно, когда-нибудь приедут к этому месту, но вокруг ходило слишком много добытчиков яда оримальных жаб. Кто-то бы обязательно наткнулся на нас раньше.
