В теле принца вновь забурлила кровь, отгоняя сонливость. Женщина.
Я отвернулся к окну.
Ни за что не променял бы внимание зрелой и опытной Шесты на интрижку с одной из таких вот… девчонок. Хотя бы потому, что с этими малолетками мне было бы скучно. Ну, а сейчас я все же предпочел бы поехать домой и поспать.
* * *
— Следуйте за мной, — велела высокая рыжеволосая женщина. Ее слова прозвучали надменно. На меня она старалась не смотреть. Да и говорила, словно с воображаемым гостем, стоящим за моей спиной.
На мое лицо женщина взглянула лишь однажды, когда меня доставили сюда. Я понял, что ей пришлось приложить немалые усилия, чтобы не поморщиться. Так брезгливо смотрела бы мать на дешевую проститутку, явившуюся по вызову к ее ненаглядному сыну. И прогнать не может, боясь перечить избалованному ребенку, но и не в силах одобрить его поступок. Ощущать себя «мужчиной по вызову» мне еще не доводилось.
«А мне и подавно», — сказал Ордош.
Я пытался не замечать любопытные взгляды стражи и снующей туда-сюда прислуги.
Шагая за рыжеволосой женщиной по мраморной лестнице, поднялся на второй этаж. Вертел головой, осматриваясь. То, что видел, мало походило на жилые помещения: широкие коридоры, больше похожие на замковые ворота двери, огромные полотна картин на стенах, множество издали напоминавших свечи светильников, высокие потолки и, конечно же, громадные люстры.
«Здесь неплохо. Я впервые во дворце. Тут не так роскошно и уютно, как в башне Северика, но гораздо просторнее. Есть куда пригласить друзей. Хватит места и для знакомых».
«Я во дворцах уже бывал, — сказал колдун. — Пару раз. Только там обычно повсюду валялись трупы, воняло экскрементами, а пол и стены были испачканы кровью».
«Теперь это дом нашей семьи, — сказал я. — Где-то здесь проживает наша женушка. Где спит теща, нам сейчас покажут. Надеюсь, ты не станешь по привычке мусорить и здесь?»
«У тебя возникла мысль воссоединиться с новой семьей?»
«Нет. Это я так шучу. Чтобы чуть отвлечься. Быть в образе жиголо непривычно. Видел, кстати, когда подъезжали сюда, нашу башню. Насколько помню, в твоих учебниках она тоже называется Мужской. Интересно, если нас поселят в ней, кто будет чаще подниматься к нам — жена или теща?»
«Однажды они придут обе, чтобы хорошенько поколотить тебя. И я не стану им мешать».
В одном из коридоров мне повстречалась леди Сорока. Нахмурившись, она отчитывала вытянувшихся по струнке гвардейцев из дворцовой стражи. После бессонной ночи она выглядела бледной, уставшей. Одарила меня любопытным взглядом — не подала виду, что узнала.
Рыжеволосая свернула в очередной коридор, пройдя мимо поста стражи. Это уже третий пост, который мы миновали, шагая на свидание с герцогиней. Все охранявшие дворец женщины — высокие, мускулистые, вооруженные шпагами и пулеметами.
Этот пост, похоже, последний. Судя по изменившейся обстановке, мы вошли в жилое крыло.
«Странная женщина», — сказал Ордош.
«Которая?»
«Та, которая стояла справа».
«Ты о стражнице? Что в ней необычного?» — спросил я, подавив желание обернуться.
«Она на нас даже не взглянула».
«Что с того?»
«Все тебя разглядывали, — сказал колдун. — Ее напарница подарила нам улыбку. Даже Сорока не сдержалась, оценила твой внешний вид. А эта не повела и глазом в твою сторону. Странная».
«Значит не до нас ей сейчас. О чем-то другом думает. Влюбилась. Или Сорока ее отчитала. Возможно, в семье проблемы. Всякое бывает. Почему она тебя так заинтересовала?»
«Пока не понимаю. Но потом обязательно разберусь в этом. Не нравится она мне», — сказал Ордош.
Рыжеволосая остановилась около большой двухстворчатой двери, постучала.
Я взглянул в обе стороны длинного коридора. Множество маленьких горящих ламп на стенах, одинаковые двери. Дальше коридор резко сворачивал, пряча свое пока не исследованное мной продолжение. А там, откуда я пришел, у его начала маячили плечи гвардейцев.
Не дождавшись ответа, моя сопровождающая приоткрыла одну створку, заглянула в комнату. Ее шея вытянулась, согнулась почти под прямым углом к туловищу. Несколько секунд женщина что-то высматривала, потом решительно распахнула дверь.
— Заходи.
Я послушно вошел в комнату, замер у порога.
Хорошо пахнет! Похоже на запах лаванды.
— Жди здесь, — велела мне рыжеволосая. — Ничего не трогай!
Не удосужившись что-либо объяснить, женщина прикрыла створки двери, оставив меня в одиночестве.
«А тут неплохо», — сказал я.
Осмотрелся. Интерьер комнаты выдержан в красных тонах: и мебель, и стены, и пол с потолком. Малиновый балдахин над покрытой розовым покрывалом кроватью, гранатового цвета подушки, рубиновое изголовье и того же цвета прикроватная банкетка в изножье. Вся мебель из красной древесины. Вишневый ковер с коротким ворсом на полу. Плотные темно-бордовые шторы скрывают окна, спускаясь на пол равномерными волнами.
И много румяных огоньков повсюду — крохотных, почти не излучающих свет, сохраняющих в комнате интимный полумрак.
«Это спальня герцогини?» — спросил колдун.
«Вряд ли. Скорее всего, комната для свиданий. Сюда приводят тех, кому посчастливилось привлечь внимание Волчицы. У меня в башне тоже была такая. Чуть поменьше размером, но гораздо лучше оборудованная для любовных игр. Хотя, допускаю, что у Шесты она не одна. В этом крыле таких любовных гнездышек поместится еще с десяток».
«Взглянул я на оборудование твоей комнаты. В замке моего учителя помещение с похожими приспособлениями, называлось пыточной. Подобные игрушки обычно используют палачи в своей работе».
«Много ты понимаешь! Для каждой игры должен быть соответствующий антураж. Не каждую субботу мне хотелось нежности и романтики. Все рано или поздно надоедает. За сотню лет чего я только не перепробовал. Поначалу женщины пытались меня удивлять. А после уже мне приходилось напрягать фантазию. Судя по всем этим мелким фонарикам, нас ждет сегодня „жаркая звездная ночь“. Тебе понравится. Это из игр романтической направленности».
«Надеюсь, — произнес Ордош. — Вот только красный цвет пробуждает в моей памяти совсем не романтичные воспоминания».
«Сочувствую. Не сердись на Шесту. Откуда ей было знать, что красный у тебя ассоциируется с кровью?»
Я подошел к кровати, потрогал ее рукой, проверяя жесткость. Неплохо. Будет удобно. Уселся, смяв покрывало. Стоять мне сегодня надоело. Да и сидеть особого желания я не испытывал. Усмехнулся, заметив рядом с кроватью похожие на две землянички тапочки. Зевнул.
«Вот, что, колдун, — сказал я. — Я озвучу тебе два варианта того, что может произойти в этой комнате. Первый, и самый вероятный, — я сейчас лягу и усну. Плевать я хотел на всю эту романтику в красных тонах. Устал. Глаза закрываются. Лишит тебя великая герцогиня невинности, как одну из тех женщин при отработке налога. Так и случится — тело принца отреагирует на женские ласки должным образом. А я
