– А что, если этот человек знает о миссис Сискин?
– Вряд ли, но на всякий случай я оставил парочку своих людей тайком следить за ней. Повитуха и ее муж мертвы, Крофт тоже присоединился к ним, следовательно, не осталось никого, кто мог бы засвидетельствовать подлинную историю Рейчел. Но если даже она во всеуслышание заявит о своих правах, Дедал отмахнется от ее слов, как от бреда сумасшедшей. Но все это изменится сразу же, если мы устроим громкий скандал, обвинив одного из его ни в чем не повинных соседей в том, что он похитил ребенка Рейчел.
– Особенно если обвинитель – племянник Блэкдауна…
– Вот именно. Возможно, он уже подозревает нас, а возможно, и нет. В данный момент он не может знать, что мы вернулись в Дартмур, и это дает нам небольшое преимущество.
– А кто тот незнакомец, который ждет нас в коттедже?
Некоторое время Гай молчал, словно прислушиваясь к стуку копыт по каменистой дороге.
– Надеюсь, это тот паренек, который принес записку от Рейчел, перед тем как вы уехали из Бакли, – сказал он наконец. – Со времени моего отъезда я оставил кое-кого следить за ним.
Дрожь охватила Сару, хотя она не понимала, почему ей стало так страшно.
– Значит, вы считаете, что этот мальчик поможет нам узнать, где скрывается Рейчел?
– Да, – спокойно ответил Гай. – По крайней мере, я надеюсь на это.
Глава 16
Когда лошади остановились перед домом, туман уже стал похож на мягкую тяжелую вату; у входа горели два факела, и воздух вокруг них приобрел желтоватый оттенок.
– А вот и наше новое жилище. – Гай спрыгнул на землю и помог Саре выйти из кареты.
– Это вы называете коттеджем? – удивилась она.
– Если быть точным, это бывший дом священника, но сейчас приход обеднел, и мистер Хэндфаст смог арендовать все помещение по очень разумной цене. Кстати, у него есть хобби – он изучает лишайники.
– Лишайники? Настоящее падение после орхидей, вам не кажется?
– Раз у меня есть своя собственная орхидея, – Гай усмехнулся, – зачем же мне смотреть на остальные? – Подхватив Сару на руки, он ударом ноги распахнул дверь и перенес ее через порог.
Единственная лампа освещала комнату теплым светом; в очаге весело горел огонь, отгоняя ночной холод, наплывающий с Хэмпстеда. Стол уже был накрыт к ужину, на подносе стояло вино и бокалы.
Гай помог Саре снять плащ, затем стал зажигать свечи.
– Горячее скоро принесут, – пообещал он.
– Слава Богу, а то я умираю с голоду. – Сара сглотнула.
– Я тоже, – проговорил веселый мелодичный голос у них за спиной. – Вы позволите мне отужинать с вами?
Гай круто повернулся: в дверях со смущенным видом стоял незнакомый молодой человек; фигуру его скрывал поношенный плащ, бесформенная шляпа затеняла верхнюю часть лица.
– Кажется, вы хотели, чтобы я пришел к вам тотчас же…
Сара схватилась за спинку стула и стояла так, пока в глазах у нее не прояснилось; Гай, казалось, тоже не сразу пришел в себя.
– Прошу вас, – насколько мог любезно проговорил он. – Присоединяйтесь к нам! Должен сказать, из вас получился очень хорошенький мальчик, хотя невольно приходится пожалеть об утрате прекрасных золотых волос.
Наклонив голову, незнакомец снял шляпу – и теперь уже Рейчел подняла глаза, блестящие и синие, в ореоле стриженых золотых кудрей.
– Иначе мне не удалось бы скрыться, – весело сказала она. – Волосы меня не заботят, только мой малыш. Пожалуйста, не сердитесь!
Сара опустилась на стул перед очагом и долго сидела неподвижно, тогда как Рейчел, оставив шляпу на столе, бросилась в объятия Гая и вдруг разразилась слезами.
Гай прижал ее голову к своей груди и стал утешать, словно ребенка. Отсвет свечей блестел в волосах Рейчел, короткая стрижка подчеркивала совершенство ее лица, прекрасного, словно лицо ангела.
– Ну-ну, успокойтесь, – негромко произнес Гай. – Я не сержусь, просто был немного ошарашен. Теперь вы здесь, и мы его спасем.
Не отпуская рукава Гая, Рейчел повернулась к сестре:
– Я знала, Сара, что ты заставишь его приехать в Девон. Сама я не могла к нему пойти. Ты понимаешь?
– Да. – Сара кивнула. – Мы понимаем. Иди сядь у огня, ты, кажется, озябла.
Рейчел не заставила себя долго упрашивать и опустилась на стул. Гай направился к буфету. Вид у него был какой-то отчужденный: он словно о чем-то спрашивал и не находил ответа. Сара понимала только, что нечто главное поколебалось в нем, но все равно он старается держать себя в руках.
– Мы уже все знаем о твоем ребенке, Рейчел, – сказала она. – Мы говорили с миссис Сискин и миссис Лейн и с тех пор сложили из кусочков большую часть твоей истории – и о Найтс-Коттедже, и о Гоустолл-лейн, и о том, почему лорд Джонатан нашел тебя на кухне в «Трех бочонках». Поверь, я очень тебе сочувствую.
Рейчел вздохнула:
– Я думала, что смогу украсть его сама, но когда приехала сюда из Хэмпстеда, то совершенно не представляла себе, кто забрал моего ребенка. Я попыталась поговорить с мистером Крофтом, который тогда работал в Барристоу-Мэноре, но он заявил, что ничего не знает. Когда же я стала настаивать, он рассмеялся и сказал, что маленький сын Барри Норриса – его родной сын и он может это доказать, а если я буду настаивать на другом, меня поместят в Бедлам и никто меня больше не увидит.
Гай налил вина. И подал бокал Рейчел.
– Вы показали Крофту письмо миссис Сискин? Возможно, вы упоминали о нем?
– Нет! – Длинные ресницы Рейчел опустились. – Он очень напугал меня, и я сказала лишь, что до меня дошли кое-какие слухи.
– Но почему тогда вы не подождали, пока я не вернусь домой из Берчбрука? Неужели вы сомневались, что я помогу вам?
– Просто я не хотела, чтобы вы знали правду, думаю Сара это понимает.
Сара молчала. Да и что ей было отвечать? Любая женщина решила бы, что лучше при подобных обстоятельствах порвать сразу, хотя, наверное, это можно было бы сделать не так жестоко.
– Значит, не сумев ничего узнать у мистера Крофта, вы скрылись в Лондоне? – продолжал расспрашивать Гай.
– Да, но я не знала, куда мне обратиться, и я попыталась найти вас в вашем лондонском доме. Там мне сказали, что вы уехали в Уайлдши и неизвестно, когда вернетесь.
– Вы могли бы написать мне.
– После той записки, которую я оставила вам в Хэмпстеде? Вряд ли. Я очень сожалею об этом, поверьте мне, Прочтя письмо миссис Сискин, я пришла в полное отчаяние. Единственное, что мне пришло в голову, – это поехать в Девон как можно быстрее, чтобы отыскать мое дитя.
Гай немного помолчал.
– И все же я думаю, тогда вы написали правду, – наконец задумчиво произнес он.
Мгновенный румянец покрыл кожу Рейчел, однако она ничего не ответила.
