настолько они были здесь экзотикой, поэтому отреагировал слишком поздно. Его в одночасье размазали по полу две бескомпромиссные очереди. Следом группа всунулась в домик с крыльцом, где в недалеком будущем поселится Унылый. Тут несколько крыс-переростков свили гнездо, натащив под крышу горы мусора. Заплесневелый полусгнивший матрас, выпотрошенный в огромный ком пуха, служил им спальным местом. Леха прикрыл нос, когда зашел следом за группой. Они сперва не поняли почему слышны писк с копошением в «норе», но никто не пытается на них выбежать. Ведь как правило мутанты стремятся напасть. Разве нет? Подойдя поближе, они выяснили, что это... существо не может согласовать между собой свои действия: кто-то из крыс-мутантов хочет бездумно ринуться в атаку на незваных гостей, а кто-то рвался наоборот дать деру в местечко побезопаснее. Из-за этого шерстяной облезлый комок не двигался с места, поскольку их хвосты крепко переплелись между собой в сложный запутанный узел. Часть стаи тянула в одну сторону, часть в другую. Зрелище отвратительное.
– Ну и уроды, – прокомментировал Бунчук.
– Давай просто сюда гранату положим? – будничным тоном предложил Таченко.
– Та давай. На выход, мужики!
Вот почему у Сани в комнате стояли не родные стекла, а вынутые из других домов и склеенные скотчем крупные осколки, а кое-где и вовсе забиты досками. РГД-5 вынесла к чертовой матери наружу вообще, казалось, все. Взрыв поднял до потолка и перемешал между собой куски матраса, мышиный помет и ошметки внутренностей. К обшарпанной стене прилипли оторванные хвостики. Услышав, что внутри что-то еще продолжает пищать, Таченко, еле поборов жадность, нехотя закинул вторую гранату.
Нашумели ребята очень крепко. Отовсюду с территории протянуто застонали снорки, словно осознавшие, что драки не избежать: из домика по соседству, из главного корпуса, с гаражей и с самых дальних углов комплекса. Они разбудили внушительное логово. Череп затолкал Лисицына в зачищенную-загаженную комнату.
– Посиди пока здесь, только тихо! – приказал он.
Под ботинком хрустнула вырванная взрывом когтистая лапка мутанта. Леха скривился.
– Ну не...
Дверь захлопнулась, и Леха остался не у дел. Твою мать, ну почему?! Как же мерзко! Еще вонища эта! Снять бы с них их чертовы маски, чтобы они сами подышали этим воздухом! А что проводник? Проводник потерпит! За дверью послышалась какофония из выстрелов и визг мутантов. Снорки бесновались, гремело что-то железное. Ладно, проводник и правда потерпит. Лучше вонь, чем то, что снаружи. Интересно, что там...
– Иди на второй этаж! – крикнул Таченко. Не ему.
Лисицыну было очень тяжело находиться в комнате, где ему приказали сидеть. Вонища резала глаза, а ошметки мутантов, кишки, говно и пыль, поднятые в воздух гранатами, заставляли ощущать себя так, словно его посадили в банку с многоножками. А они шевелятся, ползают, залезают под одежду... Какой бы тяжелой драка во дворе НИИ не происходила, Леха совладать с собой не смог и высунул-таки лохматую голову на улицу навстречу свежему воздуху. Напротив окна ржавела железная стенка ангара, справа темнел вход в главный корпус. Двое отстреливались там, уже внутри здания, а Череп, оставшись на пороге, наспех перезаряжал двустволку, глядя по сторонам. Вокруг краснела разбрызганная кровь. Десяток мертвых перекореженных тел навеки застыли на холодном асфальте в неестественных позах. Неожиданно Лехе бросилось в глаза, как по козырьку трехэтажки над головой Черепа крадучесь, почти как человек, полз снорк, держа под мышкой помповый дробовик. Он сперва опешил и даже не успел крикнуть «осторожно, сверху», как монстр спрыгнул. Хорошо, что Череп не снял свой шлем с маской – мутант приложил его прикладом так, что сбил с ног. Ловко перехватив оружие, снорк вдруг направил ствол в сторону домика. Лисицын чудом успел сунуть рожу обратно. Долетевшая дробь вырвала из оконных рам крупные куски дерева. Одна неприятно чиркнула по небритой щеке, оставив легкий ожог.
Череп извернулся, врезав берцем по колену противнику. Удивительно, но снорку пришлось присесть от такой силищи, однако, он не сдавался. Дробовик повернулся в сторону громилы. Вояка ринулся было схватить оружие, чтобы рывком отвести его от себя. Было, к сожалению, поздно. Никакой шлем и никакая броня не защитят от пальбы в упор, еще и из «чейзера». БАХ! Такие ребята, как Череп, попрощались с жизнью уже давным-давно, и все таки сделать это сейчас, еще раз, на сей по-настоящему, он не успел. Просто какое-то идиотское мгновение пронзающей пустоты и...
Снорка дернуло в сторону. В указательном пальце, что лежал на спусковом крючке, звучно хрустнуло. Он недоуменно зыркнул на испорченный дробовик. Прямехонько посреди цевья дымила дырка от 9-мм калибра. Не теряя времени Череп вломил ему с ноги по челюсти, оттолкнув от себя. Мутант не растерялся, взялся за дуло «чейзера» здоровой рукой, занеся приклад над головой и готовясь обрушить его на очки противника. Чтобы их цветастые стекла разбились вовнутрь, чтобы продырявили ему глаза до самого мозжечка! БАХ! Снорк выронил бесполезный дробовик. Не совсем понял почему. Просто на сей раз пуля размозжила ему локоть. БАХ! Пробила ключицу. Тут к потасовке подключился Череп, наведя на мутанта двустволку. Неожиданно мутант не стал продолжать драться, а резко отпрыгнул назад, подальше от врага. Четвертая пуля вместо виска продырявила стену главного корпуса НИИ, а выстрел из двустволки улетел в небо.
– А ну стой, мразь! – выстрелил Череп вдогонку еще раз. Так, слегка поцарапал. – Какая же тварь...
Леха перегнулся через окно, вглядываясь внимательно во двор. Конечно, это не осталось незамеченным. Воздух прорезала команда:
– Лисицын! Ушел в тень!
Получился совершенно обратный эффект. Он вздрогнул и нелепо выпал в палисадник. Нацеплял на пальто колючек. А на втором этаже главного корпуса вновь застрекотали автоматные очереди. Чтобы не терять времени горе-проводник побежал обратно к крыльцу, а там ловко подтянулся на крышу дома. Это всяко лучше, чем сидеть внутри и нюхать крысиное дерьмо! Череп тоже не стал с ним шибко нянькаться. До него окончательно дошло, что Леха не настолько прост, как кажется с первого взгляда. И
