по красной линии – центральная его часть немного углублена, два парадных входа разнесены по краям. Высотную вертикаль всего здания организует расположенная здесь (в левом углу) башня. Она подчеркивает вертикальную линию парадного входа, зрительно выделяя ее. Тем же способом зодчий выделил и второй парадный вход, но изменения фасадов, произошедшие в советское время, не дают это увидеть. Об утратах этого замечательного памятника модерна я, конечно, еще скажу.
Доходный дом К.Х. Кельдаля в начале XX в.
Башню дома венчал фигурный флюгер и украшали куранты. На линии крыши в ней выделен небольшой прямоугольный эркер; второй, но уже круглый и более выступающий эркер устроен архитектором на самом углу постройки со стороны улицы Мира (бывшая – Большая Ружейная) на уровне третьего-пятого этажей. В центральной части на четвертом этаже устроен балкон с двумя оконными и двумя дверными проемами. Его украшают нарочито мощные консоли. Второй балкон устроен над правым парадным входом на том же уровне, что и первый. Типичные для модерна окна разного размера и формы, растительный орнамент, стилизованные барельефы присутствуют на всех фасадах большого доходного дома Кельдаля.
Со стороны улицы Мира мы видим самую маленькую часть дома – ее украшают два балкона на третьем и пятом этажах. Верхний этаж (мансарда) имеет сплошное остекление – в нем размещалась архитектурная мастерская.
Третий фасад, со стороны Каменноостровского проспекта, решен иначе, чем два предыдущих, хотя и повторяет трехчастную структуру лицевой части здания – две боковые вертикали и среднее, более широкое пространство между ними. Сравнительно небольшой, этот фасад также разделен на три части: две боковые, выделенные небольшими стилизованными эркерами и завершенные фигурными фронтонами вертикали, и центральную. В центре фасад украшен причудливым балкончиком с ажурным ограждением и лепным замысловатым декором. Впрочем, подобное металлическое ограждение балконов характерно для всех фасадов дома. Первый этаж зодчий отдал под торговое предприятие – большие арочные витринные окна присутствуют только в этой части здания. В наши дни здесь открыто отделение австрийского банка.
Наконец четвертый, последний фасад дома Кельдаля выходит на Дивенскую улицу – его хорошо видно со стороны Каменноостровского проспекта. Его архитектурное решение композиционно иное – плоский эркер и небольшая квадратная башенка акцентируют арочный проезд во двор, связанный с длинным двором соседних домов. Двор этот стоит посетить – его сложная конфигурация (в части дома Кельдаля) весьма примечательна. Есть в доме и небольшой световой двор-колодец, зашитый сверху стеклянной кровлей.
Отопление в доме было установлено централизованное, калориферное – в подвале размещалась котельная, угольная яма расположена под правым парадным входом. Кроме того, в квартирах имелись камины, говорят, утраченные к нашему времени.
В завершение разговора об архитектурных особенностях доходного дома К.Х. Кельдаля вспомним об утратах, изменивших внешний облик постройки. По проекту В.В. Шауба в доме, кроме центральной башни с часами, было сооружено башенное завершение с высоким шпилеобразным куполом над правым парадным входом; небольшая башенка украшала кровлю крыла дома с фасадом на Каменноостровский проспект; квадратной башенкой завершалась часть дома над въездом во двор со стороны Дивенской улицы.
Доходный дом К.Х. Кельдаля в наши дни
К настоящему времени утрачены все башенки, кроме часовой, да и та уменьшена и лишена оригинальной шатровой кровли с флюгером. Нет и часов – отличительной особенности дома. Отсутствие башенок меняет визуальное восприятие постройки, утяжеленной единственным высотным ориентиром. Данное упрощение лишь испортило ломаный модерновый силуэт. К сожалению, не сохранилась высокая оригинальная кровля – важный элемент в высотном восприятии дома. Он стал не просто ниже. Убогое завершение постройки в его нынешнем виде полностью меняет стилевое восприятие объекта. Отметим, что высокая кровля сохранилась в части дома, выходящий на улицу Мира, и можно видеть, как она диссонанирует с остальным домом, изуродованным в советское время. Из-за приземистой кровли фасад со стороны Каменноостровского проспекта смотрится незавершенным, дилетантским. Кроме того, фасады здания лишились части декоративного лепного убранства, что обеднило некогда разнообразный внешний вид дома.
Мемориальная доска, установленная на доме в 2003 г., сообщает, что здесь в 1907–1908 гг. жил русский писатель Леонид Николаевич Андреев. Будущий прозаик родился в Орле в 1871 г. и в Санкт-Петербурге оказался довольно рано, поступив на юридический факультет Петербургского университета. Но жизнь в столице не сложилась с самого начала – проблемы с деньгами, голодное существование и, в итоге, отчисление из Университета заставили его перебраться в Москву, где он и провел большую часть жизни. Так уж получилось, но в нашем городе Андреев прожил не так долго – вернувшись из Италии весной 1907 г., он поселился к квартире дома Кельдаля, а после покупки собственного дома (вилла «Аванс») в финском местечке Ваммелсу (ныне – Серово), писатель покинул столичную квартиру. Л.Н. Андреев еще вернется в Санкт-Петербург в 1914–1917 гг., но жить будет в доме К.И. Розенштейна на Большом проспекте Петроградской стороны.
В доме Кельдаля писатель работает над рассказами «Тьма» и «Иван Иванович»; здесь он пишет пьесу «Царь голод» и повесть «Иуда Искариот», делает заметки «Мои анекдоты»…
Из воспоминаний поэта и писателя Скитальца: «По возвращении из-за границы Андреев поселился в Петербурге на Каменноостровском. Увиделись мы с ним после долгой разлуки зимой 1908 года в Петербурге. Как-то в сумерках туманного петербургского зимнего дня, когда на улицах только что зажглось электричество, я, идя по Морской, столкнулся на мокром тротуаре с хорошо одетым широкоплечим человеком в собольей шапке того покроя, какие носили при Иване Грозном опричники и сокольничие. Человек, столкнувшись со мною, окликнул меня и, засмеявшись, раскрыл руки для объятия, – тогда я тоже узнал его: это был Леонид Андреев. Мы очень обрадовались друг другу и пошли вместе. Андреев позвал меня к себе.
Л.Н. Андреев
На Каменноостровском была у него в одном из шикарных „небоскребов“ квартира,
