Евангелия он выходит на амвон в белой фелони, и весь храм и престол облачаются в белое, и закладка в Евангелии заменяется с черной на белую. Вот это, наверное, и есть тот момент, когда Церковь вспоминает Воскресение Христово. Тем более что Евангелие, которое читается во время этой службы – зачало 28-й главы Евангелия от Матфея, – вообще читается один раз в году, только в Великую субботу – по сути, единственное чтение, где рассказывается о том, как ангел отворил камень от двери гроба. Это особое чтение, присвояемое только одному дню – вечеру Великой субботы. После Литургии совершается чин благословения хлеба и вина. Во время этого чина читается та же молитва, что и обычно на всенощном бдении, но только для того, чтобы этим хлебом и вином подкрепились молившиеся во время Литургии в ожидании ночной службы. И вот после Литургии, которая заканчивается примерно в 8–9 часов вечера, молящиеся остаются в храме, не уходят домой, а ждут ночной службы. И в это время, один сменяя другого, сами молящиеся читают Деяния святых апостолов.
В сегодняшней практике всё это несколько скомкалось, потому что Литургия с вечера перенесена на утро. И поэтому между Литургией Великой субботы и пасхальной ночной службой образуется двенадцатичасовый промежуток. К 12 часам дня [субботы] Литургия кончается, в 12 часов ночи начинается пасхальная служба. На самом деле этот промежуток – три, три с половиной часа максимум, а если Литургия затягивается, то даже и два часа. Можно смело сказать, что Литургия Великой субботы – это, в общем, первая пасхальная служба: вечерняя Литургия Святой Пасхи, потом утреня, и уже на заре совершается вторая Литургия, которая и содержит в себе евангельское чтение из первой главы от Иоанна: «В начале было Слово… Был Свет истинный, Который просвещает и освещает всякого человека, грядущего в мир» (ср. Ин 1: 1, 9) – чтение, смысл которого заключается в том, что через Церковь, через богослужение являет нам Христос Свой свет, тот свет Христов, который просвещает всех[21].
Но этому евангельскому чтению предшествует, опять-таки, апостольское чтение из книги Деяний святых апостолов. И в течение всего пасхального времени, в течение всех сорока дней Пасхи, во время каждой Литургии будут читаться не послания апостола Павла, а именно Деяния апостольские. Причем не только у нас, в византийском обряде, но и у католиков тоже читаются на Пасху в течение всех сорока дней апостольские Деяния, и у эфиопов, и у армян, и у коптов. Иными словами, это очень древняя традиция, история которой восходит не только к не разделенной еще Церкви, но даже и к неразделенному обряду, к первоапостольской Церкви – Церкви первых поколений христиан. И перед нами возникает задача понять, почему именно эта книга – апостольских Деяний – читается в первые дни после Светлого Христова Воскресения и как бы сопровождает нас в течение всей Пасхи.
Я думаю, что ответ на это содержится в самом начале книги апостольских Деяний, где говорится о том, как «Он вознесся, дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал, которым и явил Себя живым, по страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божьем» (Деян 1: 2–3). Правда, там, в Деяниях, очень мало говорится именно об этих сорока днях. Основные события, описанные в этой книге, связаны с последующим периодом. Но вот это упоминание о сорока днях задает всей книге апостольских Деяний тональность, определяет основное ее содержание. А каково это основное содержание, я об этом постараюсь сегодня сказать, постараюсь пояснить, что же это такое.
Дело в том, что иногда приходится читать в разных книгах, будто книга Деяний – своего рода первая история Церкви. На самом деле, конечно, это не история. Скорее, это книга, представляющая собой ряд образув, ряд икон из истории первой Церкви. И только тогда мы сможем некоторые тексты понять, именно когда будем воспринимать их, как воспринимаем иконы. Пока мы будем пытаться текст этот читать, у нас ничего не будет получаться. Но когда мы постараемся его созерцать, как бы мысленно превратить в картину, образ, икону со всеми деталями и после этого эту икону созерцать, уже не вслушиваясь, а именно всматриваясь в каждое слово, вот тогда ответы на некоторые, на первый взгляд, неразрешимые вопросы, которые будут возникать при чтении Деяний, мы получим. Пример одного такого текста я вам попытаюсь сегодня привести.
В книге Деяний описывается жизнь апостольской общины в первые месяцы и в первые годы после Пасхи Христовой. Первый вопрос, который задают ученики Воскресшему, звучит примерно так: не ныне ли Ты восстанавливаешь царство для Израиля? (ср. Деян 1: 6)[22]. Все-таки и сейчас, после Воскресения, пережив страшные потрясения Страстной недели, Страстной пятницы, Креста – мучительных дней пятницы и субботы, расставшись с образом того Мессии, который должен установить над Палестиной свое политическое господство, разочаровавшись в Иисусе как в Мессии фольклорном, который должен создать здесь Свое Царство, – они все-таки еще не сумели расстаться с мечтой о Царстве Его на земле. И Воскресшему они задают тот же самый вопрос: «Не сейчас ли Ты восстанавливаешь Царство для Израиля?» Так им хочется, чтобы Мессия расправился с римлянами и вернул царству Израильскому прежнее могущество, прежнюю силу, мощь, как было это при царях Давиде и Соломоне. На это говорит им Воскресший: «Не ваше дело знать времена или сроки» (Деян 1: 7). И мне кажется, что для нас в этих словах содержится чрезвычайно важный урок. Потому что нам всё время хочется знать времена и сроки, нам всё время хочется прикинуть мысленно, что это такое – конец истории, с точки зрения реальной жизненной нашей хронологии. У меня в юности был один друг, ставший потом священником, который подсчитывал, сколько кому будет лет в тот момент, когда Господь установит Царство Небесное. На самом деле это путь очень опасный.
Мы как-то слишком легко представляем себе эту картину: возносится благословивший апостолов Иисус на небо, и ангелы говорят апостолам: «Мужи Галилейские! что вы стоите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо» (Деян 1: 11). Он восходит на небо. Значит, Он придет с неба. А надо знать, что и по-гречески, и по-латински это фразеологизм: с неба, то есть неожиданно. Как мы говорим: «как с Луны свалился», они говорили: «как с неба упал». Так вот, придет с неба –
