который женился в ураган?
— Думаю, ключевое слово здесь — «замужем», — ответил Ноа, не впечатленный моей саркастичностью. — Она замужем.
— Замужем, — фыркнул я. — И что за гребаная шутка этот брак.
Я знал, что она хочет меня.
Я, блять, это знал.
И, честно говоря, если бы это была любая другая женщина, которая ежедневно отвергала меня, я бы уже давно ушел. Но она не была просто женщиной.
Она была Хоуп.
Я прекрасно понимал, что у меня нет шансов против золотого мальчика. Черт, они были практически обручены с рождения. И да, часть меня осознавала, что следовало бы послушаться совета Ноа и выйти из этой гонки. Но я не собирался этого делать.
Что-то внутри меня заставляло оставаться.
Заставляло рискнуть всем ради той единственной женщины, которая никогда не будет моей.
— Ты играешь с огнем, гоняясь за этой девушкой, — пробормотал Ноа, буравя меня взглядом. — И знаешь, кто единственный обожжется? Ты.
— Почему бы тебе не остаться в своей полосе, а я останусь в своей, — огрызнулся я. Я не хотел ссориться с Ноа из-за этого, но, черт возьми, и уступать тоже не собирался. — Это не имеет к тебе никакого отношения.
— Как же, блять, не имеет, — рявкнул Ноа, теряя терпение. — Она моя, мать твою, племянница, Лаки! — Он раздраженно взъерошил волосы. — Серьезно, мужик. Тебе нужно найти себе другую девушку.
— Почему? — выпалил я, теряя контроль. — Потому что он «владеет» ею? Потому что он так охуительно хорошо с ней обращался в прошлом? — Я покачал головой и усмехнулся. — Чушь, Ноа. Он надел кольцо ей на палец и сбежал. — Сделав шаг вперед, я сердито провел рукой по волосам. Они не понимали. Никто, блять, не понимал. — Знаешь, что бы я сделал, если бы это был мой чертов перстень на ее пальце?
— Сейчас не о том, что бы ты сделал…
— Я бы остался! — взревел я, перебивая его. — Несмотря на дерьмо и весь этот гребаный ужас. Я бы, блять, остался.
— А Хейли? — прошипел он. — Если бы она была жива, ты бы даже не…
— Не смей, блять, туда лезть, — предупредил я, качая головой.
Хейли.
Все всегда сводилось к Хейли.
Разве я не имел права двигаться дальше?
Разве я должен был провести остаток своей жизни, трахая случайных женщин, и больше никогда ни к кому ничего не чувствовать?
Меня бесило это гребаное мнение, что я не имею права снова влюбиться.
Потому что я чувствовал.
Я влюблялся.
Черт, я сам не думал, что это возможно. Но это происходило со мной, и это было самым настоящим чувством, которое я когда-либо испытывал. Реальнее и сильнее всего, что я знал в свои восемнадцать.
— Ты должен об этом думать, — прорычал Ноа. — Хоуп — не просто мимолетное увлечение. Она постоянная. Если ты заберешь ее у него, она будет так раздираема чувством вины, что утонет в своей собственной тьме. Настолько глубоко, что уже не выберется. Это не черное и белое, брат. Это полный пиздец, и ты загнал себя в яму, из которой тебя никто не достанет.
— Знаешь, — протянул я, выдыхая облако дыма и стряхивая пепел с сигареты, — мне вполне комфортно в яме, которую я себе вырыл. Но спасибо за заботу — правда, лишнюю. — Я сделал еще одну затяжку и добавил: — Я доволен своими решениями, Ноа. И когда дело касается ее, у меня нет ни капли сожалений.
— Допустим, этот твой бредовый план сработает, — Ноа устало взмахнул руками. — Она не такая, как мы, Лаки. Думаешь, она справится со всей той грязью и ужасами, что идут в комплекте с одним из нас?
Я не ответил.
Не смог.
Здесь он меня поймал.
Хоуп была светлой, чистой — полной противоположностью всего, что было в моей жизни.
— А если ты облажаешься и снова окажешься за решеткой? — добавил он, вонзая нож еще глубже. — Что тогда будет с Хоуп? Я скажу тебе, что. Она останется без защиты, открытая мишень для каждого ублюдка, с которым ты когда-либо пересекался.
— Тоже могу сказать про тебя, брат, — огрызнулся я, маскируя свою леденящую душу мысль. — Что случится с Тиган и ребенком, если тебя снова посадят?
Мои слова заставили Ноа отшатнуться.
— Не смей, блять, говорить так, — его передернуло. — Господи!
— Тогда и ты так не говори про меня, — рыкнул я. — Потому что у меня нет намерения возвращаться туда. Но спасибо за доверие, — добавил я с мерзким презрением. — Классно знать, где в этом вопросе лежат твои «верность» и «поддержка», мудак.
— Моя верность всегда была с тобой, придурок, — прорычал Ноа. — Всегда. Но я вижу надвигающийся шторм, брат. Ты гонишься за ней, и это закончится катастрофой. И единственная жертва — это ты. Так что да, может показаться, что я против тебя, но это не так. Я пытаюсь тебя предупредить, Лаки. Я пытаюсь помочь тебе выбраться.
— Я люблю ее, — просто ответил я.
Эти три слова выбили его из колеи.
Впервые я озвучил свои чувства вслух, и меня это не удивило.
Я падал в эту женщину уже почти год.
Сказать это вслух, сказать это лучшему другу — только укрепило мои чувства.
Ноа долго молча смотрел на меня, прежде чем тяжело выдохнул.
— Я знаю, — сказал он, покачав головой в поражении. — Но она тебя уничтожит, брат.
— Может, я этого и хочу, — тихо ответил я.
Или, может, она уже это сделала.
ГЛАВА 35
Хоуп
Когда я ушла от Тиган, я сразу направилась к Джордану, чтобы принять душ и переодеться. Мы договорились встретиться в Дарби, местном ресторане-баре, который нам всем нравился, в центре Боулдера, в половине седьмого.
Дом был пуст, когда я вошла, поэтому я поднялась в комнату, которую делила с мужем, и начала готовиться к вечеру с друзьями.
Я знала, что опаздываю, когда вышла из душа в 16:25 и надела свои любимые черные узкие джинсы и лимонный топ с баской, который купила на прошлой неделе. Ткань джинсов была невероятно удобной и подчеркивала мои изгибы.
Я была рада, что крой топа визуально уменьшал мою грудь до более нормального размера, при
