Полученная информация не могла обрадовать. С орбиты на резиденцию падает торговый линкор. Махина длиною десять километров и весом в сотни тысяч тонн. И хотя его сразу же принялись расстреливать военные, чтобы избежать катастрофы, как минимум один крупный осколок должен был рухнуть на поместье.
Огромная металлическая болванка, упавшая с орбиты, вызовет последствия, сравнимые с взрывом мощной термоядерной бомбы. И хотя щит поместья мощный, но он предназначен в основном для отражения энергетических атак. Он выдержит лишь первый натиск, после чего появится брешь. Её хватит, чтобы превратить территорию резиденции в огненный ад и спалить тут всё живое.
В том, что это покушение, у землянина не имелось ни малейших сомнений. Почти таким же способом убили доноров генетического материала для этого тела. Способ известный, а для борьбы с ним ничего не предпринято. Этак любой идиот, решивший изобразить из себя камикадзе, может планету в щебень разнести. С этим нужно что-то делать… Если получится выжить. А жить хотелось как никогда. Только знания начали усваиваться и появилась молодая невеста, плюс главенствующее положение в обществе вышло занять. Разом терять всё это болезненно неприятно. Наибольшую горечь рождает мысль о возможной гибели Эсмеральдины.
Он начал обдумывать варианты спасения. До столкновения обломка линкора с энергетическим щитом оставались считанные секунды. Чтобы не тратить лишние мгновения, парень прикрыл глаза и замер статуей — так думалось лучше.
Технические средства спасения сразу отпадали. До флаера они не успеют добежать, даже если сильно этого захотят. Бункер под резиденцией тоже отпадал, поскольку они до него не успеют добраться. Их могло спасти лишь чудо.
В этот момент Игорь распахнул глаза и сорвался с места со скоростью гоночного болида. Он наплевал на то, что от такой невероятной нагрузки рвутся связки и сухожилия, разрываются мышцы и ломаются кости. Он спешил к ближайшему дереву, которое по совместительству является его стволом на территории сада.
Болевые ощущения отключила нейросеть, чтобы не мешать хозяину выжить. Она же снабдила его ударной дозой адреналина и Пси-энергией из своих запасов.
На бегу землянин пытался придумать, какое «чудо» поможет им.
Идеальным вариантом является эльфийская телепортация. Он много раз наблюдал за тем, как домовики с хлопком появляются то тут, то там. Естественно, он не мог спокойно пройти мимо столь удивительной магии, поэтому долго расспрашивал Динки на тему их способностей. Как они ими пользуются, как этому учатся. Но знать в теории о том, как другой вид использует магию, и самому её применять — две большие разницы. Ему понадобится много времени, чтобы научиться подобному по тем куцым и косноязычным пояснениям и адаптировать навыки под себя, и это при условии, что ему будет доступна магия. Рядом со своими деревьями он мог попробовать научиться чему-то похожему на голой воле и с вложением огромного количества маны. Но с первого раза, конечно же, ничего не выйдет. Так что этот вариант отпадает.
Логично использовать то, что уже хорошо получается. У него это ментальная магия, трансфигурация и чары начального уровня. Первое отпадает, поскольку невозможно остановить стихийное или техногенное бедствие с помощью внушения. Последнее отправляется в топку по банальной причине — чары начальных курсов Хогвартса ничем не помогут в спасении. Остаётся трансфигурация, в которой он неплохо продвинулся.
Итак, с выбором магического направления он определился. Осталось найти ответ на главный вопрос дня: что и во что нужно трансфигурировать, чтобы невероятный мощности взрыв не повредил им с Эсмеральдиной?
Он достиг дерева, если можно так назвать то, что встреча произошла на большой скорости. Затормозить Игорь не успевал, поэтому врезался в ствол, доломав те кости, которые не успели треснуть от безумного бега. О повреждении внутренних органов при такой встрече лучше не думать. Если свернуть мысли в это русло, то о любом использовании магии можно забыть, поскольку он свалиться от жуткой боли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Обхватив ствол руками и зафиксировав их, чтобы контакт со стволом был максимальным, он скользнул в окклюментный транс и почувствовал энергию дерева. По тонкому каналу он скользнул разумом в свою настоящую обитель. Стоило лишь начать, как канал расширился и стал стабильным. В его сполотское тело потекла река маны в смеси с праной, отчего резко ускорилась регенерация. Раны на глазах начали исцеляться. Но травмы последнее, что в настоящий момент интересовало парня. Он готовился к касту заклинания с использованием огромного количества маны, которую принялся в себя втягивать по каналу из корневой системы, окутывающий материк.
Мана ни на что не похожа. Её свойства до сих пор загадка как для земных магов, так и для Игоря. Она повсюду, но при этом волшебник может распоряжаться лишь тем, что способен в себя вобрать. Мана в окружающем пространстве словно кислород: его вроде бы много и он повсюду, но получить можно лишь тот объём, который помещается в лёгких при вдохе. Аккумулировать её выходит лишь в теле волшебника и волшебных существах, артефактах или как в случае Игоря, в корневой системе и стволах своего основного древесного тела. Этой маной он мог распоряжаться, но не всей, а лишь той, что поступала через связной канал. Но её столько много, что ни один Великий волшебник в жизни не выдаст.
Вроде все условия выполнены. Мана в наличии, волшебник имеется, а вот что трансфигурировать он так и не придумал. До столкновения оставались считанные мгновения.
Попочуйка подсказала, что дальше медлить нельзя. Мягкое место словно вопило во всё горло: «Хватит думать, пора действовать!». Возможно, это не место под хвостом кричало, а симбионт пытался достучаться до хозяина.
Прекратив пытаться что-либо придумать, Игорь использовал ствол дерева в качестве волшебной палочки. Всю накопленную в себе ману он выпустил в ствол рывком, отчего у него заболело всё изнутри так, будто все зубы разом решили порадовать тело болью от воспалённых нервов. Казалось, болела каждая клеточка тела.
К его Мане добавилась мана и прана дерева и всё то, что способны были пропустить корни от других растений.
— ЭСКУРО! — выдал хриплый возглас он.
В тот же миг в небо устремился прозрачный луч толщиной с полуметровое бревно. Он прорвал энергетический купол, словно того и не было. В следующий миг луч чар для уничтожения мусора столкнулся с гигантским обломком линкора, тень от которого накрыла весь парк и главное здание резиденции. После попадания луча огромный кусок звездолёта в одно мгновение бесследно исчез. Но осталась вызванная им волна нагретого воздуха и мелкие обломки, которые могли наделать дел. Игорь зажмурился и ожидал падения обломков, но прошла секунда, вторая, третья, а он ничего не почувствовал.
Распахнув глаза, он рассмотрел защитный купол, на поверхности которого расцветали маленькие взрывы от попадания мелких корабельных обломков.
— Фух! — с облегчением выдохнул он. — Слава богу, что защита успела восстановиться!
Тут он поймал взгляд Эсмеральдины. На её лице застыла маска смеси ужаса, восхищения, крайней степени изумления и растерянности. Глаза вылезли из орбит, рот приоткрыт, уши и хвост торчком.
— Да, милая? Ты хотела что-то спросить?
— М-Р-Р-Р?!
— Псионика.
— М-р?
— Я слабенький псион…
— М-р-р?! М-Р-Р-Р-Р!!! — она от шока позабыла слова, но и так было понятно, что это нечто вроде вопроса: «И это ты называешь слабым? ВОТ ЭТО ВОТ?!».
— Ещё я скромный, — шаркнул он ножкой.
Вздохнув полной грудью, Эсмеральдина прикрыла глаза, задержала дыхание и постояла так пару секунд, массируя веки. Затем она распахнула глаза, громко выдохнула и эмоционально произнесла:
— ДА НУ НАХЕР!
Глава 30
Праны оказалось недостаточно, чтобы исцелить все травмы Игоря. Но больше всего его подкосила одномоментная активация чар эпичной мощности. Он не слышал, чтобы кто-то до него мог заклинанием для уборки мусора уничтожить нечто размером с небольшую гору.
