романтизма. И тем не менее, книга о парке аттракционов нашла отклик у российской аудитории, что говорит о широте читательской базы Кинга в России: его любят не за ужасы, а за особую атмосферу, умение рассказывать истории и тонко чувствовать психологию персонажей. «Магия вернулась», – отмечали читатели.
Во-вторых, нельзя не отметить лояльность российских поклонников Кинга, которые в эпоху растущей популярности электронных книг предпочитали покупать печатные книги американского писателя. В кои-то веки грамотно сработал маркетинг АСТ и удачное позиционирование Кинга.
Возможно, дело и во внешнеполитической обстановке. 2014 год был напряженным и тревожным (валютный кризис, девальвация рубля со всеми сопутствующими явлениями). В такие моменты особенно востребованными становятся книги, позволяющие уйти в другую реальность, пережить чужие, но эмоционально насыщенные истории. «Страна радости» идеально соответствовала этой потребности: несмотря на мрачноватую атмосферу, роман дарил читателю ощущение ностальгии, тепла и надежды – именно того, что так не хватало в условиях неопределенности.
2014 год стал поворотной точкой в российской издательской судьбе Стивена Кинга. По итогам года он ворвался в топ-20 самых издаваемых в России авторов художественной литературы и сразу взлетел на девятое место, с суммарным годовым тиражом 453,5 тысячи экземпляров. Для зарубежного писателя, чьи основные произведения были написаны десятилетиями ранее и который в России уже успел пройти через волну популярности в 1990-х и снижение интереса (нет, не забвение, но определенное охлаждение) в нулевых, это был по-настоящему ренессанс.
Что особенно примечательно, взлет Кинга произошел на фоне общего падения интереса к художественной литературе. Российский читатель все реже обращался к бумажной книге, а тиражи даже самых узнаваемых и любимых авторов, как отечественных, так и зарубежных, стремительно снижались. Издатели все чаще жаловались на стагнацию рынка, на проблемы с продвижением литературы, на отток аудитории в интернет, сериалы и соцсети. На этом унылом фоне успех Кинга выглядел почти аномалией.
Но, как оказалось, это было только начало. Уже в 2015 году Кинг поднялся до пятого места, увеличив свой суммарный годовой тираж до 612 тысяч экземпляров. В 2016-м – он сохраняет ту же пятую строчку, но в тиражах снова растет: 672 тысячи.
А потом начинается стремительный взлет.
В 2017 году Кинг занимает второе место с почти 1,26 миллиона экземпляров. Такой скачок – более чем вдвое по сравнению с предыдущим годом – говорит о настоящем буме. Автор «Оно» и «Мистера Мерседеса» становится одним из самых издаваемых писателей в стране. В 2018 году показатели чуть скромнее: 887 тысяч, но по-прежнему уверенное второе место.
А в 2019 Стивен Кинг взбирается на пьедестал, сбросив с него Дарью Донцову, королеву «иронического детектива», и в последующие три года уже не покидает первую строчку рейтинга:
2019 год – 1 место, 1,103 миллиона;
2020 год – 1 место, 774 тысячи (в разгар пандемии);
2021 год – 1 место, 961,5 тысячи;
2022 год – 1 место, рекордные 1,369 миллиона экземпляров.
Этот период – с 2014 по 2022 – можно назвать золотой эпохой Кинга в России, его второй молодостью. За это время он не просто вернулся в активный читательский обиход, но занял в нем центральное место, став настоящим культурным феноменом, востребованным сразу у нескольких поколений читателей.
Причины этого взлета – особая тема, которой будут посвящены следующие главы. В стране, где привычка к чтению бумажных книг полным ходом теряла позиции, где книжная индустрия переживала трудные времена, Стивен Кинг вновь стал бунтарем и разрушителем трендов, плывущим против течения.
* * *
Следующим русскоязычным журналистом, которому выпала удача пообщаться со Стивеном Кингом, стал Сергей Рахлин[91]. Родившийся в СССР, Рахлин начал карьеру в советской журналистике, а после эмиграции в США в 1979 году оказался одним из немногих журналистов советского происхождения, кому удалось глубоко внедриться в индустрию американского шоу-бизнеса. На протяжении десятилетий он работал в Голливуде, писал о звездах кино и телевидения, брал интервью у ключевых фигур мировой киноиндустрии и был признанным экспертом в области массовой культуры. При этом он активно публиковался в российских СМИ, в том числе в таких изданиях, как «Огонек» и «Известия».
Интервью Рахлина с Кингом, опубликованное в 2014 году под заголовком «Так я избавляюсь от своих кошмаров» в журнале «Огонек», состоялось накануне выхода второго сезона телесериала «Под куполом», ставшего адаптацией одноименного романа Кинга.
Рахлин задавал вопросы о страхах, снах и методах самотерапии через литературу, о страшной автомобильной аварии 1999 года, о старомодности бумажных книг и даже о молодежной моде. Кинг, наверное, в тысячный раз иронично повторил, что «Я перебросил все свои страхи на людей, которые читают мои книги… Своим писательством я поставил психоанализ с ног на голову. Вместо того чтобы тратить 120 баксов на психотерапевта, который объяснит мне мои фобии и тревоги, я их кладу на бумагу, и люди мне еще платят за свои ночные страхи». Девиз его литературной философии.
На вопрос о детских кошмарах Кинг отреагировал философски: «На самом деле у меня было совершенно нормальное детство. У меня, правда, было очень сильное воображение, поэтому и страхи были. И кошмары меня мучили».
Интервью также интересно тем, что в нем Кинг говорит как сценарист – на момент беседы он работал над сценарием второго сезона «Под куполом», размышляя над экологическими, демографическими и этическими проблемами («Я хочу коснуться перенаселения планеты, истощения продовольственных ресурсов, сохранения окружающей среды»). Кинг признался, что почти не различает работу над романом и сценарием: и там, и там он просто визуализирует, кто где находится, что говорит, и начинает жить в этом мире. Немного хаоса, но в этом и есть метод. В отличие от академического подхода, Кинг интуитивен.
«– В 2002 году вы говорили о возможности прекращения литературной деятельности. Но сегодня вы много работаете. Что вами движет?
– Идеи или приходят, или не приходят. И ты от этого зависишь. В 1999 году я попал под машину, точнее, под микроавтобус. Я чуть не умер. И я очень рад, что смог вернуться к работе. Но в 2002 году я все еще испытывал сильные боли, моя творческая энергия была очень низка. Так что я решил, что пора на покой. Меньше всего хотел бы навязывать себя читателям. Но потом мой организм совершил чудо. Я снова загорелся идеями. И вот я перед вами.
– Вуди Аллен любит говорить, что у него полная тумбочка бумажек с идеями, которые он хотел бы воплотить. Как у вас с этим?
– Было время, когда у меня в голове было столько идей, что я думал, что она лопнет. В то время я почти ненавидел
