Еще и за столом Стэнли Рабиновиц: когда я сетовал на огромность порции (а у него было другое, совсем малое блюдо — спагетти), — вилочкой с моей тарелки попробовал кусок мясца — и одобрил: «О, гуд!» — тоже такая милая нецеремонность…
На лекции моей так живо реагировали, смеялись во многих местах, что мне даже не по себе стало: они, похоже, за нестандартной, образной формой не понимают серьезно-философского содержания! И уже проскальзывают движение мысли и ждут очередного местечка, чтоб получить себе повод на «фан» — на смех.
Да, они — профи узкие. И привыкли, что научное — скучно вообще-то, так что профессора время от времени разряжают шуткою. Но когда весь поток мысли — нестандартный, образный, они теряются. Ну да — как «чернь» в стихотворении Пушкина «К Каверину»:
Она не ведает, что дружно можно жить С Киферой. с портиком, и с книгой, и с бокалом, Что ум высокий можно скрыть Минутной шалости под легким покрывалом.
Но — милые американы и америкашечки, с этой их «тинейд- жерской» (подросточной) открытостию, расположенностию, с простодушием!
Два серьезных вопроса задали. Один — Стэнли Рабиновиц:
— Нация ли Америка?
— Нет, это сверхнация, это — цивилизация особая.
И Джейн Таубман:
— Вот Вы призвание России очертили, а есть ли призвание у Америки и какое?
— Американцы — герои и мученики СВОБОДЫ! Построить заново мир из себя, внеземную цивилизацию, вызов Богу-Творцу — все своим умом! И это — риск и подвиг, и вас «еще судьбы безвестные ждут», ибо путь только начался — и неизвестно, как обернется. Ведь и советские начали с мечты построить новый мир и желали блага, а вон как обернулось!.. Может, и вас впереди трагедия ждет, ибо большой вызов Природе бытия и человека творите! Из Работы — мир соделать. Природу загнать в угол — и в себе тоже…
И тут про Американский Эрос — про это тоже спросили: каков он?
— Эрос это что? Это — связь, взаимопроникновение, коитус. И у вас — Работа есть превращенная форма Эроса: в работе с предметом труда работник получает утоление своей страсти в обработке и проникновении. Так что не хватает страсти уже на — живую женщину— жену. Тем более что и она — тоже хочет быть работником, мужчиной, становится жестка. Движение к «унисекс» = однополости есть иной вариант Единого — «единодушия» и «единомыслия», что в России и СССР. А тут — как бы «единотелие» создать, вывести новую породу человека, рода людского — из работников «ургии»: ликвидировать природный контраст, естественный закон.
Если у Платона в «Пире» Аристофан про АНДРОГИНОВ — миф об их рассечении на полы-сексы-половинки поведал, то вы тут — сотворить безлюбовного человека, что только работает — в ургии и креационизме, а не расходует свою силу на природное порождение рода людского. И тем — новый вызов богам: опять человек слишком усилился, как и когда шаром был — андроги- ном, и боги рассекли его, чтоб умалить его силу…
Так что и у Америки есть свои судьба и призвание и — может, трагедия…
6 часов. Сейчас пойдет мое тихое время. После лекций бросился на велосипед — уже в 3 часа — дышать! — и вот вернулся через два часа, попил казенного кофею дарового, но уже холодное оно, так что дома, придя, кипяточком себя долил, согрелся…
Думал, что меня теперь на мысль потянет — сел писать. Нет — даже наоборот: прилечь, что и сделаю. Вечер-то велик еще!
6.35. Вот и полежал. И захотелось — нет, не мыслить, а по- переписывать аккуратно буковки — про Италию: доведу сей космос дочиста сегодня.
Советский миф и американские русисты
15.11.91. Не годится: 10 часов — только начинаю! Поздно лег. Сдвинуться надо — в светлое время. Вчера до 12 переписывал «Италию». Ладно, начнем восстанавливаться!
Однако какое наклонение тут в изучении России и советской литературы! Разговорился со студентом старшего курса, что меня отвозил и который будет преподавать русскую и советскую литературу аж в Гарварде.
— А что Вы читали, проходили из советской литературы?
— Замятина «Мы», Олеши «Зависть», Пастернака «Доктор Живаго», Булгакова «Мастера и Маргариту».
— И все? Но тогда вы не можете понимать советской жизни и ее мифа. Ибо вы знаете АНТИ-утопию, не войдя в саму утопию изнутри. Как если бы о христианстве вы знали по блестящей критике его Цельсом и прочими античными философами и не читали бы Евангелия. Конечно, то — высокохудожественные произведения литературы, но ведь советская цивилизация — это религиозная эпоха и сознание. И тут другого рода тексты формирующи: «Как закалялась сталь» Островского, «Педагогическая поэма» Макаренко и проч.
Это я и стараюсь давать своим: вчера рассказывал про советский миф в его положительном измерении — про «Хорошо!» — это самочувствие. Маша Раскольникова — не верила: как можно было, когда такие ужасы? А литература ей казалась лицемерной и нарочитой: уподобила сладким сказочкам-открыточкам рождественским у них:
— Правда, трогают душу — так все хорошо получается: любовь удается, и добродетель вознаграждается. Аж плакать хочется! Однако ж — сахар, приторно!..
— Но ведь в душе-то есть потребность в Благе и его реализации в жизни! Эта же потребность — реальность, настоящая. Ее обозначаем как Веру, Надежду, Любовь. И это полностью жило в душах советских людей — в первые 30 лет. А об ужасах или не знали (монополия на информацию), или отгоняли слухи, или рассуждали: «Не без греха», «Лес рубят — щепки летят!» — стараясь сохранить сосуд веры:
Для сердца нужно — верить!
И писателей — не два вида, как Вы, Маша, делите: советские, чье это свое, или несоветские, кто подлаживался и лгал, — а сто два варианта! И большое искусство и литература возникли. И еврейский Ренессанс.
— Как, а антисемитизм?
— Не было его 30 лет — до 1947 года, и еврейство панствовало в культуре и идеологии, и таланты, сдерживавшиеся прежде, распружинились.
И про себя рассказал — детство 30-х годов, и комсомольская романтика, и песни: душа пела и мелодии возникали, а не бум- бум сухое и механическое, как сейчас. И это показатель настоя- щести — мелодия, кантилена, распев.
Как американцы бинарно мыслят и механичны-упрощающи! Понятно: им надо редуцировать всякую ситуацию и проблему, чтобы сделать прагматический следующий шаг. Но такою методою понимать наши евразийские религиозно-философские глубины?..
И тоже показательно: мой тот студент-шофер из Амхерста пишет диплом по «Бесам» Достоевского. Я попытался разговор по существу идей затеять — не клюет. Оказывается, избрал аспект: «Наррэйтор» — «Рассказчик»: проследить его голос. То есть — КАК это СДЕЛАНО? Подход из Формы и Техники — американской Психее роден. Потому так клюнули тут на Русский формализм именно — и на Бахтина, упростив его по-своему. У него-то за КАК — метафизика и мистика Личности; Персонализм, Личное творчество мира. А тут услышали только ДИАЛОГ — и поняли по бинарности опять…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
