Она знала, что Конрад стоит у нее за спиной. Обернувшись, она надела ему на шею шнурок с амулетом Зомбы. Тот лег Конраду на обнаженную грудь, чтобы все видели, кто он теперь такой.
— Я ваш капитан, — медленно проговорил Конрад по-испански. — Мы выходим в море. Поднять якорь!
Камале показалось, что от его слов корабль тотчас ожил и пришел в движение. Два капитана и сам Конрад принялись поднимать паруса. Матросы выполняли их указания: выбирали якорь, лезли на нок-реи, занимались такелажем.
Камала продолжала наблюдать за ними, когда у нее за спиной раздался голос Конрада:
— Ступай вниз и сними мокрую одежду. И не стой здесь. Если в нас начнут стрелять с берега, то рискуешь получить пулю — ты стоишь на самом виду.
Камала молча подчинилась.
Отыскав трап, она спустилась вниз. Какое-то время она неподвижно стояла в темноте, но затем рядом с ней возник Спайдер и зажег фонарь.
— Нам все удалось, мисс! — возбужденно проговорил он.
— Верно, но нам еще предстоит выйти из лагуны в открытое море, — задумчиво ответила Камала. — Там нас могут поджидать патрульные корабли.
— Не волнуйтесь, мисс, все будет хорошо, — заверил ее слуга. — Хозяин все сделает так, как надо, помяните мое слово!
Хотя Камала и была обеспокоена их будущим, она не сдержала улыбки, услышав, что Конрад стал новым хозяином Спайдера.
— А теперь давайте посмотрим, какую одежду мы сможем здесь для вас отыскать, мисс, — добавил слуга.
Подняв над головой фонарь, он открыл дверь ближайшей каюты. Камала вошла, огляделась по сторонам и тут же издала восхищенный возглас. Не приходилось сомневаться в том, для кого эта каюта предназначалась: это было видно по той роскоши, с которой она была обставлена.
Здесь стояла золотая кровать с бархатным покрывалом, украшенная изображением родового герба дона Мигеля. Стены были обшиты эбеновым деревом, а мебель инкрустирована золотом.
— Его Зазнайство наверняка собирался произвести впечатление на испанцев! — язвительно заметил Спайдер. — Но теперь здесь будет спать хозяин.
Он собрался выйти из каюты, когда Камала увидела вторую дверь.
Открыв ее, она поняла, что на этом корабле каюты были проходными и здесь не было необходимости делать тайные ходы в шкафах. Спайдер последовал за ней, и в свете фонаря, который он держал, Камала увидела, что следующая каюта, по всей видимости, предназначалась для нее или Хосефы.
Кровать, сделанная из серебра, была заправлена постельным бельем из белого и розового атласа. На полу лежал прекрасный голубой ковер, сотканный руками искусных мексиканских ремесленников. Не менее красивы были и голубые, в тон ковру, занавески на иллюминаторах.
— Это будет моя каюта, — улыбнулась Камала.
— Я вижу, что на этом корабле есть много полезных вещей, мисс, из которых я смогу сшить для вас платье, — с удовлетворением отметил Спайдер.
С этими словами он распахнул дверцы платяного шкафа, занимавшего почти всю стену каюты, и тут же с удивлением принялся рассматривать его содержимое.
Шкаф был завешан платьями всех мыслимых фасонов и расцветок, ярких, как оперение мексиканских попугаев.
— Они, должно быть, приготовлены для Хосефы, — предположила Камала.
— В таком случае я смогу без особого труда перешить их для вас, мисс, — сказал Спайдер. — Упомянутая вами дама будет пошире в талии, но примерно такого же роста, что и вы. Я краем уха слышал, что бо́льшая часть ее платьев была привезена из Испании или Франции. Какая же она счастливица!
Камала была уверена, что, стань она женой дона Мигеля, все эти фантастические наряды пришлось бы носить ей самой. Впрочем, сейчас для нее важнее было другое — во что одеться после долгого пребывания в воде.
Спайдер опустил фонарь.
— Если вы немного позже собираетесь выйти на палубу, мисс, когда мы будем в море, вам понадобится теплая одежда, — сказал он чуть сварливым голосом заботливой няньки. — Я вижу, что здесь есть накидка, которая вам отлично подойдет. Вы будете прекрасно в ней выглядеть.
Спайдер вытащил из шкафа платье и накидку и бросил их на кровать. Затем издал радостный возглас, обнаружив пару туфелек, которые положил на кровать рядом с одеждой.
— В этом плавании вас будет очень легко одевать, мисс, прошу прощения за подобное выражение. А вот хозяину те испанские сюртуки будут узковаты в плечах.
Спайдер зажег масляные лампы, привинченные к стенам каюты, и вышел, оставив Камалу одну. Она скинула черную шелковую мантию, вытерлась насухо полотенцем, которое нашла возле умывальника, и начала одеваться.
Увы, ей было трудно выбирать платье, когда она все время слышала у себя над головой шлепанье босых ног по палубе и приглушенные голоса.
Что, если не будет попутного ветра и они не смогут выйти в море?
Вскоре она услышала, как поднимают якорь, но несколько секунд ей все еще казалось, что корабль остается на месте.
Камала ощутила, что больше не в силах выдержать напряжение. Она торопливо надела платье, набросила на плечи накидку и выбралась из каюты на палубу.
Оглядевшись по сторонам, она одновременно вскрикнула и издала вздох облегчения. Корабль плыл!
Не слишком быстро, однако они уже почти вышли из вод лагуны.
Конрад стоял у штурвала. По выражению его лица Камала безошибочно определила: в эти мгновения главная его задача — благополучно вывести корабль в море и проскользнуть мимо шхун и рыбачьих лодок, стоявших на якоре.
Она подошла к нему и встала рядом. Конрад ничего не сказал, и она решила, что он не заметил ее.
— С тобой все в порядке? — наконец произнес он.
— Мы плывем!
— Да, слава богу. В море нам будет дуть попутный ветер.
— Ты не забыл о флаге на мачте?
— Нет. Посмотри сама! — ответил он.
Камала сделала шаг в сторону, чтобы окончательно убедиться в том, что они смогут благополучно выйти в море. Флаг трепетал яркой звездочкой надежды. Камала облегченно вздохнула.
— Как ты понимаешь, плавание будет трудным, — сказал Конрад. — Мы доберемся до Гаваны лишь через четыре-пять дней, если нам будет сопутствовать ветер. Но нас всего четырнадцать человек, а для корабля такого размера требуется сорок-пятьдесят матросов.
— Смею заметить, сэр, — раздался у них за спиной голос с отчетливым шотландским акцентом, — что вы существенно занизили число, сказав, что нас всего четырнадцать.
Камала обернулась и увидела капитана Макдональда.
— Занизил? — удивился Конрад.
— Конечно, сэр, — подтвердил шотландец. — Я полагаю, что каждый из трех английских капитанов равен трем местным матросам. Таким образом, вместе со Спайдером нас двадцать. Это как раз половина требуемого количества, но порой нужно быть благодарным даже за такие мелочи.
