Ричи Беллоуз.
Глава девятнадцатая
Джентльменское преступление
– И одет он был?.. – уточнил Кент.
Доктор Фелл, сидевший во главе накрытого к ланчу стола, энергично откинулся в кресле.
– Одет он был, – ответил доктор Фелл, – по причинам, на которые я укажу позже, в запасной мундир инспектора полиции, который до такой степени похож на униформу лифтеров из отеля «Королевский багрянец», что меня часто подмывало обратиться к ним «офицер». Вы ведь не забыли описание униформы лифтера, данное нам Хардвиком? «Короткая однобортная куртка с открытой грудью, синяя, с серебристыми пуговицами и эполетами». Заметьте, только у этих служащих униформа с коротким сюртуком, как у полицейских, у всех остальных длинные сюртуки или даже фраки. Единственный подлинный и правдивый свидетель, видевший нашего призрака в синем (мистер Рипер), сказал, что уверен: на призраке был короткий сюртук. Таким образом, поле поисков было заметно сужено. Однако все, чего желал Ричи Беллоуз, чтобы все заметили (и он рассчитывал, что все заметят), – синий сюртук и серебристые пуговицы. Вы сейчас поймете.
– Только как же он выбрался из кутузки? – взревел Дэн. – И зачем…
Сказать, что напряжение спало, сказать, что злобный демон улетел прочь и зловоние рассеялось, означало бы недооценить душевное состояние всех, кто собрался за столом в «Четырех дверях» в то морозное утро второго февраля. Поговаривали, что Мелитта Рипер проплакала всю ночь – и это, по всеобщему убеждению, делало ей честь. Колючее зимнее солнце сияло в окнах столовой, где Гэй приказал накрыть ланч, чем-то напоминавший праздничный обед. Большой палец Кента, надо признать, устроил ему веселую ночку, приняв на себя вес кочерги Ричи Беллоуза, но теперь он так расслабился от вина и наступившего облегчения, что нисколько из-за него не переживал. Доктор Фелл восседал во главе стола, словно Дух Нынешнего Рождества. Лениво взмахнув сигарой, он произнес:
– Кхм… Да, я склонен прочесть лекцию, хотя бы потому, что до сих пор мне не выпадало возможности должным образом потешить свое красноречие. Впрочем, имеется и еще одна, причем (если в подобное можно поверить) более веская причина. В строго научном смысле мне нравится это дело. Оно предоставляет блистательные возможности для соединения разрозненных доказательств в единое целое, и тем из вас, кто обожает сам дедуктивный процесс, должно показаться весьма любопытным. Мы с суперинтендантом, – он снова взмахнул сигарой, указывая на Хэдли, – шли по следу вместе. И если рассказываю об этом я, то вовсе не потому, что наделен какой-то особенной дальновидностью, – нет, просто меня гораздо труднее угомонить, когда я готов излить свои восторги.
Чтобы наиболее полно обрисовать для вас это дело, стоит начать с самого начала, когда мы только приступили. Приехав в отель «Королевский багрянец» в первый раз, я среди общей сумятицы твердо сознавал одно: эта миссис Джозефин Кент не та, кем кажется. Хэдли в ходе жесткого разговора с нашим хозяином вчера днем обозначил причины для расследования этого момента: началось все с полустертого имени на видавшем виды дорожном сундуке и не закончилось даже с получением нами некоторой наводящей на размышления информации из Южной Африки. Зародились определенные сомнения, которые лишь добавились к другим.
Итак, обратно к началу. Я почти не усомнился в рассказе Ричи Беллоуза. Полиция была совершенно уверена в его невиновности, поскольку имелось слишком много физических препятствий – чего стоит одна частично парализованная левая рука, которая не давала ему возможности задушить Родни Кента. Кроме того, он совершенно точно был слишком пьян в два ночи, когда его обнаружили. Если бы он совершил убийство в полночь, то зачем ему ложиться спать на диван под дверью своей жертвы, дожидаясь, пока в два его застукают на месте преступления. Опять же орудия убийства при нем не оказалось. Да плюс еще полное отсутствие мотива. В итоге я был склонен поверить его рассказу о «человеке в униформе служащего отеля» просто потому, что в своей абсурдности это могло быть правдой. И дело не только в моей врожденной тяге к абсурдному. Я хочу сказать, что этот рассказ был не из тех, которые могут принести какую-то пользу злонамеренному лжецу. Если Беллоуз был убийцей, он постарался бы защитить себя ложью, но вряд ли ложью настолько откровенно бессмысленной и не имеющей отношения к делу в целом. На первый взгляд история о служащем отеля ничего ему не давала, если только не была правдой. Если бы он лгал, то скорее сказал бы, что видел в коридоре злоумышленника, но не стал бы говорить, что видел там исследователя Арктики, балерину или почтальона.
И потому, когда мы впервые прибыли в отель, я был готов поверить, что убийца действительно находится там. Если точнее, это один из постояльцев с седьмого этажа. Но затем обозначились два момента, которые очень сильно меня обеспокоили.
Первый: бесследное исчезновение той униформы. Куда же, черт побери, она подевалась? Ее не спрятали, не сожгли, не вышвырнули из окна – мы бы обнаружили ее или же ее следы. Если ее надевал постоялец, как же тогда она после канула в бездну? А она, видите ли, именно туда и канула. Вы можете предположить, что постоялец был в сговоре с кем-то из служащих отеля, он позаимствовал настоящую униформу, чтобы устроить маскарад, а потом вернул ее. Даже если бы такое случилось на самом деле, как же одежда испарилась из крыла А? Единственный вход туда всю ночь, вплоть до того момента, когда прибыла полиция, находился под наблюдением, поскольку у лифта работали три человека. Может, постоялец выбросил униформу из окна, а затем его сообщник из числа служащих отеля подобрал ее на Пикадилли или во дворе-колодце? Это представлялось маловероятным, и все же униформа исчезла.
Второй: некое обстоятельство, пролившее свет. Как следует подумав, я понял, что одна дверь открылась каким-то непостижимым образом. Та самая дверь в кладовую для постельного белья, снабженная пружинным замком. К тому времени мы уже довольно наслушались об этих новых замках, которые невозможно отпереть снаружи, если у тебя нет на это права. Кладовка была заперта горничной накануне вечером. Утром ее двери оказались открытыми. По этой причине (что вполне объяснимо) некоторые начали косо поглядывать на мистера Хардвика, управляющего отелем.
Но лично мне все представлялось куда проще. Никто не мог отпереть ту дверь снаружи. Но кто угодно смог бы открыть пружинный замок изнутри. Вы поворачиваете небольшую круглую ручку, и дело в шляпе. По этой причине мне было очень интересно заглянуть в кладовую. Гм… ха. Между прочим, кто-нибудь из вас догадался это сделать?
Кент кивнул.
– Да. Я заглянул туда,
