но, услышав подозрительные шорохи, сразу среагировала:
— Эй, что за дела?! — завопила она, явно поняв, что в одной кабинке закрылись два человека и, один из них, судя по ботинкам, парень.
Кира, все же не сумев сдержаться, засмеялась.
— Откройте! — потребовала девушка, дернув за ручку.
Дверь начала дребезжать от настойчивости случайно зашедшей в уборную барышни, но Максим уперся в дверь рукой, и шум несколько поутих.
— Нет! — пискляво ответил он, пытаясь изобразить девичий голос.
— Это женский туалет! Выходите! — не унималась она.
Девушка без устали продолжала дергать ручку, но это не приносило никаких результатов. Максим улыбался во все тридцать два, глаза искрились задором. Кира же зажала себе рот ладонью, пытаясь не издать больше и звука.
— Ну все! Я за охраной! — злобно сказала девушка и упорхнула прочь, призрачно цокая каблуками.
Кира прислушалась, убеждаясь в том, что в уборной больше никого не было, и намеревалась выйти. Она слегка дернула за ручку, но ладонь Максима все еще упиралась в дверь и, кажется, никто не собирался ее выпускать.
— Что ты делаешь? — хихикнула она и снова подергала ручку.
— А на что похоже? — тихо произнес он и сжал ее пальцы, желая отцепить от ручки.
— Она ведь сейчас вернется, — шепнула Кира, пока Стрельцов себе позволил переместить ладони на ее талию, — и не одна, а с охраной.
— И пусть, — произнес он, приникая губами к ее шее.
Кира несколько раз похлопала его по плечу. Два легких прикосновения у уха, еще парочка — у ключиц, и ей стало все равно на последствия. Вокруг больше ничего не существовало, кроме чувственных поцелуев и нежных ласк. Она лишь ощущала, что задыхается от этой влюбленности, но отчаянно хотела, чтобы эта волна накрыла ее с головой. Грубоватые руки бархатно и совсем незаметно проникли под одежду, изучая обнажённую спину.
— Максим?..
— М? — не останавливаясь, спросил он.
— Мне кажется, кто-то идет…
Стрельцов лениво поднял голову и затуманенным взглядом посмотрел на Киру. Он медленно просканировал ее, позволяя себе пробежаться по припухшим губам, вздымающейся девичьей груди, приоткрытой полоске живота. Взгляд абсолютно дикий, но Кире нравилось, что Стрельцов смотрит на нее именно так. Он осторожно провел ладонью по ее щеке, она с нежностью закрыла глаза. И следом почувствовала, как парень жадно стал целовать ее, словно боялся, что она исчезнет.
Сердце билось так сильно. Еще немного, и оно выпрыгнет наружу. Мысли все разом куда-то улетучились и важным осталось только одно — их близость. Под пальцами Максима смялась ее футболка, он был готов раздеть Киру, она остро почувствовала его желание и даже хотела поддаться искушению, но вспомнив, где именно они находились и при каких обстоятельствах, Кира с небольшим усилием заставила Стрельцова прийти в себя и трезво посмотреть на нее.
Они оба часто дышали, почти задыхались и точно собирались накинуться друг на друга вновь.
— У нас есть шанс уйти, — лукаво подмигнула Кира Максиму, и он улыбнулся ей, кажется, осознавая, что стоит притормозить.
Наконец парень открыл дверь. Кира выглянула в коридор — никого не было видно, и звука каблуков она тоже не слышала. Выбежав наружу, парочка решила отыскать удобное местечко, чтобы поговорить.
Стрельцов потянулся пальцами к Кире и взял ее за руку, а она перевела взгляд на их соединившиеся ладони. Ей было трудно поверить, что все происходящее — не сон или глупая выдумка, Максим правда шел рядом. Она еще сильнее сжала его руку и заметила, как парень улыбнулся.
— Ты что-то хочешь, Кира? — среагировав на жест, спросил он и посмотрел на нее уголком глаза.
— О, ты знаешь мое имя?
Стрельцов засмеялся — он ведь всегда называл ее по фамилии.
— Знаю, Сокол, — ухмыльнулся он.
Лавочка, находившаяся рядом с актовым залом, пустовала. Кира остановилась, потянув за собой Максима. Он лениво приземлился на сидение, а она примостилась рядом, неуверенно подтянув к себе колени.
Молчание. Кира хотела о многом спросить, во всяком случае про свой список «университетского расследования» она все еще помнила, но с чего именно начать, совершенно не знала. Не будет ли слишком нагло с ее стороны вот так допрашивать парня? К тому же он все еще не сказал, кто они теперь друг другу, пусть Кира и понимала, что раз они оба влюблены, то получается, это начало их отношений.
История с Аней ее кое-чему научила — подожди, не наседай и получишь вознаграждение в виде искренности и доверия. Поэтому она не понимала, о чем можно говорить с Максимом, а о чем нет. Он обернулся к двери актового зала и потер по ее поверхности пальцем, будто понятия не имел, куда себя деть.
— Почему ты ушла во время спектакля? — заговорил он, все еще не глядя на Киру.
Она облегченно вздохнула — напряжение исчезло. И тут же мысленно вернулась в тот день, когда Лена закатила сцену. Прижавшись лбом к коленям, Кира обхватила руками свои ноги.
— Я растерялась, — прошептала она, — запуталась, разозлилась и решила вернуться домой.
— Растерялась? — переспросил он. — Из-за чего?
— Ты сказал, что у тебя другая. Я заревновала.
— Я имел в виду тебя, — сказал он и озарил Киру улыбкой, наконец посмотрев на нее.
Следом он поспешил добавить:
— Так ты все-таки ревновала? Значит, я был прав.
— Дурак, — пихнула она Стрельцова в бок, но тот лишь рассмеялся.
Снова молчание. Кира подняла голову и опустила ноги. Пододвинувшись к Максиму, она скользнула рукой по поверхности лавочки и осторожно обхватила мизинцем его мизинец. Парень чуть слышно ухмыльнулся и казался довольным.
— Как хорошо, что завтра воскресенье, — промямлила она и тут же вызвала у Максима вопрос:
— Почему?
— Один день можно прожить спокойно. Потом ведь придется всем объяснять, как так вышло, что мы теперь встречаемся.
— А мы встречаемся?
Кира с удивлением уставилась на него, их пальцы разъединились. Этого она боялась больше всего и именно сейчас корила себя за длинный язык. Максим с минуту держался серьезно, но все же лицо Киры забавляло его куда больше, и он вновь расхохотался.
— Дурак, — закатила она глаза. — Не шути так. Я пытаюсь рассказать тебе о собственных страхах, а ты прикалываешься. Если честно, Королев не внушает мне доверия. Чувствую, он придумает новую порцию тупых издевок.
— Не бери в голову.
