Он одел шорты и сделал шаг ко мне. Я вытянула руку, останавливая его.
- Не трогай меня.
Его плечи поникли.
- Пожалуйста не надо меня ненавидеть. Мне казалось, что на прошлой недели я чуть с ума не сошел. Фэлин, я не смогу снова через это пройти. Я, блядь, не вынесу этого еще раз, – его голос сорвался.
Я села на кровать, глядя вникуда.
- Знаешь, я тоже не смогу. Ну и что дальше?
Он сел рядом со мной.
- Что не сможешь?
- Это, – я посмотрела на него. – Я не смогу остаться с тобой. Даже не смей меня об этом просить.
- Да, ты права. Но мне поебать. Я не могу тебя потерять.
- Томас не хотел, чтобы ты признавался мне. Но почему ты это сделал?
- Я собирался тебе рассказать, прежде чем мы…
- Ты не предохранялся, да?
- Я не помню. – стыдливо признался он.
Мне стало противно, и я смахнула бежавшую по щеке слезу.
- Ты обещала остаться. – сказал он.
- А ты говорил, что не изменишь мне.
- Я идиот. Признаюсь, я сглупил. Но я поехал в Сан-Диего не для того, чтобы изменить тебе. Несмотря на то, что я повел себя как настоящий мудак, и пытался забыть тебя с первой попавшейся цыпочкой, я не переставал любить тебя.
- Мы оба сглупили.
-Ты пыталась поступить правильно. Сначала я этого не понимал, но ты была права. И мне пришлось бы принять решение - закончить наши отношения, если я захотел бы иметь детей.
Я встала и он заерзал.
- Что ты делаешь? – испуганно спросил он.
- Одеваюсь. Думаю, уместно будет сказать, что момент упущен.
Я ушла в ванную, все еще обернувшись в одеяло. Я умылась, почистила зубы, мысленно благодаря его, что он не позволил мне сделать ему минет. Ему нужно будет сделать анализы на венерические заболевания. И только я подумала, что тяжелое время уже позади, как наши отношения снова осложнились.
Я вытерла лицо, но тут побежали слезы. Я молча плакала в полотенце, прокручивая в голове все сказанное им с момента пьяных сообщений до моего прилета. Тогда он мне почти признался. Он совершил огромную ошибку, и теперь именно он потерял мое доверие. Я могла разбить его сердце, и мне даже не пришлось спать с кем-то другим.
Я вернулась в комнату, одев одну из его футболок как ночнушку, неся в руках одеяло. Он так и сидел на кровати, обхватив голову руками.
- Я останусь, – сказала я. – Нам с тобой предстоит многое исправить. Но не заставляй меня утешать тебя. Мы не будем больше об этом вспоминать.
Он кивнул и, привстав, лег на кровать. Он смотрел, как я откидываю покрывало, и, укрывшись, легла на свою половину кровати.
- Можно мне тебя обнять? – спросил он.
- Нет, – резко ответила я, поворачиваясь к нему спиной.
Я не могла уснуть. Я слышала каждый его вдох, каждый выдох, каждое движение. Включился кондиционер, когда я смотрела на стены и потолок. Мы много ночей провели вместе, и по его дыханию я знала, он тоже не спит, но мы лежали в тишине, не прикасаясь друг к другу и это была пытка для нас обоих.
Глава 21
Казалось, я только закрыла глаза, и вот уже на улице защебетали и зачирикали птички. Тейлор сделал глубокий вдох и выдох, давая понять, что все еще спит.
Я выползла из постели, надела купальник, накидку и шляпу и, захватив очки и телефон, тайком выбралась наружу.
- О. Привет, - произнес Трэвис. – Собираешься на пляж?
Я кивнула.
– А ты?
Он покачал головой.
– Иду к Томасу в номер. У них ранний рейс.
- А. Ладно. Увидимся позже.
- Ага.
Не успела я сделать еще один шаг, как меня остановил голос Трэвиса.
– Фэлин? Ты сделала Тэйлора очень счастливым. Он сам мне сказал, но дело не только в этом, все написано на его лице. Не позволяй какой-то глупости, которую он может выкинуть, всего испортить.
Мой желудок сжался.
– Уже все знают?
- Знают о чем? – Переспросил он.
Я поморщилась.
– Ни о чем. Мои поздравления, - я прошла мимо него, сдерживаясь, чтобы не сбежать по ступеням. На лестничной площадке я была одна и на пляж вышла первой. Ближний ряд шезлонгов оказался свободным, так что я устроилась на центральном и расслабилась.
Спустя 10 минут ко мне присоединилась еще одна пара. Постепенно небо сменилось с черного до темно-синего, потом до ярко голубого, и вскоре по всему небу виднелись разноцветные пятна, проливающие свет на океан и все, чего касалось солнце.
Я закрыла глаза и прислушалась к волнам и щебетанию птиц, стараясь заглушить собственные мысли. Втягивала в себя тяжелый соленый воздух в безуспешной попытке сконцентрироваться на красоте, окружающей меня, а не на ужасной картинке того, как в Калифорнии руки Тэйлора прикасаются к другой женщине – как его губы соединяются с ее, как он целует и касается ее так же, как и меня до этого, как должно быть она наслаждалась собой, потому что он очень, очень хорош в подобных вещах.
Мой телефон зажужжал, и, взглянув на дисплей, я провела по нему пальцем, когда увидела сообщение от Тэйлора.
Это ты на пляже?
Я повернулась, сразу же обнаружив его на нашем балконе.
Да.
Хорошо. Оставляю тебя в покое. Просто хотел убедиться, что ты в порядке.
Ты не обязан это делать.
Делать что?
Оставлять меня.
Не прошло и трех минут, как Тэйлор уже стоял на пляже около моего шезлонга в одних плавках и с очками на голове. Он сел, все еще тяжело дыша.
- Нам о многом нужно поговорить, - начала я.
Он кивнул.
– Понимаю, что одних извинений недостаточно. Что бы я ни сказал, это не сможет всего исправить, и я нахрен схожу с ума, пытаясь что-нибудь придумать – что угодно – чтобы все исправить.
Я смотрела перед собой, радуясь тому, что большая шляпа защищает меня от его пристального взгляда.
– Ты прав. Но также ты не единственный кто здесь виноват. Я это признаю.
Он опустил голову, уткнувшись своим лбом в руку.
– Я, пиздец, как рад, что ты ведешь себя так благоразумно, но должен признаться, Фэлин, - он посмотрел на меня – меня немного пугает, что ты так… спокойна.
- Я совершенно не чувствую себя спокойно. Я чувствую себя оскорбленной, злой и преданной. Наш самолет в 3 часа, до тех пор мы здесь с твоей семьей. И если я начну орать на тебя, это ничем не поможет.
Он наблюдал за мной некоторое время.
– И что? Ты просто бросишь меня, как только мы вернемся в Штаты?
- Я не знаю.
Он вздохнул.
– Мне так жаль, что я причинил тебе боль. Предал. И разозлил. Если ты дашь мне еще один шанс, такое больше никогда не повторится.
