собой, но пока не выходило. Он так устал от всего. От неопределенности. От давления. От того, что всем что-то от него нужно: дружба, исполнение футбольной мечты, любовь… А как насчет его желаний?!
— Я чувствую, как ты дрожишь сейчас, — прошептал парень. — Прости. Я немного зол, поэтому будет лучше, если ты просто скажешь все, как есть.
— Ты псих! — ответила она и посмотрела на него.
Повисла тишина, но через секунду неожиданный резкий голос Максима ее разрушил.
— Признайся! Скажи это прямо сейчас!
Стрельцов властно схватил Киру за плечи, принуждая к ответу. В его глазах отражалась нетерпимость.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — тихо сказала она.
Максим манерно отстранился от нее и уже не трогал Киру. Он завел руки за голову и рвано выдохнул, совершив небольшой круг. В тот момент, пока он приходил в себя, на лице девушки появилась уверенность, и она попыталась выйти за дверь.
— Трусиха, — почти неслышно произнес Стрельцов.
Кира услышала его слова, но ничего не добавила, лишь дернула за ручку двери.
Подлетев, парень ухватил ее за локоть и затащил обратно в уборную, порог которой она уже успела перешагнуть.
— Да куда ты пошла! — захлопнул он дверь.
Снова прижав ее к стене, Стрельцов в очередной раз ухватился за Кирины плечи. Его пальцы крепко вцепились в нее и на сей раз не собирались отпускать.
— Прошу. Прошу… — сменяя грубый тон на более спокойный, продолжил он. — Просто скажи это. Если честно, от твоего молчания мне не по себе. Просто признайся!
Кира разозлено смотрела на него. Внутри под кожей бушевали чувства. Ей словно хотелось высказать ему что-то, но из-за того, что Стрельцов этого и желал, она перестала об этом думать.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — вновь безэмоционально повторила она.
— Сокол! — крикнул Стрельцов, ударяя ладонью в стену возле ее уха.
В его глазах застыли ожидание и тревога.
— Зачем? — тихо спросила она, а дальше ее голос начал срываться на крик. — Зачем тебе слышать это? Ты все и так понимаешь. Если ты думаешь, что мучаешься от неопределенности, то что же тогда чувствую я?!
— Черт возьми, просто скажи это!
— Я ненавижу тебя!
Стрельцов замер, из него будто разом ушла жизнь. Девчонка, чуть не плача, больше не могла сдерживать свой словесный поток.
— Каждый день в толпе ищу твое лицо, чтобы вовремя убежать и не попасться тебе на глаза. Молюсь, чтобы ты в очередной раз не появился на творческом письме. Меня бесит твоя заносчивость и перетряхивает, когда ты дотрагиваешься до меня. Я ненавижу твои глаза цвета шоколада, которые смотрят мне прямо в душу. Терпеть не могу улыбку на твоем лице. Не выношу твою родинку у уха. Тошнит, когда я замечаю, как ты куришь. Выворачивает на изнанку от запаха твоего парфюма. Ненавижу все, что связано с тобой! Ненавижу!
Слезы градом покатились по щекам Киры. Стрельцов медленно разжал пальцы, сжимавшие плечи девушки и вдруг расплылся в добродушной улыбке. Заведя ладонь ей за голову, он притянул ее к себе, а она прижалась к его груди. Соленая вода начала пропитывать футболку парня, но от этого ему лишь стало спокойней.
— Я тоже тебя люблю, — произнес он и чмокнул ее в макушку.
Кира сразу же попыталась освободиться, но Максим не выпускал ее. Они встретились взглядами. Улыбка Максима за секунду исчезла. Их губы находились так близко. Одно неловкое движение могло уничтожить крохотное расстояние. Пролитые от злости и растерянности слезы Киры успели высохнуть.
— Ты не можешь ненавидеть меня, — осторожно произнес Стрельцов. — Скажи правду.
Дыша урывками, Кира собиралась уже ответить, но Стрельцов отчего-то решил больше не ждать.
— Я… — только и успела проронить Кира, как тут же почувствовала губы парня на своих губах.
По телу побежали мурашки. Его руки, словно канаты, обвились вокруг ее талии и зажали в теплых объятьях. Земля ушла из-под ног, голова закружилась, а в мыслях парня лишь повторялось: «Ты меня любишь».
Глава 25
Они одиноко сидели на полу в уборной. Затылок Стрельцова приклеился к стене, а Кира, свесив голову ему на плечо, смотрела перед собой. Их обоюдное молчание теперь не казалось чем-то неловким. В тот миг девушка подумала, что все прекрасно.
Приподнявшись, она посмотрела Максиму в глаза. В них горели огни. Раньше их не было, по крайней мере, она так думала. Кира потянулась к его волосам, желая зачесать их назад, но Максим перехватил ее руку, поднес ко рту и игриво укусил девушку за пальцы. Она хихикнула.
Кира в смущении, как обычно, прикрыла веки и попыталась отвернуться, боясь показать, что все происходящее нравится ей. Стрельцов, развернувшись, сказал:
— Не… отворачивайся. Ты такая милая, когда стесняешься.
Она вновь не сдержала смех, но все же отреагировала на просьбу Максима и позволила ему смотреть на ее порозовевшие щеки. Его уголки губ глядели вверх.
— Смешно тебе, да? — игриво пихнула она его.
— Вовсе нет, — ответил он и убрал спадающие на лицо пряди за ухо, кротко поцеловал ее в губы.
— Тогда почему ты улыбаешься? — не унимаясь, продолжила Кира.
Стрельцов ухмыльнулся.
— А может, я счастливый человек.
Кира недоверчиво сощурилась, хотя на самом деле чувствовала то же, что и он. Опустив руку девушке на плечи, Стрельцов нежно обхватил ее и спросил:
— Обнимешь?
Немного растерявшись, она небрежно завела одну руку ему за спину, а другую положила на живот. Голова вновь прислонилась к нему.
— Ты любишь меня? — с хитринкой в голосе поинтересовался он.
— Да, люблю, — смело произнесла она и прижалась сильнее.
Максим глубоко вздохнул и прижался губами к Кириной макушке. Рядом с ним она чувствовала себя цыпленком — беззащитной и маленькой. А он… мог спасти ее от всех невзгод.
Ручка двери уборной внезапно издала характерный звук поворота, и влюбленные поняли, что сейчас кто-то войдет. Максим и Кира переглянулись, тут же одинаково среагировав: они подорвались с места и, шмыгнув в одну из кабинок, закрылись изнутри. Для двоих там совершенно не находилось места, тем не менее, они стояли рядом и плотно прижимались друг к другу. Кира пыталась сдерживать смех, пока Максим смотрел на нее и светился от счастья.
По стуку каблуков они поняли, что вошла девушка. Незнакомка копошилась около раковины,
