– Мерзкое животное.
– От такой слышу, – презрительно парировал пес.
Матильда проигнорировала его слова и повернулась к Грету.
– Мой милый экс-канцлер, – она провела кончиками холеных пальцев по его щеке, легко коснулась губ. – Тебя мне будет не хватать. Некоторое время…
– Это ты предала нас? – спросил ее Грег.
– Ты удивительно догадлив. Без меня вас бы нашли нескоро. Вы хорошо скрывались. За эту небольшую услугу Диктатор даровал мне неприкосновенность и возвращение всех привилегий.
– Почему ты это сделала? – удивился Грег. – Ведь сама просила о помощи.
– Да, просила. И ты мне помог. Но ты оскорбил меня. Ты всегда относился ко мне как к продажной женщине.
– Прости, а это не так? – выгнул бровь Грег.
– Я люблю мужчин и использую их для достижения своих целей.
– Ах, вот как это называется, – усмехнулся Грег.
– Если бы ты только знал, как сладка бывает месть. Как же я тебя ненавижу.
– За что же ты меня ненавидишь, Матильда?
– Ты никогда не принадлежал мне.
– Не принадлежал, – кивнул Грег. – Только зачем губить других людей?
– Они просто оказались рядом с тобой, – пожала плечами баронесса. – Не повезло беднягам.
– Ведь среди них и твой родственник. Он так молод.
– Он – молодой идиот. Собрался жениться на простолюдинке, решил опозорить наш род. За что же мне жалеть его?
Дэн сделал знак Матильде, и она подошла к нему. Он небрежно поцеловал ее руку, не поднимаясь с кресла:
– Сегодня вы особенно хороши, баронесса.
– Благодарю, Диктатор, – хищно улыбнулась она в ответ.
Похоже, нашла себе очередного покровителя.
Секретарь закончил писать и передал документы Дэну.
– Отлично, – удовлетворенно констатировал он, пробежал бумаги взглядом и размашисто подписал их. – Кстати, Ваше Величество, ваше добровольное согласие на передачу магии не требуется. Вас вполне можно заставить сделать это. Например, пытками или шантажом. Мы это уже проверили. Эффект будет не тот, возможно вы даже умрете. Но я готов пойти на эту жертву. Тем более, что вы будете не первой, кто положил свою жизнь на алтарь отечества.
Дэн нетерпеливо подозвал офицера:
– Отведите этих неудачников на площадь. Их казнь послужит уроком для тех, кто еще пытается сопротивляться мне. А вы, Ваше Величество, сможете посмотреть, как будут умирать ваши товарищи. Медленно и мучительно. Обещаю, вас ждет незабываемое зрелище. И, возможно, это подвигнет вас передать магию артефакту добровольно.
Глава 44
Нас вывели на площадь. Посреди нее возвышался эшафот, затянутый черной тканью. Похоже, его часто использовали в последнее время. Две виселицы, плаха. И еще много чего ужасного громоздилось на темном помосте.
Я боялась смотреть на орудия пыток, что стояли на эшафоте. Трое палачей, облаченных в алые колпаки с прорезями для глаз, и обнаженные до пояса стояли, эффектно облокотившись на топоры и демонстрируя роскошные мускулы. Настоящее средневековье!
Мне стало страшно, ладони похолодели. Я держала Грега за руку. Хорошо, что это нам позволили. Или просто никому уже не было до этого дела?
На площади стояли одни военные. Очевидно, горожан от греха подальше сгонять сюда не стали. Тем более что они и так были запуганы репрессиями.
Дэн взошел по ступеням, крытым пестрым ковром, на высокий помост, где был установлен императорский трон из дворца. Корону со спинки трона убрали. Получилось просто помпезное золоченое кресло. Дэн уселся в него, закинул ногу на ногу и расплылся в довольной улыбке. Рядом с ним стояла Матильда и тоже улыбалась. Я люто ненавидела эту парочку. Редкие мерзавцы!
– У вас, господин Маграт, есть, что сказать мне? – любезно осведомился Дэн. – Можете попросить о помиловании – вам будет отказано. Можете попросить о быстрой казни – тут я подумаю. Все будет зависеть от вашей подружки и ее готовности помочь нам.
– Солдаты, я обращаюсь к вам с прощальным словом! – Грег повернулся к стоящим на плацу военным. – Я всегда служил на благо нашей родины. И вы все это знаете.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Легкий гул пронесся над площадью.
– Я запрещаю, – прорычал Дэн. – Замолчи немедленно!
– Пусть говорит! Пусть говорит! – пронеслось над рядами военных.
Дэн поморщился, но, очевидно, решил не злить вооруженных солдат в преддверии предстоящей казни. Все равно Грег не сможет ничего сделать, даже если очень захочет. Сторонников у диктатора достаточно.
– Я хочу воспользоваться своим правом, правом идущего на смерть, – заявил Грег. – Я вызываю Диктатора на бой. Когда-то вы оскорбили девушку. Уверен, что помните.
Я замерла.
– Поддержи меня, – шепнул Грег. – Скажи, что это правда.
Задавать вопросы в данной ситуации было бессмысленно. Грег знает, что делает.
– Это правда! – закричала я. – Вы оскорбили меня, Диктатор Роган!
– Я не мог вызвать вас на дуэль из-за своего положения, – продолжил Грег. – Вы были мне неравны. Зато теперь я требую ответа за оскорбление метты Элинор.
Над площадью повисла тишина.
– Ты безумец, – зло оскалился Дэн. – Я стал сильным магом, а ты так и не восстановил свои способности до конца. Разумеется, умереть от руки Диктатора почетнее, чем под топором палача. И я не готов оказать тебе эту милость.
– Право! Это его право! – раздались крики. – Поединок! Поединок!
– Ладно, будь по-твоему. Но я не убью тебя, даже не надейся на скорую смерть.
Буля ткнулся мне в руку холодным носом.
– Поцелуй его по-настоящему, – тихо проговорил он. – Ты же его любишь. Передай всю магию без остатка. Вспомни о сохранении энергии, вспомни и сделай. Это наш единственный шанс. Ты не можешь применить магию, но отдать можешь.
Я повернулась к Грегу. Он посмотрел мне в глаза, и я поняла, что он прощается со мной.
– Мне жаль, что все так сложилось, – проговорил он. – Я не смогу победить его. Но вера в Диктатора хоть немного, да пошатнется.
– Нет, ты победишь, – прошептала я. – Ты должен победить.
Я обвила его шею руками, закрыла глаза и поцеловала Грега от всего сердца. Сильно кружилась голова, я чувствовала, что силы покидают меня, но в груди сладко ныло. Если это последний поцелуй в моей жизни, он хоть ненадолго сделает меня счастливой.
– Хватит, – резко одернул Дэн. – Хватит. Смотреть противно. У вас, Ваше Величество, будет много мужчин, жадных до вашего тела, если вы не одумаетесь и не станете выполнять свой долг как положено. Вот тогда и расточайте ласки. И то, что вы отдали магию этому убогому, не поможет. Мне нет равных!
Я не слушала его и не прервала поцелуя. Наконец силы совсем оставили меня. Я едва держалась на ногах.
– Ты с ума сошла, Лисичка, – прошептал Грег.
– Зато теперь у тебя есть шанс, – я провела ладонью по щеке Грега.
– Ты должна знать, я очень люблю тебя. Всегда любил, даже когда был с Матильдой.
– Знаю, – улыбнулась в ответ. – И я очень люблю тебя. Будь сильным, ты сможешь победить, я верю!
– Принесите мне доспехи, – приказал Дэн. – Мы применим магию. Это мой выбор оружия. Кстати, пусть вдовствующая Императрица поднимется на мой помост. Отсюда будет лучше видно, как проиграет бой ее несостоявшийся любовник.
– Он должен был стать моим мужем, – прорычала я.
– Какая разница? – махнул рукой Дэн. – Так или иначе, скоро он умрет.
Принесли доспехи для диктатора. А Грегу они не полагались. Очень справедливо. Я открыла рот, чтобы возмутиться, но Буля ткнул меня в ногу.
– Лучше ничего не говори. Не зли его.
Дэн надел защитный панцирь. Не доспехи – произведение искусства. Золотое солнце вспыхнуло на его груди, а на спине загадочно улыбалась серебряная переменчивая луна. Шлем с гребнем и прочным решетчатым забралом. Защита для рук и ног.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С Грега сняли наручники.
На ладони Диктатора вспыхнул алый шар. Роган покрутил его и подбросил вверх. Шар с треском рассыпался на сотни сверкающих искр. Ден поднял руку, отсалютовал войскам.
