а Мариус с Финой вновь вскочила на своих коней.
Лина потрепала своего скакуна по холке, и они понеслись по потокам алой жидкости, что заливала улицы, соединяясь в багровые ручьи. Восторг бешенной скачки накатывал кровожадным жаром, пылая во всем теле. Амулет защищал только половину ее естества, что оставалось спокойной и даже холодной. А вторая, впервые за вечность дорвавшись до действия, лихорадочно упивалась каждой секундой. Следующую волну монстров Искательница заметила первой. Крылатые твари, похожие на каменные статуи, украшали крышу покинутого особняка. Найт недоуменно оглянулся, когда пропал вес наездницы. Она с помощью арбалета переместилась на крышу, сквозь тонкий слой кошмара, что разделял слои реальности, и появившись позади тварей, разразилась серией лазурных росчерков, превращая их каменную плоть в пыль.
Сделав за один вдох девять ударов, она откатилась от клыков последнего монстра и быстро добила его уколом в грудь, послав по клинку волну силы. Тело горгульи пошло трещинами и заискрилось, а потом взорвалось, разбрасывая во все стороны каменную крошку. Её спутники даже не успели заметить пропажу таинственной помощницы, когда Лина, разбежавшись, прыгнула с крыши точно на спину замедлившего ход котика. Грянув задницей о костяные пластины, она взвизгнула, потерла пятую точку, и наклонившись вперёд, погладила четкие черные уши:
— Скачи, быстрей, родимый! Видишь эти двое вперед вырвались, мы должны их нагнать!
Зверь взревел, распугивая даже монстров своим диким ревом, похожим на гром. Он ещё не устал, хотя с начала забега прошло двадцать минут. Весь покрытый налипшей кровавой коркой, косматый и жуткий, Найт сейчас сам был больше похож на демона, чем даже черти, что лезли на них из руин. Они их разили с наскока, опрокидывали и рубили на части, не замедляясь. Наконец Лина обогнала Мариуса, который ехал на черногривом, обвешанном латами, гигантском коне, в два раза больше и сильнее обычной лошади. Вскинув руки, девушка громко закричала, вторя удаляющимся раскатам грома. Он, казалось, сбегал от этой бешеной троицы, которым так и не смог помешать.
Ведьма их ожидала в саду, который почти не пострадал от нечестивого пламени и ядовитого кровавого ливня. Изящные, украшенные острыми шипами кусты роз обрамляли его по краям, а в центре было высокое дерево, обращенное в черный, похожий на обсидиан камень. Оно тихо скрипело под потоками ветра, а у его основания сидела она. Алые волосы ниспадали на иссиня-черную броню, будто сделанную из странной кости. Цель была ранена и покрыта кровью, казалось, красноволосая спала. Лина глубоко вздохнула. Это была пустышка, реплика того, кто существовал когда-то, не больше чем кукла. Отогнав эмоции и бушующую страсть, она соскочила со своего скакуна.
Опершись рукой о дерево, Алая Ведьма поднялась на ноги с кривой насмешливой улыбкой, встречая гостей. Лина скрылась за вуалью, безмолвно приближаясь к добыче. Чувство привязанности и ностальгии она холодно обрубила как бесполезные и даже опасные. Ей просто нужно было сделать дело. Молчание прервал Мариус, который спешившись выхватил клинок.
— Слишком долго длилось твое существование, Харгранская Шлюха. Мы пришли, чтобы положить этому конец! — пророкотал воин, осторожно оглядывая тени в углу сада.
Но Лина знала, чувствовала: Проклятая здесь была одна. Она пришла сюда лишь с одной целью — выполнить возложенный на нее миром долг и погибнуть. Загнанная в угол, словно добыча, она будет умирать снова и снова, играя свою неблагодарную роль. Пустышка, существующая ради этого момента. В груди Искательницы начал нарастать гнев, который быстро перешел в ярость. А марионетки продолжали отыгрывать свои роли.
— Во имя… Кого ты там почитаешь? Воздаяние? Мариус, избавь меня от своих гневных тирад, и давай уже перейдем к делу, — расхохоталась алая ведьма.
— Желаешь поскорее умереть? — безразлично хмыкнул воин, пожал плечами, скинул со спины щит и шагнул вперед.
Лина уже была на дистанции рывка, зайдя во фланг цели. Она пригнулась и послала поток сил в костюм, но лишь скривилась, амулет треснул, не выдержав усиления. Новый надевать времени не было. Сейчас был идеальный момент для удара, пока ведьма отвлеклась на левый треп со своим палачом.
Быстрый колющий удар в грудь прямо под ребра ведьма не смогла отвести. Синий клинок смог расколоть зачарованную черную кость доспеха, но вонзился неглубоко. Лина сразу же его выдернула и отпрыгнула, стараясь не попасть ногами в брызги от Алой, во все стороны раскинувшей свои тени. Они закружились, порождая гудящие вихри. Мариус вскинул щит, прикрывая собой Финиалу, а Найт с яростным ревом бросился вперед, попав в кружащийся поток воздуха. Тот лопнул, взорвался и запустил кота в небеса. Тревожно бросив на спутника взгляд, Лина пожелала ему удачного приземления и, проскочив сквозь бушующий шквал, попыталась достать колдунью взмахом меча.
Та быстро вскинула руку, и Лина активировала силовой щит, что принял на себя поток испепеляющего адского пламени. Его хватило ровно настолько, чтобы поток начал иссякать. Искательница влила в «Лазурь» больше пси-сил и быстрым ударом отрубила направленную в ее сторону руку по локоть. Ведьма вздрогнула и скривилась, имитируя боль, топнула ногой, посылая во все стороны волну холода, от которой Лина подпрыгнула, но влетела в кружащийся вихрь, после чего с визгом присоединилась к нелепо машущему лапами коту высоко в небе.
Мариус, окутанный золотым сиянием, словно атакующий бык, пробежал вперед сквозь бушующий шквал. Ярость стихии была не в состоянии расколоть прочный барьер, окружавший рыцаря. Приблизившись он яростным взмахом рубанул по Проклятой, но святое лезвие было остановлено возникшим ледяным столбом. Тот раскололся и лопнул, брызнув в сторону воина сотнями холодных осколков, которые забарабанили по его щиту.
Лина подождала, пока сила инерции, несущая ее вверх, ослабнет, и прицелилась из арбалета за спину ведьмы, яростно крикнув:
— Все было не так! Говнюки все переврали.
— Да плевать, как там было, мне просто надо ее устранить, — холодно пробурчала следом она и перенеслась в нужное место.
Пока Проклятая была занята рубящим во все стороны воином, Лина усилила «Лазурь» и вонзила свой меч в спину колдуньи. Черный доспех раскололся, и синее лезвие вышло у нее из груди, окруженное потоками темной крови. Ведьма вскрикнула и начала опадать. Искательница добавила рубящим ударом ей в шею, и отрубленная голова покатилась под ноги Мариуса.
— Дело сделано, можно теперь возвращаться, — произнесла Лина, потянувшись за амулетом.
— Ну уж нет! Я еще даже не разошлась, а ну не мешай! — взвилась следом она и под
