— Вот и пусть эти глупцы живут с избалованными детками владельцев заводов и звездолётов, а мне нравишься ты. И пусть кто-нибудь попробует мне что-нибудь предъявить на моей планете — на удобрения пущу.
— На твоей планете?! — застыла она, испуганным сусликом втянув шею.
— Ах да, я же не сказал. С сегодняшнего дня я исполняющий обязанности графа Лира. Канцелярия Великого сполота немного запаздывает с подтверждением назначения, но столь большой бюрократической машине это простительно. Мы находимся на территории резиденции правителя системы. Хотя понимаю, по её скромности этого не скажешь.
— Вселенная… — простонала Эсмеральдина, с грохотом уронив голову на столешницу. — С кем я связалась? За что?!
— Эй, выше нос, подруга! Когда нас похитили пираты, ты так не паниковала. Подумаешь, станешь первой леди системы.
— Кошмар! Да я лучше реактор только отвёрткой и плоскогубцами буду чинить, чем это… Как ты представляешь меня на публике?
— Ох, как я тебя представляю, — причмокнув, Игорь закатил глаза. — И так представляю, и эдак…
— А если без пошлости? — оторвала она голову от столешницы.
— Я в церемониальном наряде, ты в роскошном платье. Восхитительный контраст розовой и рыжей шерсти; высокого атлета и миниатюрной скромной лоли.
— Это Я скромная?! — в её глазах читалось искреннее изумление. На всякий случай она даже осмотрелась по сторонам в поисках озвученной лоли, но никого не обнаружила.
— Конечно. Ты себя со стороны видела? Когда ты смотришь в землю, то такая скромница.
— В таком случае это применимо ко всем моим землякам.
— Твои земляки остались на далёкой колонии, а ты тут. Это там обыденность, а здесь это зашкаливающая милота.
* * *
Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Вот и отдых Игоря не продлился долго. Уже на третий день пребывания на планете пришло подтверждение из канцелярии Великого сполота о назначении Игорра Клещика ИО (исполняющим обязанности) графа системы Лир.
Следующий день обернулся адом. В системе почти два десятилетия не было управляющего. И хотя всем в ней управляют искины, но они имеют строгие ограничивающие рамки, отчего не могут принимать некоторых решений. В случае проблем, которые вне их компетенции, ИИ отсылает проработанное рациональное решение в нескольких вариантах исполнения. Эти предложения, считай проблемы, копились годами.
С обычным течением жизни граф может уделять разгребанию навалившихся вопросов один день в декаду, и то будет работать два-три часа максимум. Тут же проблемы накладывались одна на другую, рождая новые, и никто ими не занимался, поскольку не положено простолюдинам совать нос в графские дела. Если работать по восемь часов в день без учёта перерывов, то на решение всех задач уйдёт девять месяцев, а с учётом выходных и новых проблем понадобится целый год. В итоге лёгкая работа, если выполнять её сразу, превратилась в геенну огненную. Черти в наличии, хоть они и выглядят как обычные сполоты и зовутся не демонами, а кабинетом министров и секретариатом графства, но муки могут доставить куда более изысканные. Заваливают потоками информации о неприятностях так, что непрерывное обучение с суровыми репетиторами кажется раем.
И ведь не проставить просто так резолюцию — следует вникнуть в отчёт, выбрать наилучший вариант, и лишь после этого одобрить, отклонить или отложить на будущее. Последнее чаще, поскольку предложения писались с учётом бюджетов прошлого, а нынешняя казна графства не резиновая — на все проекты не хватит.
Лишь одна радость оставалась у него. Дома его ждала молодая невеста.
Две недели он почти жил на работе, прилетая домой лишь поспать, чтобы снова отправиться в правительственный офис в центре столицы. Через пару недель ему такой график осточертел, после чего он принял волевое решение работать как все по восемь часов в день восемь дней в декаду.
На пятнадцатый день после возвращения в резиденцию у него впервые остались силы.
— Ирр, на тебе лица нет, — встретила его на пороге Эсмеральдина. На ней был надет сиреневый халат, только запахивался он со спины и оставлял свободу хвосту.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А ты думала, что «графья» спиртное целыми днями хлещут и девок по углам зажимают?
— Именно так я и думаю. Ты исключение из правил. Прошу, не загоняй себя так сильно.
— Постараюсь. Закажешь у повара ужин? А то я на работе есть не стал — домой спешил, — обнял он податливую фигуру спутницы и потёрся щекой об её щеку. Обычное интимное действие у сполотов вроде человеческого поцелуя.
— Уже всё готово. Ты же утром предупредил, цитирую: «свалю с работы пораньше, как все нормальные сполоты». Я незадолго до твоего прилёта распорядилась накрыть в саду, как ты любишь.
— Так чего стоим? Кого ждём? Скорее идём в сад!
В беседке, полюбившейся землянину, рядом с которой произрастает один из его стволов, стол уже был накрыт, дожидаясь хозяев.
— О, рыбка! — парень обрадованно втянул носом воздух. — Свежая, жареная.
— Как ты любишь. Утром она ещё была живая. Я лично слетала на рынок для богачей и выбрала лучшую рыбину.
— Скажи ещё, что ты не любишь рыбку, — хмыкнул он.
— Люблю, но я об этом недавно узнала. На зарплату техника свежей рыбки не купить, а из синтезатора вкус совсем не тот.
За столом стало не до разговоров. Проголодавшийся на ниве умственного труда землянин набросился на еду голодным коршуном. Лишь когда он утолил аппетит, стало возможным вернуться к беседе, которую продолжила Эсмеральдина:
— Разве нельзя переложить твои обязанности на кого-то другого?
— Можно. Очередь на должность ИО графа с километр выстроится, стоит лишь свистнуть. Но меня этот вариант не устраивает. Лир мне нужен как воздух хотя бы на ближайшие сто лет. Скорее, на больший срок.
— И что же произойдет через сто лет?
— Изначально в планах было уложиться в этот промежуток с изучением загруженных мне в нейросеть баз знаний. После этого я смогу уйти в науку. Но этот срок рассчитывался с учётом того, что я каждую ночь буду проводить в медкапсуле под разгоном. А тут днём упахиваешься, ночью молодая и симпатичная невеста под боком. Какая медкапсула? Тут просто поспать бы.
— Ну, знаешь, — игриво надула губы Эсмеральдина, — если тебе хочется просто спать, то могу устроить.
— Эй, давай без крайних мер! — принял её игру Игорь, приподняв руки, словно сдаётся в плен. И шутливо продолжил: — Деревом стану — тогда высплюсь.
— Ирр, не шути с такими вещами, — растеряла весёлое настроение собеседница.
В культуре сполотов в эту фразу вкладывается совершенно иной смысл. Стать деревом означает умереть, отправиться на тот свет. Но Игорь имел в виду именно то, о чём говорил, отчего ему было весело.
— Говори разумным правду — всё равно они тебе не поверят, — улыбнулся он.
Заверещавшее оповещение системы безопасности и вспыхнувший над головами энергетический защитный купол стали для парочки неожиданными.
Эсмеральдина вскочила на ноги и принялась озираться.
— Проклятая планета! Где тут грёбанные аварийные ниши?!
Но Игорь её не слушал. В иной момент он бы повеселился над её растерянностью и возмущением по поводу отсутствия на планете аварийных ниш. Но сейчас было не до шуток.
Пробудившаяся недавно нейросеть в случае опасности для носителя отключала все фоновые процессы, к примеру, такие, как запись в мозг базы знаний. Вместе с этим она старалась сделать всё возможное для выживания носителя, ведь от этого зависит её существование.
Особыми талантами симбионт похвастаться не мог. Но теми, что имеются, воспользовался на полную катушку. Время для Игоря будто замедлилось. Ускорилось мышление. Он успевал продумать десятки вариантов, прежде чем успевал сдвинуться на миллиметр, при том, что и скорость реакции улучшилась.
Первым делом он подключился к домашнему искину, который в том числе занимается защитой резиденции. От него он получил пакет данных, который за мгновения был усвоен с помощью нейросети.
