Но вернемся к моей поездке в Америку. Парламентские слушания в США – это авторитетное политическое событие. Человек, выступающий в конгрессе, незамедлительно берется под его защиту. Слушания освещают средства массовой информации не только США, но и многих стран мира. Да и тема слушаний была очень злободневной: «Роль финансовой системы США в отмывании российских денег».
Готовясь к поездке, я понял, что мое выступление на слушаниях все больше начинает принимать политический характер. Во-первых, стоящие в то время в оппозиции республиканцы могли использовать наши проблемы, а также связанные с ними ошибки администрации Клинтона в своих предвыборных целях. Становиться катализатором выступлений республиканцев против демократов мне не хотелось. Во-вторых, мне предложили дать в конгрессе официальные показания. Лгать не хотелось, а правдивые показания, как это ни неприятно говорить, запросто могли сократить в будущем финансовые потоки МВФ в Россию, спровоцировать решения, ущемляющие интересы моей Родины. Согласись я выступить, мне пришлось бы официально и во всеуслышание сказать очень горькую правду: Кремль коррумпирован.
Говорить мне это очень не хотелось. Одно дело, когда это заявляют разные газеты и дикторы на телевидении, и совсем другое – Генеральный прокурор России. Мне было стыдно и обидно за свою страну, за то, что за рубежом родилось неверие в способность России самостоятельно решить проблему коррупции и преступности вообще.
Ну и, наконец, мои недруги непременно постарались бы использовать эту поездку против меня.
После долгих раздумий я написал письмо Джеймсу Личу, где поблагодарил за приглашение, сказал, что солидарен с теми, кто занят сложнейшими расследованиями коррупционных процессов в России, и… в Штаты не поехал. Хотя хорошо понимал – там меня ждет успех, ожидает поддержка, которая так мне была нужна…
Чем же завершился «Рашенгейт»? В США поднялся большой шум, который, впрочем, быстро сошел на нет. Томас Реньи, глава «Bank of New York», выступил в американском конгрессе с разъяснениями по делу об отмывании российских денег. У Люси Эдварде и Натальи Гурфинкель-Когаловскои были произведены обыски и им предъявлены обвинения. Обвинения были предъявлены также Питеру Берлину и Светлане Кудрявцевой – еще одной нашей соотечественнице, служащей восточноевропейского филиала «Bank of New York». Практически все они лишились своих насиженных постов. Но, как сообщает газета «Версия», в ноябре 1999 года во время одного приема в неком московском отеле состоялась встреча между банкирами, российскими чиновниками и клиентами «Bank of New York». Последний представляли уже знакомый нам Боб Клайн и один из ведущих менеджеров Департамента Восточной Европы банка Сергей Котов. Оба банкира постарались максимально смягчить скандал, разыгравшийся в прессе по поводу отмывания денег в «Bank of New York» и уверили присутствующих, что отследить движение средств через новейшую электронную систему банка под названием «Micro/Ca$h-Register» практически невозможно.
Вот и получается, что и скандала, вроде бы, как и не было. А деньги как отмывались, так и продолжают отмываться. Только делать это стали еще более изощренно, еще незаметнее.
Исчезновение кредита МВФ
Еще в 1996 году вице-президент Инкомбанка Владимир Дудкин в разговоре со своими подчиненными обмолвился, что плотный контакт с «Bank of New York» дал им полный доступ к западной банковской системе, причем, ведущие служащие этого американского банка делали все, что им указывали из России. Тогда же Дудкин прозрачно намекнул, что частью тщательно разработанного «Инкомбанком», «Bank of New York» и некоторыми другими банками плана стала фактическая кража иностранной финансовой помощи и кредитов, предоставляемых Западом на стабилизацию экономики России.
Российские чиновники избегают откровенных разговоров на эту тему. Боятся рассуждать о судьбе кредита МВФ следователи и прокуроры. Никто не хочет ворошить недавнее прошлое, когда в течение двух-трех дней Россия потеряла почти 5 миллиардов долларов. Пять миллиардов, которые были безжалостно расхищены еще на пути из Нью-Йорка в Москву.
Дело о пропаже 4,8 миллиарда долларов, выделенных МВФ в 1998 году, расследовалось долго, но было успешно завершено. Цена расхищенных миллиардов – августовский кризис 1998 года, которого можно было избежать, если бы деньги дошли до России.
* * *
А теперь вспомним 1998 год – то время, когда МВФ еще без особых раздумий выделял России те кредиты, которые она у него запрашивала.
Россия в те дни переживала глубочайший финансовый кризис. Выход из него был только один – очередной кредит. И 20 июля 1998 года МВФ после долгих переговоров с тогдашним премьером Сергеем Кириенко наконец принял решение предоставить Москве так называемый «стабилизационный кредит». Деньги, 11,2 млрд. долларов, которые могли и должны были поставить Россию на ноги, МВФ разделил на три транша. Первый транш был определен в размере 4 миллиардов 782 миллионов долларов. В период с 22 по 28 июля транш находился в Федеральном резервном банке Нью-Йорка. 16 августа президент России Борис Ельцин издает распоряжение № 308-гр, в соответствии с которым Центробанку предписывалось использовать всю сумму этого транша для «укрепления валютного резерва». Иными словами, вся эта огромная сумма имела единую целевую направленность: потратить ее можно было только на меры, способствующие стабилизации стремительно падавшего курса рубля.
Но этого не произошло…
Хватились денег не сразу. И не в Москве, а в Вашингтоне, когда спустя почти год Конгресс США забеспокоился: на что тратятся деньги его налогоплательщиков. Разбираться стали по обе стороны океана. И вот что постепенно выяснилось.
Американцы свои обязательства выполнили четко: все почти 4,8 миллиарда долларов в назначенный срок поступили на счет Минфина в федеральном резерве Центробанка.
А дальше случилось странное.
Как показала проведенная следователями Генпрокуратуры проверка, из стабилизационного кредита в 4,8 миллиарда долларов 4,4 миллиарда Центробанк продал, минуя торги межбанковской валютной биржи, 3,9 миллиарда из них вообще даже не заходили в Россию, они так и остались за рубежом, и лишь 471 миллион долларов был брошен на поддержание курса рубля. Этого было, естественно, недостаточно. Рубль стремительно обвалился…
Еще раз напомню: по закону все – абсолютно все деньги этого стабилизационного кредита должны были пойти на укрепление рубля.
Что обнаружилось: тогдашний заместитель министра финансов России, единолично ведающий всеми валютными операциями Минфина России, а позднее – премьер-министр Михаил Касьянов распорядился перевести 3,9 миллиарда долларов с корреспондентских счетов Центробанка через «Bank of New York», как говорится, не отходя от кассы – прямо в США, на зарубежные корреспондентские счета указанных им российских банков. В числе этих счастливчиков были «СБС-Агро», «Менатеп», «Инкомбанк», «Объединенный банк», «Собинбанк», «ОНЭКСИМбанк» и другие. Всего таких банков, облагоденствованных ЦБ, оказалось восемнадцать!
Невольно вспомнился фрагмент интервью Филиппа Туровера, которое он дал в ноябре 2000 года «Новой газете». Отвечая на вопрос об исчезновении кредита МВФ, он сказал:
– Семья Ельцина. Ия не имею в виду только ближайших родственников Бориса Николаевича. «Семья» – это порядка ста человек из ближайшей орбиты экс-президента, его камарилья, начиная от Тани Дьяченко и заканчивая Березовским, Мамутом и Черномырдиным. Еще в 1993 году президентом Ельциным был подписан секретный указ о том, что все деньги от крупных экспортно-импортных операций должны были проводиться через счета и компании определенных лиц. Это, конечно уникальная наглость, но это факт.
…Большая часть этих огромных денег «куда-то» делась. Счет идет на многие миллиарды долларов. Надо понять, что «семья» – это сложнейшая система по хищению кредитных и других денег и она, эта система, действует и поныне.* * *
Взамен полученной валюты эти банки должны были перечислить в российский бюджет рубли на эквивалентную долларам сумму, тем самым стабилизировав отечественную валюту.
Так думали различные чиновники, включая доверчивых ребят из МВФ. Уверенность им придавал и бодрый рык мало что смыслящего в экономике Ельцина:
– Никакого дефолта не будет!
Совсем не так думали те, кто проворачивал эту аферу.
Уже позднее, приступив к поискам исчезнувшего многомиллиардного кредита, следователи Генеральной прокуратуры обнаружили следующее. Получив почти 4 миллиарда долларов, ряд уполномоченных банков вместо живых рублей вручили любимому государству ГКО, которые к тому времени уже превратились в никчемные, мало чего стоящие бумажки.
Полноценная же валюта была банками мгновенно раскидана при помощи все того же «Bank of New York» по многочисленным офшорным сетям. К слову, в одной из таких зарубежных структур, как мне стало известно много позднее, ранее работал Саммерс – министр финансов США и личный друг Чубайса. То есть Саммерс, один из тех людей, кто способствовал выделению нам этого кредита, как бы сам себя ссудил деньгами через посредство России… Более того, чтобы уж совсем не отвечать за свои махинации, некоторые из уполномоченных банков вдруг начали банкротиться. Помните: сначала рассыпался «Инкомбанк», затем «СБС Агро»… Перед этим они, естественно, постарались перевести свои активы в офшоры. Помог им в этом опять же «Bank of New York»…
