- Бедная Карлова, одна дочку воспитывает, - сказала воспитательница с таким вздохом, будто бы мама Марты совершала подвиг.
- Ну и что? Сейчас многие женщины одни, без мужиков, детей воспитывают, - возразила нянечка.
- Так-то оно так. Только вот у Карловой ситуация особенная. Я слышала, - понизила голос работница детского садика, - что у Карловой муж-то фактически на две семьи жил и потом к другой ушел, через год после свадьбы. У него в той семье тоже ребенок есть, Марты ровесник. Представляешь? Одновременно с двумя крутил! И Карлова об этом узнала только после рождения дочери. Когда вторая жена тоже родила ему ребенка.
- Ничего себе! А я думала, он с матерью Марты просто в разводе, - явно не обладала такой информацией нянечка, не подозревавшая, что сжавшаяся в комочек Марта сидит неподалеку и все слышит. - Жил с двумя женщинами?! И от обеих дети? Вот козел! Многоженец несчастный!
Марта, услышав, что папу обзывают, отложила игрушку.
- Во-во! Настоящий козел! А ты его видела, кстати? Он как-то Марту приходил из садика забирать.
- Нет, не видела. Ну и каков он? - заинтересовалась тут же вторая женщина.
- Красивый. Высокий, худой, правда, но вежливый и улыбка милая. Весь такой одухотворенный, грациозный, элегантный, - музыкант же. - Мечтательно вздохнула воспитательница. - Говорят, кстати, - хороший музыкант, всюду с оркестром ездит, по заграницам катается. И мать с отцом у него обеспеченные, из "новых русских". Да толку-то что от его красоты и таланта, коли мужик он - тьфу какой, - выразила в одном слове все свое брезгливое отношение к Константину Власовичу воспитательница.
- Бедный ребенок, - посочувствовала ее коллега Марте. - И как девочка с таким-то папашей жить будет? Позор какой... Оставил их с матерью ради другой семьи... Хотя он же вроде бы ей и подарки дочке дарит и вот из садика забирал... Любит, видать все же.
- Ага, любит! Совесть у него нечиста, вот и откупается от родной дочери подарочками. А уж зайти забрать из садика ребенка - это не отцовский подвиг. Всякий сможет. Любил бы Марту - не бросил бы ее мать. А так выбрал другую женщину и другого ребенка. Видимо, их-то он и любит.
- Ну, ты и новость мне сказала, - осуждающе поцокала языком нянечка. - Не понимаю я этих мужиков... Как можно семью и дите бросить и к другой уйти? Или как на две семьи жить можно, а? Это каким уродом моральным быть нужно? Аж зла не хватает!
- Не знаю, - сварливо отозвалась ее коллега. - Ой, у меня, Денис Аллу за волосы тягает! Побежала я их разнимать! Что за непослушный ребенок?! Ни минуты покоя!
И женщина спешно бросилась к детям, на ходу ругая мальчика. Нянечка тоже направилась по своим делам - скоро должен был быть обед. А Марта, глаза которой стали большими-большими, сидела, не шелохнувшись, и пыталась переварить информацию. Она не все поняла, но отлично осознала, что ее папа совершил что-то плохое и воспитательница с нянечкой его очень осуждают.
"Любил бы Марту - не бросил бы ее мать", - громким голосом сказала воспитательница в ее голове, и Марте захотелось зарыдать, но она боялась, как бы взрослые не узнали, что она подслушала их разговор. Почему-то ей стало страшно и стыдно. Из разговора старших она ясно поняла, что папа ее не почему-то не любит, а только прикидывается. Вот так, в одно мгновение своим детским мозгом Марта осознала, что папа любит только Юлю. И ее маму. И больше никого. А еще она почувствовала себя обиженной и ущербной.
Когда Константин Власович приехал к дочери на следующие выходные, она наотрез отказалась общаться с ним и, испугавшись, спряталась под столом. С Юлей разговаривать девочка тоже не хотела. Более того, когда сестра попыталась подойти к Марте, та укусила ее за руку и забилась под стол еще дальше. С тех пор отношения Марты с отцом и сводной сестрой стали хуже некуда. Обиженная девочка, ревнующая Юлю к папе, буквально возненавидела ее, а когда отец пытался заговорить с ней, начинала рыдать или же убегала к маме. Ничего не понимающий Константин честно пытался найти с дочерью общий язык, потерпел сокрушительное фиаско и стал появляться в ее жизни крайне редко, не забывая все же поддерживать брошенную семью материально. В этом плане ему было довольно легко - его родители, приходящиеся Марте бабушкой и дедушкой, были людьми обеспеченными, правда, к настоящему времени оба они уже покинули этот свет, оставив состояние сыну. Кстати, при жизни они с Мартой и ее мамой почти не общались, как, естественно, и новая супруга Константина Власовича - красивая женщина с гордым именем София, которая очень бы хотела, чтобы ее муж и вовсе забыл о существовании первой жены и дочери. Юля же в этом плане очень отличалась от своей матери - почему-то к Марте она продолжала относиться по-прежнему тепло. Юля искренне беспокоилась о сводной сестре, не обижалась на грубости Марты и попытки оттолкнуть ее от себя. Это происходило и по сей день. Хотя девушки и не общались, Юля был уверена, что должна присматривать за своей сводной длинноволосой сестренкой, хотя та была почти на два месяца старше ее. Именно поэтому Крестова беспокоилась о том, с кем же сейчас встречается Марта, ведь этот Саша был совершенно неподходящим приятелем для ее сестры.
Кстати говоря, и Марта, и Юля пошли в своего общего отца - обе они были от рождения наделены музыкальными талантами, и Константин Власович был крайне рад, узнав, что Марта тоже учится музыке, правда не игре на пианино, как Юля, а скрипичной игре. Только вот Юля была более одаренной, и музыка давалась ей легко, а ее сестра оказалась более усердной и упорной, и именно за счет этих качеств она добилась определенных высот. Марта это отлично осознавала и еще больше злилась: видимо, отец, действительно, куда сильнее любил Юлию, нежели ее, раз сестрица родилась куда более талантливой. А еще Карлова точно знала: хоть Юля и способна стать известным виртуозным музыкантом с мировым именем, ей это не нужно - эту девушку интересует кое-что совершенно другое. Из-за этого Марта еще больше злилась, ведь ее мечтой как раз было то, к чему Юля так наплевательски относилась. Марта желала стать профи в мире классической музыке, а Юля интересовалась совершенно другой музыкой и хотела играть не в залах консерваторий, а на рок-концертах. Нет, Марта тоже обожала тяжелую музыку - тех же "Красных Лордов", к примеру, но считала, что с таким талантом, как у Юли, на такое размениваться не стоит. Она не имеет на это никакого права! Она должен постоянно работать над собой и своей техникой, а не ездить по всяческим фестам и концертам, разбазаривая свой чудесный и редкий дар.
Кстати говоря, Юля после школы не хотела поступать в консерваторию - не то, что в Московскую, даже в их, имени С.С. Прокофьева, а возжелала пойти учиться на звукорежиссера. Ошарашенные мать и отец стали уговаривать дочь не совершать такой, как они считали, ошибки, в доме Крестовых бушевала настоящая война, и, казалось, целеустремленную Юлю ничего не могло остановить - доходило до того, что она уже собиралась собрать вещи и покинуть отчий дом. Но потом в их семье случилось несчастье - скончалась бабушка Юли, мать Константина Власовича, которая безмерно обожала эту внучку, и Юля вдруг переменила свое решение. Она все-таки согласилась выучиться на профессионального музыканта, что, собственно, сейчас и делала, не прикладывая к этому каких-то особенных усилий, но все равно став одной из самых талантливых и известных пианисток их консерватории, вечно побеждающей на разных конкурсах. Про нее часто говорили, многие восхищались ею, а некоторые, напротив, очень завидовали. Возможно, именно они распускали про Юлю всяческие слухи: то она уличалась в подозрительных связях с преподавателями, например, с тем же Иваном Савельичем (кто-то видел, как она садилась к нему в машину!), то становилась незаконнорожденной дочерью одного из богатейших людей города, который якобы оплачивал все ее победы, то ее вообще нарекали представительницей сексуальных меньшинств - из-за независимого внешнего вида и некоторой похожести на парня.
