мой взгляд, он тебя возбуждает, — он смеялся. Он нагло смеялся мне в лицо и оттолкнув меня, Харрис встал и ловко перепрыгнув через перила, направился к Эйвону.
— Что ты несёшь? Кем ты себя возомнил? Думаешь мне не о ком думать, пока я… — я остановилась на слове, с шоком наблюдая за Харрисом. Он подошёл к Эйвону, подставив справа от своего лица мой рисунок и спрашивал: «Похоже?». Что за черт? Эйвон улыбнулся и прищурился, пытаясь рассмотреть рисунок.
— Не похоже, не похоже! Это моя личная вещь, — снова закричала я, подходя к Харрису.
— Никто не спорит, это твоё, — он отдал мне блокнот. В миг его лицо стало серьёзным, но глаза остались весёлыми.
— А теперь повтори, милая, о ком ты думаешь, ублажая себя? — от серьёзного тона Харриса я вздрогнула. У него расстройство? Почему он стал таким пугающим? Харрис сделал шаг на меня, от которого я автоматически отошла на два, пока не столкнулась с перилами.
— Назови мне имя, — пригрозил Харрис, продолжая подходить ближе. Я смотрела на него, словно запуганный ягнёнок. Интересно, о чём думает ягнёнок, когда видит перед собой голодного волка? Он явно чувствует не то, что я сейчас. Ягнёнка не должен возбуждать волк, ягнёнок не должен трепетать под его взглядом.
— Черт тебе, а не имя, понятно? — злобно выплюнула я и попыталась обежать его справа, но была схвачена сильной рукой за живот. Он вернул меня обратно, с силой вколачивая в перила яхты. Мы были в море. В Андреатическом море. И человек стоявший передо мной может без сожаления перекинуть меня через борт яхты, даже не моргнув и глазом.
— Твой друг Эйден, Тереза? О нем ты думаешь? — Харрис наклонился ко мне, от запаха его опьяняющий духов все мужские имена стёрлись из памяти.
— Эн… — хотела прошептать я, но вовремя остановилась, заткнув ладонью рот. Ещё секунда и Энцо разлетелся бы в прах под грозным взглядом Харриса. Мужчина отступил, натянул на глаза очки с макушки тёмных волос и засунул руки в карманы штанов.
— Это тебя и сломает, Тереза. Ты слишком сговорчива, узнать от тебя нужную информацию можно в два счета. А если бы от этого зависела его жизнь? Представь, что стоит сделать один звонок и твой любимый телохранитель сгинет в подвале, доедая трупные остатки, — холодно произнёс он. Я в ужасе открыла рот, конечности задрожали от правды, которую он сказал.
— Откуда ты знаешь..?
— Уже не так смешно?
Глава 16
От непривычной смены температуры к вечеру у меня поднялся лёгкий жар. Я закрылась в своей каюте, продолжая рисовать в личном блокноте. Хотя после поведения Харриса, он не казался мне личным.
Через примерно час мы остановились и снаружи заиграла музыка, я выглянула в большое окно из моей каюты и заметила, как на тропу продолжал собираться народ, по очереди заходя на яхту. Вечеринка, ясно. Даже предполагать не стану, чья идея по приезде в Италию, собрать вечеринку на яхту.
В мою дверь постучали и я, не задумываясь, открыла, встречая Харриса в льняной белой рубашке, которая невероятно подходила всему его виду богатого самовлюблённого павлина.
— Собираются влиятельные люди семьи Гамбино, Тереза. Выпей с нами, — предложил он с мягким намёком. В его руке с самого утра располагался стакан с виски, он ни на секунду не выпускал его.
— Когда ты пьян, ты пристаёшь ко мне, — высказала я, ведь после той ночи, мы ни разу не обсуждали случившееся. Харрис хмыкнул, обнажая часть белых зубов и прильнул ко мне. Он оказался так близко, что жар его дыхания опалил мою щеку. Я затаила дыхания, сжимая ткань платья в области груди, желая остановить буйное сердце.
— Тогда я выпью ещё, девочка, — прошептал бархатный голос, от которого мои коленки непроизвольно подкосились. Он скрылся, встречая гостей, а я с такой силой захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, что кажется, услышал весь район. Что со мной творится? Сухость во рту заставила меня закашлять. Я возбуждаюсь, вот что со мной. Феромоны этого чертового мужчины оказывают на меня усиленное воздействие. Нужно искупаться и привести себя в порядок, пока моё нутро не треснуло рядом с ним.
Остальной час я провела в бассейне, знакомясь с итальянцами, хорошо знающими ирландский и английский. Они все были красивыми, абсолютно все имели свою изюминку и громкий характер. Девушка в красном летнем платье с именем Илария стала первой, с кем я познакомилась в бассейне. Она с улыбкой на лице мочила длинные загорелые ноги и пила яркий коктейль.
— Давно Райты не приглашали нас на подобные встречи, — вещала девушка на чистом ирландском. Она была дочерью влиятельного мужчины, чьё имя я прослушала, находясь погруженной в воду. Я представилась подругой Харриса, на что девушка заигрывала со мной бровями.
— У тебя рыжие волосы, — подметила она, когда я вышла из воды, перекидывая свои волосы на правое плечо. С меня стекала вода и я взяла чистое махровое полотенце с ближайшего шезлонга.
— Они не совсем рыжие, спутались с цветом волос моего отца, — призналась я и она прищурилась.
— Ты бледная, в Ирландии и правда нет солнца? — удивлённо улыбнулась Илария, сжав трубочку между зубами. Оливковая кожа девушки переливалась на фоне светодиодного бассейна, густые тёмные волосы волнами спадали на плечи и создавали эффектную рамку вокруг лица. Тёмно-коричневые глаза, выразительно большие, чувственные губы с красноватым оттенком помады и нос с горбинкой. Она вся была чересчур эмоциональна и совсем не скрывала своего характера. Тёмные родинки усыпали её лицо, делая из этого особенность.
— Оно есть, но точно не такое, как здесь, — отмахнулась я и села рядом с ней.
— Тогда тебе стоит задержаться, — предложила она, продолжая смотреть на меня.
— Как соизволит Харрис, — пожав плечами, я сдала ей свою позицию. Я была полностью зависима от Харриса, находясь в Италии. Со мной не было паспорта, не было любых других документов, денег и связи. Если меня оставят тут, и я подамся в полицию, вряд ли мне смогут поверить без документов. А родных и близких здесь нет.
— Нельзя так, сахарок, — на итальянском выкрикнула она
