– То есть за свою жизнь вы предлагаете мне общетеоретические выкладки? И все?!
– За мою жизнь и жизнь моих людей, – поправил его Антон. – Эти «общетеоретические выкладки», как вы их называете, дорогого стоят. Они и есть суть изобретения, остальное – лишь техника, простой подбор вариантов.
Роман смотрел на Остафьева недоверчиво.
– Ну допустим. И как же мне получить эту документацию?
– Она находится у моего поверенного в Люксембурге. Но просто так вам материалы не отдадут. Они находятся в банковской ячейке, и откроют ее либо мне самому, либо тому, на кого я укажу. Так что давайте прокатимся в Европу, где вы получите документы, а я и мои люди – обещанную свободу.
– Через столько границ я вас не повезу, это слишком рискованно, – отрезал Роман. – Особенно с вашим эмоциональным другом и способностью вашей подруги удирать. Вам придется позвонить адвокату и распорядиться выдать мне документы.
– Ничего не получится, мы не общались по телефону. Вы же несколько месяцев слушали все мои разговоры, и я давно перестал использовать этот канал связи для передачи важной информации. Так что поездка в Люксембург – единственный выход. Впрочем, если вы опасаетесь, можно поступить проще: Дина съездит туда одна, адвокат знает ее в лицо. Она получит материалы и передаст их вам в обмен на нас с Ильей.
– Я сказал: нет! – рявкнул Роман и в эту минуту стал похож на оскалившегося дворового пса. – Не телепатически же вы с ним общались. Как-то вы передавали ему приказы? Вот и сейчас используйте этот способ. Напишите ему, в конце концов!
Попытка Антона перенести переговоры в более безопасное место, где он мог рассчитывать на помощь друзей, или отправить туда хотя бы Дину, которая по его вине снова оказалась в смертельной опасности, не удалась. Теперь ему оставалось только надеяться на милость победителя. «Временного победителя», – мысленно поправил себя Остафьев. Роман, конечно, обещал их отпустить после передачи документов, но в честность его намерений что-то не очень верилось. У них оставался еще один шанс. И, похоже, последний.
– Хорошо, давайте я напишу, – согласился Антон. – Принесите мне ноутбук. Он в моей каюте.
Роман кивнул стоявшему у входа охраннику, и тот спустился на нижнюю палубу в каюту Остафьева.
– Но я должен буду сообщить адвокату имя человека, которого отправляю за документами, и приложить к письму фотографию, – добавил пленник.
– Фотография – это лишнее. Обойдется словесным портретом. А имя, пожалуйста, как же без него. Мое имя вам хорошо известно, – к Роману вернулось видимое добродушие, и он широко улыбнулся.
Через минуту громила вернулся. Он принес компьютер Остафьева и вопросительно посмотрел на Романа.
– Ему, – велел тот. – Только без ребячеств, Антон Александрович, вы напишете под моим контролем одно письмо, отправите его по электронной почте, и все. Вы поняли меня?
– Чего тут не понять, – пробормотал Антон, открывая крышку ноутбука.
Он написал письмо, где просил своего поверенного передать хранимые для него материалы человеку, который на днях его посетит. В письме содержалось имя и описание внешности Романа. В нем было все, что необходимо, кроме одного. В нем не было пароля. Осторожный юрист просил в каждое адресованное ему послание добавлять кодовое слово, отсутствие которого означало, что клиент писал по принуждению, что передавать материалы гостю нельзя, а наоборот, того следует задержать и сдать в полицию. Когда адвокат предложил эти правила работы, Антон подумал, что такие предосторожности излишни. Но опытный специалист, много лет занимавшийся подобными щекотливыми делами, настаивал на предложенной схеме. И вот теперь оказалось, что не напрасно.
Электронное письмо ушло, и Роман забрал ноутбук из рук Остафьева.
– Посмотрю на досуге, что тут у вас интересного, – прокомментировал он. – Страсть как люблю читать чужие письма.
– Валяйте, – с деланым равнодушием ответил Антон.
– Ну а теперь давайте вернемся к формуле, – вновь посерьезнел Роман.
– Формулы нет, – монотонно повторил Антон и твердо посмотрел на собеседника.
Тот ответил ему долгим, недобрым взглядом и сказал:
– Знаете, а я вам верю! Вполне возможно, вы и вправду не успели еще закончить опыты. Только я сэкономлю на десятке студентов-биохимиков и возьму себе одного ученого с именем. Я забираю Непомнящего к себе, и он продолжит работу у меня. – Роман встал и направился к выходу. – А вам, Антон Александрович, я желаю приятного плавания в компании вашего ассистента. Будьте любезны, посидите тут смирно, пока мы не вернемся к себе.
– Но вы же обещали отпустить… – начал Остафьев, вставая с места.
Железные руки усатого охранника, караулившего за спиной, усадили его на место, а Роман, не обращая на него больше внимания, покинул салон. Второй охранник отправился вслед за ним, но тут же появился снова в компании с подельником. Они спустились на нижнюю палубу и вскоре вернулись, неся чемоданы, в которые была упакована мини-лаборатория Ильи. Затем все трое налетчиков вышли на корму.
Оставшись один, Антон кинулся к плотно закрытой двери кают-компании и дернул ручку, но она оказалась заперта. Он навалился на нее всей массой тела, но прочная дверь снова не поддалась. Подняв жалюзи, Остафьев увидел, как Роман и два его амбала отплыли к синей яхте. Затем катер вернулся, и вторая группа бандитов покинула захваченное судно.
Как только расстояние между катером и яхтой немного увеличилось, наружный замок открылся, и в салон вошла Дина.
– Антон Александрович!
Оказавшись на свободе, Остафьев выскочил на палубу, огляделся и спросил девушку:
– Где Илья?!
В ответ она лишь показала вслед удалявшемуся катеру, на борту которого Антон заметил друга. Тот сидел на дне лодки, так что виднелась только его голова.
Илья тоже заметил Остафьева, встал, замахал руками, закричал. Охранники попытались его скрутить и усадить на место, но Непомнящему удалось вырваться и спрыгнуть в воду. Лодка преодолела лишь половину расстояния между яхтами, и пловец легко мог вернуться на «Утреннюю звезду». Впрочем, бандитам не составляло труда развернуться, догнать беглеца и затащить обратно на катер, однако они медлили.
Увидев, как развиваются события, Остафьев понял, что нужно действовать быстро. В голове стучало две мысли: команда и связь. Команда, чтобы запустить двигатель и уйти от банды Романа на безопасное расстояние; связь, чтобы сообщить о нападении властям. Надежды на то, что налетчики оставили в исправном состоянии рацию или спутниковый телефон, было мало, но, может, хоть моторный отсек они не тронули? И тогда они смогут вернуться в порт. А уж там… Остафьев вновь с сожалением отогнал от себя мысли о возмездии. Сначала в этот порт еще требовалось попасть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
