Глава 19
Я использовал знак в тот же момент, когда увидел сидящего в кресле мужчину, и успел за мгновение до того, как он начал поднимать ствол. Ударная волна опрокинула его вместе с креслом, сбивая посуду со стола и картины со стен. И большое зеркало, в котором на секунду отразился второй нападавший, замерший за дверью.
Я повалился на пол, пропуская над головой монтировку, и понял, что создать символ не успеваю. Откатился в сторону, и на то место, где я только что лежал, тут же с грохотом обрушилась железная загнутая палка. И сила удара была такой, что пробило доски, и выдерга застряла. Мужик несколько раз безрезультатно дёрнул её, с матами, на смеси русского и какого-то кавказского языка.
Давать ему время, чтобы вытащить оружие, я не собирался. Подхватил один из обломков зеркала и с размаха всадил ему в ногу. Тот заорал ещё сильнее, перейдя на звериное рычание, отмахнулся, пытаясь достать меня лапищей, но я лишь отскочил, быстро обшаривая взглядом пространство.
Вот надо было мне пистолет в банк положить⁈
Подхватил первое, что попалось под руку, стул, и со всей силы, используя не только руки, но и массу всего тела, опустил деревянную спинку на голову здоровяка. Тот в последнее мгновение успел прикрыться руками, послышался отвратительный хруст, но это конструкция, собранная на шкантах, развалилась прямо в руках. Зато теперь у меня было две удобных коротких дубины, которые я немедля пустил в дело.
Под колено, по суставам, по голове. Сыпал ударами словно из пулемёта, не давая противнику опомниться и ответить. Урод оказался слишком здоровым, не зря использовал монтировку в качестве оружия, да и череп у него словно у кабана был толстым. Но я умудрился уронить его на одно колено, добавив удар по ране, а потом шагнул за спину и обрушил импровизированную булаву на затылок.
Как раз вовремя, потому что первый умудрился выбраться из-под рухнувшей на него мебели и сейчас шарил в поисках пистолета. И, как назло, уже вот-вот должен был до него дотянуться. Пришлось действовать не думая, метнув в него ножку от стула. Я попал точно в голову, но веса не хватило, чтобы вырубить урода, лишь на мгновение отвлёк его. Метнул вторую булаву и, пользуясь выигранными секундами, прыгнул на монтировку.
Та с треском проломила доски и оказалась у меня в руках, как раз вовремя, чтобы успеть без замаха ударить врага по руке с уже зажатым пистолетом, отбрасывая ствол на пол. Из-за веса меня повело в сторону, но я не первый раз дрался неудобным оружием. Вместо того чтобы пытаться остановиться — ускорился, делая полый поворот, и, опустившись на одно колено, обрушил монтировку на ноги противника.
Ребристая железная палка с противным чавкающим звуком вошла ему в коленную чашечку, и тот рухнул, словно срубленное топором деревце.
— А-а, майрет кхюнем! — проорал он, с ненавистью глядя на меня.
— Ни слова не понял, но, кажется, это не извинение, — тяжело дыша, усмехнулся я. Надо наращивать мышечную массу! — Ещё что-то хочешь сказать? Может попросить пощады? Чтобы ответить на вопросы, в живых мне нужен только один из вас.
— Та, кто ты такой⁈ — с сильным акцентом проорал мужчина, явный бандит, пытаясь активно жестикулировать даже лёжа на боку. Теперь я, наконец, сумел как следует рассмотреть гостей. Оба кавказской внешности, я не очень разбираюсь в этих народностях, хотя, скорее всего, придётся. Одному лет сорок, второму, здоровяку, под тридцать. А вот колечки я такие уже встречал. И даже сдавал.
— Это ты кто такой, и что делаешь в моей квартире? — спросил я, поднявшись и взяв монтировку поудобнее. — Отвечать будешь или?
— Пошёл на…! — плюнув выкрикнул бандит.
— О! Вот это я понял, — улыбнувшись, я закрыл дверь, а потом с размаху опустил монтировку на ноги валяющегося в отключке преступника. Болевой шок заставил его заорать, открывая глаза. — С добрым утром, красавица! Проснись, поёшь ты уже неплохо.
Увидев, что он снова начинает отключаться, я отвесил уроду пару звонких пощёчин. Потом спокойно подобрал пистолет, сходил на кухню и налил стакан холодной воды, плеснув ему в лицо.
— Эй-эй, не смей умирать раньше времени. Смотри на меня. Кто вас послал, самоубийцы? — добившись, чтобы тот пришёл в себя, спросил я, но вместо этого услышал лишь отборный мат. — Ну, мужики, тут одно из двух, либо вы будете умирать долго и мучительно, либо быстро и почти безболезненно. Всё зависит от ваших ответов.
— Кто ты, что за демон? — хрипя спросил здоровяк, второй на него прикрикнул, прерывая, и между ними разгорелась короткая, но яростная перепалка, притом что я ни слова не понимал.
— Говорите так, чтобы я понимал! — рявкнул я, вновь получив порцию ругательств на двух языках, от того, кто ждал в кресле. — Мнда, с тобой мы каши не сварим. Жаль.
Подойдя ближе, я размахнулся и со всей силы опустил монтировку на плечо неудавшегося киллера, ломая несколько костей разом. Этого было достаточно, чтобы поток мата сменился отчаянным воплем и всхлипами.
— Ну как? В голове ничего не всплыло? Может, вам сказали передать мне какое-то сообщение? Нет? — глядя в полные ярости и отчаянья глаза, спросил я. — Странные вы люди, вроде шли убить меня, а теперь удивляетесь, что я отвечаю вам тем же. Итак, кто вас послал и зачем? У вас в организме есть минимум две сотни костей, которые я успею сломать, пока вы ещё живы. Нет? Ладно, следующий…
— Стой! Стой, я всё скажу! — взвыл здоровяк, когда я демонстративно примерился к его тазовой кости. — Мы должны были просто привести тебя! Просто задать пару вопросов, не убивать!
— О, я тебе, конечно, верю. Разве может быть иначе? — хмыкнул я, вертя в руках монтировку. — Интересно, как здесь с судмедэкспертизой? Они смогут отличить удары монтировки от лома, или сбития машиной? Впрочем, проверим. Кто вас послал?
— Кусака! У него Абрам! Если ты не придёшь, он его убьёт! — прикрывая голову руками, заорал здоровяк.
— Кто? — от удивления я даже отодвинулся, чем вызвал уже не просто испуг, а настоящий ужас в глазах бандитов. — Похоже, вы вошли не в ту дверь. Знать не знаю никаких Абрамов.
— Абрам, ну Байовски! У него ломбард на Навагинской! — запричитал здоровяк, видя, что я снова поднимаю монтировку.
