Война поставила перед абвером новые задачи. Потребовалось приблизить его органы непосредственно к зонам военных действий для ведения зафронтовой разведки, захвата и изучения штабных и иных документов противника, допросов военнопленных, вербовки агентов из них и местного населения. Необходимо было забрасывать агентов на глубину от 50 до 300 километров за линию фронта. (Позднее – из более глубокий тыл, это уже в период войны с Советским Союзом.)
Теперь о той части Второй мировой, которая в нашей стране получила название Великой Отечественной войны[118].
В последние годы даже в нашей стране стала усиленно насаждаться версия (в частности, трудами небезызвестного перебежчика «Виктора Суворова»), что Гитлер был якобы вынужден напасть на СССР в июне 1941 года, чтобы на несколько недель опередить нападение на Германию, которое готовил Сталин.
Но вот что написал в своей книге «Тайная война» такой осведомленный автор, как бывший помощник шефа абвера Оскар Райле.
«Гитлер уже через несколько недель после того, как стал рейхсканцлером, отдал абверу распоряжение всеми имеющимися силами и средствами начать разведку в Советском Союзе. Факт этот в контексте общей оценки Гитлера представляется значительным, поскольку вначале он запретил абверу вести активную разведывательную деятельность против Великобритании и некоторых других стран.
…Итак, в 1933 году абвер приступил к планомерной разведывательной деятельности против Советского Союза».
И далее:
«После того как адмирал Канарис взял на себя руководство абвером и установил, что, принимая во внимание нарастающую напряженность, разведка в отношении Советского Союза была слабой, он распорядился проработать вопрос, нельзя ли использовать украинскую эмиграцию в гораздо большем объеме, нежели прежде. Результатом явилось решение адмирала в январе 1937 года установить контакт и начать сотрудничество с ОУН – организацией украинских националистов…
Возглавлял ОУН в 1937 году Коновалец, революционер с умеренно реформистскими взглядами. Адмирал Канарис лично вел с ним переговоры о будущей совместной работе против Советского Союза. Принимавшие участие в этой встрече офицеры абвера свидетельствовали, что Канарис явно выражал личную симпатию к революционеру Коновальцу. Это совпадало с консервативно-национальными взглядами самого адмирала. Однако сотрудничество с Коновальцем продлилось короткое время. После нескольких переговоров, которые вели с ним уполномоченные офицеры абвера, он был убит в Нидерландах…
После убийства Коновальца Мельник, бывший управляющий митрополита греко-католической церкви в Лемберге [Львове] графа Щептицки [Щептицкого], принял руководство ОУН… Но среди лидеров ОУН был и Штефан [Степан] Бандера, радикал-революционер, имевший среди украинской молодежи в Галиции значительное количество приверженцев. Между ним и Мельником существовали столь сильные разногласия относительно целей и тактических методов, что это привело к разрыву между обоими. В соответствии с этим абвер работал как с Мельником, так и с Бандерой и его приверженцами».
По свидетельству Райле, абвер активно сотрудничал в работе против СССР и с разведкой тогдашней Литвы.
К 22 июня 1941 года по периметру всей западной границы Советского Союза активно функционировали большие и малые опорные посты абвера. Кроме того, в ряде мест загодя были организованы разведывательные школы и лагеря для подготовки будущих шпионов, диверсантов и террористов. Примечательно – сама солидность и масштабы этой подготовки косвенно указывают на то, что Канарис и его ближайшие сотрудники не слишком-то верили в успех блицкрига и явно ориентировались на более продолжительную войну. Если не на четыре года, то, по меньшей мере, на год…
Абверштелле «Краков» с самого начала ориентировался на вербовку агентов из членов ОУН не только для разведывательной работы в мирное время, но и для диверсионной, боевой деятельности уже и во время войны с СССР.
Серьезной работой против СССР занимался ACT-«Кенигсберг». В частности, здесь тщательно проводили опрос перемещающихся из Советского Союза в рейх этнических немцев. Кроме того, вербовали агентов из членов антисоветских организаций Латвии, Литвы и Эстонии.
ACT-«Вена» особое внимание уделяло работе с русскими эмигрантами, в основном из числа бывших военнослужащих Белой армии. Одним из видных сотрудников ACT, например, был бывший командир известной Дроздовской дивизии генерал-майор Антон Туркул.
К названным органам можно добавить ACT-«София», КО в Болгарии, Турции и на Дальнем Востоке (в Шанхае).
Весьма активно работала «Военная организация» (КО) абвера «Финляндия», более известная как «Бюро Целлариуса», по имени ее шефа капитана второго ранга Александра Целлариуса. Главным ее делом был сбор информации о советском Краснознаменном Балтийском флоте (недаром КО возглавлял военный моряк), портах, береговых укреплениях, базах. Впоследствии, на протяжении трех лет, вплоть до выхода Финляндии из войны в сентябре 1944 года, КО готовил шпионов и диверсантов, перебрасывал их отсюда морским и сухопутным путем на советское побережье Балтийского моря и далее, к северу.
Кроме того, при крупных гарнизонах, укрепрайонах, отдельных важных центрах имелись абвер-офицеры из штатов ACT и АНСТ, но работающие самостоятельно в рамках своих полномочий, достаточно широких.
Перед самым нападением – за неделю – на Советский Союз управление абвер (заграница) ОКБ открыло специальный орган для непосредственного и прямого руководства разведывательной, диверсионно-террористической и контрразведывательной работой именно в связи с предстоящим открытием Восточного фронта. Разумеется, происходило это не в пожарном порядке, а заблаговременно, а потому со свойственной Канарису тщательностью и добросовестностью.
Назван новый орган был «Штаб «Валли», и своей структурой он точно воспроизводил строение «большого» абвера и, соответственно, состоял из трех штабов.
«Штаб «Валли-I» разместился в местечке Сулевиюк близ Варшавы, в комплексе уютных деревянных построек, среди которых выделялась бывшая дача руководителя Польши Юзефа Пилсудского. Возглавил этот орган сорокачетырехлетний, уже достаточно опытный профессиональный разведчик майор (впоследствии подполковник) Герман Баун. Родился он в… Одессе! Тогда здесь было множество богатых немецких поселений, а потому Баун свободно, как родным, владел русским и украинским языками. Также он прекрасно знал историю, традиции, образ жизни населения той страны, против которой ему теперь предстояло работать. Штат «Валли-I» достигал 500 человек, в числе сотрудников были и русские, и украинцы.
«Штаб «Валли-II» возглавил майор Зелигер (впоследствии убит партизанами), «Штаб «Валли-III» – подполковник (впоследствии полковник) Шмальшлегер.
При «Штабе «Валли» имелся склад советского обмундирования, снаряжения, личного стрелкового оружия – все это предназначалось для будущих агентов. С началом войны сюда стали доставлять советские воинские и иные документы, знаки различия, ордена и медали. Здесь собирали образцы советских печатей, штемпелей, подписей должностных лиц и, разумеется, деньги, вплоть до звонкой монеты. В команде, занимавшейся этим хозяйством, имелись опытные граверы, умельцы подделывать подписи должностных лиц, а также советские военнопленные, обычно штабные командиры и интенданты, знающие делопроизводство в Красной Армии. Позднее появились подлинные образцы продовольственных и промтоварных карточек для разных категорий населения (рабочих, служащих, иждивенцев, детей), денежных аттестатов военнослужащих.
В том же местечке Сулевиюк разместилась и одна из основных школ, где из советских военнопленных готовили будущих агентов «ближнего» и «дальнего» действия.
Любому непредвзятому человеку, прочитавшему хоть одну серьезную книгу о разведке или вообще о войне, ясно, что столь серьезная и солидная подготовка требовала огромных усилий не только абвера, но и всесторонней помощи со стороны высшего военного командования и иных государственных учреждений Третьего рейха. И вовсе не ради отражения мифической советской угрозы. И заключение в августе 1939 года Пакта о ненападении между СССР и Германией на этой подготовительной работе никак не отразилось.
Из письменных показаний бывшего начальника абвера-I генерал-лейтенанта Ганса Пикенброка, сделанных им 12 декабря 1945 года.
«…Я должен сказать, что уже с августа-сентября 1940 года со стороны отдела иностранных армий генерального штаба стали значительно увеличиваться разведывательные задания абверу по СССР. Эти задания, безусловно, были связаны с подготовкой войны против России.
О более точных сроках нападения Германии на Советский Союз мне стало известно в январе 1941 года от Канариса. Какими источниками пользовался Канарис, я не знаю, однако он сообщил мне, что нападение на Советский Союз назначено на 15 мая…»
